Поведение

Позные состояния, движения и голосовые реакции при удлинении опытов были чрезвычайно разнообразны и в большей степени, чем любые другие функции, носили на себе отпечаток индивидуальных особенностей отдельных животных. В первые 20 суток поведение изменялось в соответствии с закономерностями, выявленными выше: возникало двигательное беспокойство, затаивание, вырабатывались компенсаторные двигательные реакции, адекватные позные состояния. Умеренно подвижные и подвижные собаки становились спокойнее. Малоподвижные начинали двигаться больше и т. д. Исчезла общая нервозность животных.

После 20-х суток двигательное состояние собак существенно не изменялось и только у двух из них наблюдались отклонения. Малоподвижная собака Пурга стала двигаться значительно больше. Собака Буран двигалась возбужденно в одни периоды и становилась неактивной — в другие: лежала и сидела в расслабленных позах, почти не реагируя на воздействия внешней обстановки. В дальнейшем у большинства животных по мере удлинения экспериментов наблюдалось сокращение числа движений и большая их вялость, а после 30 дней резко уменьшилось число компенсаторных движений. Исключение составляла одна собака (Буран), продолжающая возбужденно двигаться в одни периоды и становящаяся неактивной — в другие. С 40-х суток опыты с ней пришлось прекратить из-за палакиурезиса, как и с собакой Тосной во время изучения тренировки по второму способу.

Изменения в количестве двигательных реакций на протяжении двухмесячных опытов показаны в табл. 14. От 20-х до 30-х суток отмечалось большое число пассивных голосовых реакций в виде скуления, были зарегистрированы случаи воя (у Тундры и Луча). Количество активных звуков голосовых реакций, наоборот, уменьшалось, на протяжении 26, 28 и 30-х суток собаки издавали звуки в среднем около 3 час, 2 час. и 10 мин. (соответственно), скулили и 30 мин. лаяли и визжали. Второй месяц пребывания собак в условиях опыта характеризовался еще большим увеличением звуковых реакций. В период от 35-х до 45-х суток голосовые реакции в виде скуления стали появляться у всех животных, кроме Ласки и Сильвы. У Пурги и Бурана несколько раз регистрировались стоны. Одновременно с увеличением числа пассивных звуков увеличивалась их многокомпонентность и чаще встречался феномен вслушивания в собственные голосовые звуки.

Из активных звуковых реакций особенное развитие получило рычание. Оно регистрировалось у четырех из семи собак, вначале оно носило беззлобный характер: к рычащему животному можно было подойти, просунуть руку в кабину, погладить. Однако затем у двух собак (Тундры и Луча) рычание стало сопровождаться агрессивностью, усугублявшейся по мере увеличения длительности опытов, и затем — злобностью.

Таблица 14. Число двигательных реакций и величина их амплитуды за час бодрствования в разные периоды двухмесячных опытов (данные актограммы)
Реакции и поведение собак в экстремальных условиях - i_034.png

Лай собак по мере увеличения длительности эксперимента становился угрожающим и, наоборот, лай приманивающий, с включением радостных оттенков стал регистрироваться редко (их соотношение у Пурги на 31-е сутки — 8:3; у Тайги на 34-е сутки — 9:4; у Бурана на 39-е сутки — 7:2 и т. д.).

В период 60–65-х суток тенденция к развитию пассивных голосовых рефлексов продолжала увеличиваться. Появилось скуление у Ласки — животного с нормальным функционированием многих других систем организма, со спокойным поведением. Возникнув в период 54-х суток, оно стало быстро развиваться (на 59-е сутки собака скулила 3,1 час, на 64-е — 5,8 час). В 65-е сутки начала скулить и другая собака — Сильва.

