Решаю на этом прекратить анализировать свою нынешнюю реальность.

Закончив с одеждой, разбираю коробки с кухонной утварью. Она вся новая, в едином стиле. Всё как я люблю.

Занимаясь делом, так же иногда переписываюсь с Дарком. Наше общение лёгкое, без особого смысла, просто как некий способ улучшить настроение.

Позже приходится отвлечься от распаковки тарелок и приборов, когда звонит Саша.

У нас значительная разница во времени. У меня близится вечер, а у него уже ночь, и я почему-то отчётливо представляю, как он, уставший после рабочего дня, сейчас сидит где-то в номере отеля, в чужом городе, и смотрит в окно на темнеющее небо.

Саша рассказывает, как проходит его командировка.

Голос у него немного усталый, но с уже знакомой мне теплотой.

Он описывает встречи, сложности с логистикой, даже какие-то забавные случаи, которые произошли за день.

Рассказывает о людях, с которыми приходится работать — кто-то кажется ему интересным, кто-то — сложным.

В его словах проскальзывает лёгкое сожаление, что приходится переживать всё это вдали от дома, от привычной жизни.

Я внимательно слушаю, задавая уточняющие вопросы или просто комментируя его слова.

Закончив разговор с Сашей долго, не могу вернуться в состояние, которое было до его звонка. Ощущение его присутствия, хоть и виртуального, всё ещё витает в воздухе.

Я слишком сильно чувствую его симпатию и желание перевести наши отношения из категории дружбы во что-то более серьёзное.

И не знаю, что с этим делать…

Решив на сегодня закончить с благоустройством квартиры, иду в кухню.

Сил на дальнейшие свершения уже не осталось. Максимум на что меня хватает это приготовить себе простой ужин — салат и бутерброд. Никаких кулинарных изысков.

Стоит мне сесть за стол как мой телефон начинает звонить.

Номер незнакомый.

Прикусываю губу, раздумывая отвечать или нет, но, когда решаюсь принять звонок — он обрывается.

Неизвестному абоненту перезванивать точно не буду, поэтому откладываю почти неумолкающий сегодня гаджет, и принимаюсь за ужин.

Ещё через время принимаю душ и планирую сесть за учёбу, но забываю обо всём, когда, взяв в руки оставленный в кухне телефон замечаю ещё два непринятых звонка с того же номера, что звонил немногим ранее.

Это выглядит максимально странно, поэтому решаю всё же перезвонить.

Сделать этого я не успеваю, так как в это же время приходит сообщение.

Уже предчувствуя неладное, я присаживаюсь на край кухонного дивана.

Сердце, сбиваясь с ритма, скачет до горла и обратно.

Нервно сглотнув, открываю смс.

Увиденное повергает в шок, от которого темнеет в глазах.

Нет…

Этого не может быть!..

Суетливо заблокировав экран, отбрасываю смартфон на стол и резко вскакиваю с места.

— Это какая-то ошибка, — произношу онемевшими губами. — Ошибка.

Затылок обжигает холодом, меня всю начинает трясти.

Снова хватаю телефон и открываю проклятое сообщение, будто пытаясь увидеть подтверждение сказанным вслух словам.

Но, нет…

Никакой ошибки.

От ужаса хочется кричать, но закусив губы я молчу, чувствуя, как стремительно глаза наполняются слезами.

Они искажают моё зрение, но чудовищные слова из сообщения, кажется, выжжены на моей сетчатке….

Сегодня не стало мамы. Назар.

Вика

За двадцать шесть лет это моя первая потеря близкого, практически родного, человека.

Я не знаю, что делать и как себя вести сейчас.

Откладываю в сторону телефон и закрыв лицо руками, просто сижу.

Внутри образуется какая-то пустота.

Понимаю, что нужно перезвонить Назару, но… мне страшно.

Ужасно страшно.

Кажется, будто пока жуткие слова не произнесены вслух — они не являются правдой.

Хожу по кухни из угла в угол и не могу собрать разбегающиеся мысли воедино.

Резко останавливаюсь. Внезапно вспомнив о том, как Мария Николаевна звала меня в гости, а я так и не решилась пойти, впадаю в настоящую истерику.

