Дверь закрылась. Мы остались одни.

Он повернулся ко мне, и я увидела, как его пальцы сжимаются в кулаки.

– Не знаю, что вы задумали на этот раз, дорогая княгиня, и зачем вам понадобился этот спектакль с обмороком, но уверяю: ваша хитрость не сработает. Наместник уже дал свое согласие на обряд, и через неделю вы покинете этот замок.

Угу… А у моей княгини, по ходу дела, все не так радужно.

Конечно, мне очень хотелось спросить, что за наместник такой, о каком обряде идет речь и куда я направлюсь, когда «покину этот замок».

Но, кажется, все это княгиня, которую я тут изображаю, отлично знает.

Рассказывать же этому горячему красавцу, что я не та, кем меня считают, точно не следует. Ежу понятно: он настроен по отношению ко мне не слишком дружелюбно. А значит, выяснив, что столь неприятная ему княгиня тронулась умом, быстро найдет как извлечь из ситуации выгоду. Например, отправит в какую-нибудь лечебницу для умалишенных.

Нет-нет-нет!

Кстати, а почему такая неприязнь? Судя по тому, что я успела разглядеть в зеркале, несчастная княгиня очень даже хороша собой… Ну и почему эти двое враждуют? Логичнее бы наоборот… Как говорится, вы привлекательны, я чертовски привлекателен…

Ну а что, я бы этого грозного парня с удовольствием пощупала и рассмотрела бы, как там у него все устроено – под камзолом. Нет, ну не может же быть таких огромных мышц!

Мысли мои снова потекли в весьма фривольном русле.

А вот незнакомец смотрел на меня сквозь прищур и, кажется, ждал ответа.

– Не могу поверить, вам нечего сказать? – презрительно усмехнулся он.

Ага… Прокольчик. Похоже, настоящая княгиня за словом в карман не лезет. Только вот я не она. Я ни черта не понимаю в происходящем, и сказать мне действительно нечего.

Так что я просто пожала плечами:

– Боюсь, что нечего… Я неважно себя чувствую, голова все еще кружится, слабость… Но я вас услышала: наместник дал согласие, обряд состоится, я покину этот дом…

Вообще-то мой короткий спич был нацелен на то, чтобы красавчик-великан успокоился и покинул мою комнату, предоставив мне возможность разбираться в ситуации без него. Аккуратно опросить служанок или лучше доктора. Он, кажется, готов поверить, что обморок прошел не без последствий… При этом не торопится сдать меня в какое-нибудь невеселое лечебное заведение, да и вообще, кажется, на моей стороне.

Только вот мои слова произвели на мужчину совсем не то впечатление. Он пришел в ярость!

– Какую очередную подлость вы придумали?! И если считаете, что можете что-то изменить… – Он резко оборвал себя, будто даже говорить со мной было для него невыносимо. – Не надейтесь!

Он развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что задрожали стекла в окнах.

Я осталась лежать, весьма озадаченная.

Что только что произошло?

Мое сердце все еще бешено колотилось, но теперь не только от красоты этого мужчины, его силы и прочих привлекательных особенностей.

Меня впечатлила ненависть, что сквозила в каждом его взгляде.

Хм… что же княгиня натворила, чтобы заслужить такое? Или ничего не натворила? Может, этот тип – гад, каких мало. А княгиня – просто слабая женщина в суровом мужском мире, где власть у таких вот – наглых, напористых, считающих, что все в мире принадлежит им и все должны плясать под их дудку.

Но даже сквозь шок я не могла не признать: он был потрясающим. Горячим. Опасным. Я медленно выдохнула и откинулась на подушки. Уголки губ предательски дрогнули.

Эй, ребята! Кто там сейчас спасает мою жизнь? Можете не торопиться. У меня тут чертовски интересный бред, я готова немного задержаться.

Доктор вернулся почти сразу после того, как за дверью затихли шаги разгневанного красавца. За ним потянулись и служанки, снова принялись суетиться вокруг меня, поправляя подушки, поднося воду, обмахивая опахалом. Они вели себя так, будто я была уже при смерти, а не просто упала в обморок, пусть и в весьма неподходящий момент.