Эмоциональное и нервное состояние

После 35 дней пребывания в эксперименте при пробе с гвоздями у некоторых животных частота пульса и число дыхательных движений возрастали по сравнению с нормой в среднем на 22 удара в минуту и на три цикла дыхательных движений, появлялись значительные задержки дыхания. Животные приходили в возбуждение, рычали на доску, скулили. Только у Сильвы и Ласки реакции значительно не изменялись, что свидетельствовало о хорошем эмоциональном состоянии. При пробе на высоту некоторые животные вели себя более скованно, чем на 12–14-е сутки опыта, другие, наоборот, — менее. Значительное ухудшение всех реакций отмечалось у Бурана и Пурги. Боязнь упасть и другие признаки (скольжение лап, неудобные позы, отсутствие попыток их смены, частые потери равновесия и т. д.) заставляли предполагать нарушение у этих собак координации движений.

После 50-х суток доска с гвоздями и высота в основном вызывали менее значительное ухудшение состояния. Пульс увеличивался по сравнению с исходным в среднем на 15 ударов в минуту. Однако некоторые моменты поведения при этой пробе свидетельствовали о еще большем ухудшении координации движений и обеднении эмоционального состояния. У Сильвы и Ласки, хорошо проявлявших себя в кабине, пульс и поведение на высоте и при воздействии гвоздями изменялись относительно мало (пульс — на 10 ударов в минуту). При пробе с физической нагрузкой на 45-е сутки отмечалось ухудшение многих реакций: пульс в среднем учащался на 33 удара, груз удерживался в течение 10 мин. 30 сек., собаки делали попытки двигаться, скулили, выли, т. е. обнаруживали при пробах значительное беспокойство.

При действии неприятных запахов пульс повышался на 34 удара в минуту. Сильно изменялось поведение животных: вместо спокойного реагирования на воронку, через которую поступал запах, собаки энергично крутили головой, лаяли на воронку, жалобно скулили. Неожиданными были реакции на запах и вид колбасы. Если на 20-е сутки запах колбасы вызывал замедление пульса и активное стремление к пищевым раздражителям (животные совали мордочку в воронку, махали хвостом), то на 50-е сутки запах колбасы действовал примерно так же, как запах тимола и аммиака: собаки отворачивались от воронки, отодвигали ее лапой, забивались в угол, упорно отказывались есть (рис. 20, 21). У шести из десяти животных появилась злобность, которая свидетельствовала о существенных сдвигах в нервной системе собак. Собака Степь сделала попытку покусать персонал, обслуживающий опыт, а Луч покусала на 47-е сутки опыта лаборанта в момент, когда он ставил ей еду.

Обсуждение полученных результатов

Анализ полученных данных показал качественные изменения в состоянии собак по трем периодам экспериментов.

Первая треть двухмесячных опытов характеризовалась улучшением состояния и поведения собак. Такое улучшение, несмотря на различные колебания, связанные с индивидуальными реакциями, наблюдалось в функционировании пищевой и выделительной систем, нервной системы и нормализации поведения. Можно было думать, что в ходе дальнейших опытов число неблагоприятных сдвигов уменьшится и в результате будет достигнута высокая степень адаптации животных. Однако этого не произошло.

Во второй трети опытов от 20-х до 35–40-х суток состояние и поведение собак не ухудшалось и не улучшалось, а в последней трети опытов (с 40-х суток) общее состояние собак снова ухудшилось. С тремя животными пришлось прекратить опыты из-за палакиурезиса и появления срывов в нервной деятельности. У двух собак, в состоянии которых долго не регистрировалось отклонений от нормы, стали возникать заметные признаки ухудшения психического состояния. Значительно сократились, а у многих собак исчезли совсем реакции, компенсирующие недостаток двигательной активности. Из активных звуков в основном регистрировалось рычание, которое можно было рассматривать как результат развития тех неблагоприятных сдвигов в нервной системе, которые приводят к озлоблению. Вместо радостного лая приманивающей формы и визга регистрировалось скуление — реакция, сопровождающая развитые виды угнетенного состояния.

Реакции и поведение собак в экстремальных условиях - i_035.jpg
Рис. 20. Положительная реакция собаки Тайги на запах при эмоциональной пробе на 9-е сутки двухмесячных опытов