Всё мои доводы сейчас кажутся такими нелепыми, глупыми, ненужными.

Она ждала меня, а я…

Безостановочно прокручивая это в голове, рыдаю до икоты.

В первые несколько часов, после получения жуткого известия, я прохожу все стадии отрицания, кроме принятия.

Ну никак не получается у меня смириться со случившимся.

Эту ночь я не сплю.

Лежу в кровати до самого утра и прокручиваю в голове воспоминания. От момента нашего знакомства и до последнего телефонного разговора с Марией Николаевной.

И снова рыдаю.

С постели поднимаюсь задолго до рассвета и плетусь в ванную.

Тяжесть в теле не столько из-за отсутствия сна, сколько из-за давящего вакуума, в котором я нахожусь со вчерашнего вечера.

Забираюсь под душ и какое-то время просто стою под струями тёплой воды.

Позже иду в кухню и вместо привычного кофе, выпиваю стакан воды.

Наверное хорошо, что у меня сегодня выходной, но при этом я совершенно не знаю, чем себя занять. Поэтому прихватив телефон, снова возвращаюсь в постель.

Закутавшись в одеяло, отыскиваю в контактах номер Назара и достаю его из блока.

Долго думаю над тем, что ему написать.

Слова поддержки?

В нашем случае странно выражать такое посредством смс.

Поэтому ограничиваюсь коротким: «Назар…»

Учитывая раннее время ответа от него не жду, но он приходит почти сразу.

«Можно я тебя наберу?»

Сильно зажмурившись и закусив нижнюю губу, подавляю всхлип.

Знаю, что поступаю как последняя дрянь, но блокирую экран и убираю телефон в сторону.

Отворачиваюсь к окну и пытаюсь просто дышать.

Очередной резкий выдох и меня разбивает мелкая дрожь.

Я могу только предположить, как себя сейчас чувствует Назар.

Они с матерью были очень близки.

Не могу перестать об этом думать…

Спустя какое-то время сама не замечаю, как засыпаю.

Просыпаюсь после обеда и ещё около часа нахожусь в каком-то ступоре.

Ближе к вечеру всё же решаюсь написать Назару сообщение. Спрашиваю о том, когда состоится церемония прощания.

Но в этот раз он отвечает только час спустя.

Прописывает дату, время и место. В конце добавляет «спасибо», которое разрывает мне сердце.

Он думал, что я могу не прийти?

Горло тут же схватывает спазм, но я держусь.

Узнав от бывшего мужа, что похороны состоятся завтра, звоню руководству и прошу выходной. Его предоставляют мне без лишних вопросов.

Эту ночь мне удаётся поспать.

Сон поверхностный, беспокойный.

Утром так же маюсь, как и весь предыдущий день.

Время до назначенного часа длится бесконечно.

Приняв душ и заставив себя съесть хоть что-то, открываю шкаф и достаю классический брючный костюм, состоящий из брюк и укороченного пиджака, под который я надеваю тонкий серый гольф с воротником под горло.

Волосы собираю в тугой, строгий пучок.

Через приложение вызываю такси.

Мне хочется побыть на воздухе, поэтому решаю подождать машину на улице.

Надеваю пальто и покидаю квартиру.

Ждать приходится недолго, но этого времени мне хватает чтобы собраться с мыслями.

Я приезжаю заблаговременно, но почти все уже собрались.

Пришедших на прощальную церемонию не много. В основном это немногочисленные родственники Градовых, соседи Марии Николаевны, несколько её приятельниц и близкие друзья моего бывшего мужа.

Чувствую странное облегчение, когда понимаю, что среди присутствующих нет Инны.

Кивком головы приветствую тех, с кем знакома лично и подхожу к Назару.

Я не готовила заранее речь, слова соболезнования исходят от души.

Он кивает и тихо благодарит.

Из нашей короткой беседы узнаю, что причиной смерти свекрови стал сердечный приступ.

Я остаюсь стоять рядом с бывшим мужем, молчаливо выражая ему свою поддержку.

Мрачная атмосфера давит просто невыносимо, но я держусь благодаря принятым дома успокоительным.