И хотя их хлопоты были совершенно бесполезными и, говоря откровенно, скорее мешали, я позволила им продолжать. Судя по всему, молчать эти милые девушки совсем не умели. А мне хотелось услышать, что они будут говорить.

– Сегодня князь совсем разбушевался… – посетовала одна.

Князь? Мой недавний визитер тоже князь? Интересно…

– Это да, – поддержала ее другая. – Князь-то он князь, а должного воспитания не получил. Что с того, что титулом одарен? Мужлан и есть мужлан.

– А ведь верно говорила матушка нашей светлости. Неподходящий это муж для нашей девочки!

Я поперхнулась водой, которую девушка как раз подносила к моим губам.

Как она сказала – муж?

Так, значит, эта великолепная, потрясающая воображение мужская особь, от одного взгляда на которую ноги подкашиваются, – мой муж?!

Я осторожно отвела руку с бокалом. Тут следовало внести ясность.

– Да уж, похоже, супруг ко мне теплых чувств не питает…

Служанки сначала посмотрели на меня испуганно, переглянулись.

М-да, кажется, я опять ляпнула что-то лишнее. Чтобы сгладить неловкость, натянуто улыбнулась. Это было правильным решением. Одна из служанок расхохоталась. Две остальные присоединились к ней.

– Ох, госпожа, а мы-то боялись, вы не в порядке. А вы вон очень даже в порядке. Даже веселитесь и шутите!

Ага… Значит, теплые чувства супруга ко мне – это повод посмеяться. Нет, общаться со служанками пока опасно. Эти три девицы вроде бы на моей стороне, но можно ли доверять им безоговорочно? Настолько, чтобы признаться, что я ничего в происходящем не смыслю? Точно нет.

– Не так уж и в порядке. Я устала, – сказала я тихим слабым голосом, прикрыла глаза в надежде, что выгляжу достаточно утомленной. – Мне нужно немного отдохнуть в тишине.

Девушки разом смолкли, поклонились и беспрекословно покинули спальню. А вот доктор остался. Он смотрел на меня как-то уж очень настороженно. И от его пристального, сверлящего взгляда мне сделалось не по себе.

– Ваша светлость, – начал он осторожно, словно тщательно подбирал слова, – как вы себя чувствуете?

Его повышенный интерес к моему самочувствию начинал изрядно раздражать. Нет, учитывая его профессию, интерес вполне объяснимый… Но несколько чрезмерный.

– Учитывая обстоятельства, отлично! – я добавила в голос нетерпеливые нотки. Думаю, это вполне уместно. Красотка княгиня просто обязана быть капризной и не слишком покладистой. – А не должна?

– Вот именно, – почти шепотом ответил доктор. – Не должны…

Я вопросительно приподняла бровь:

– Это почему же? Вы же сами сказали: обычный обморок.

Доктор вздохнул.

– Сказал. Но дело в том… – он замялся. – Когда вы упали, я подобрал ваш кубок. Как-то уж очень подозрительно все это выглядело. Вы сделали два глотка – и тут же потеряли сознание… Следовало разобраться.

Та-ак… Кажется, плохие новости еще не закончились.

– Ну и? – поторопила я его.

– Потом вы пришли в себя, так что вроде как все обошлось…

– Вот именно, все обошлось! Просто тугой корсет, душное помещение – и как результат обморок!

Я поспешила блеснуть знаниями. Вспомнила, как рассказывала ученицам, что в обмороки на балах падали не из-за романтических переживаний, а из-за жестких корсетов, туго затянутых ради тонкой талии, и духоты из-за свеч, которые на таких мероприятиях жглись сотнями и съедали весь кислород. И, как выяснилось, действительно поспешила.

– Разве может быть душно на открытой террасе?

Черт! Похоже, мне в этом мире вовсе рот нельзя открывать!

– Впрочем, я не удивлен… – пробормотал он. – Удушье – как раз симптом…

– Чего? – устало спросила я.

– Понимаете, – торопливо заговорил мой эскулап. – Я действительно забыл о кубке. Но пока вы… общались с супругом, нащупал его в кармане и решил на всякий случай проверить.

Доктор сделал паузу, и у меня по спине пробежал неприятный холодок. Кажется, я уже знала, к чему он клонит.