Мы помолчали несколько секунд, каждый обдумывал ситуацию со своей стороны.

— У вас есть какие-либо предложения по решению столь неудобной ситуации? Может можно принять временно принять девушку на должность помощника повара и кем-то еще?

— К сожалению не получится. Все кадровые вопросы решаются только администрацией компании. Но мы можем пройти к капитану, может он найдет решение этой проблемы.

Если заместитель по работе с пассажирами выглядел как человек с которым всегда можно договориться, то по виду капитана, встретившего нас на мостике дирижабля, было ясно — самодур и непреклонный бескомпромистник. Темные, слегка вьющиеся волосы нависали над морщинами лба, густые брови подчеркивали жесткий взгляд карих глаз, отглаженная до состояния «поставь в угол и будет стоять сама» форма синего оттенка с серебристыми вставками выдавала характер педанта, а вздернутый подбородок — гордеца осознающего силу своей власти. Казалось, даже сам воздух вокруг его фигуры уплотнялся, подчеркивая незыблемость воли капитана.

Заместитель кратко обрисовал ситуацию, я дополнил про статус безбилетницы, как наложницы-содержанки главы клана.

— Рабыня? — капитан четко уловил статус Светланы.

— Да. — кратко ответил я.

— Ну так оштрафуй этого пассажира за неучтенный перевес багажа и проследи, чтобы после швартовки ее вынесли как чемодан! — отдал распоряжение капитан, после чего чуть кивнул в ознаменование окончания разговора и вернулся к наблюдению за рулевым и приборной панелью.

Получив квитанцию об оплате штрафа, я вернулся к сестре. В этот раз она обнаружилась за столиком лобби бара с высоким стаканом разноцветного слоистого коктейля. Я заказал большую кружку кофе и подсел к сестричке.

— Вот как? Оформлена как багаж? Забавно! — подхихикнула сестра после моего рассказа.

— Именно так! — подтвердил я. — И выносить ее придется как багаж, в соответствии с оформленным штрафом.

— Чур связывать в компактное положение буду я! — загорелась идеей сестренка. — Недавно интересное видео смотрела, хочу попробовать!

— Наслаждайся! — поддержал ее я. — Если договоришься со Светланой, то потренируйтесь, чтобы выглядело стильно. Раз уж приходиться прогнуться под обстоятельства, то надо это делать красиво.

Ольга потянула глоток коктейля через трубочку, чуть помолчала, а потом негромко сказала:

— Ты извини за сцену в номере, не знаю что меня нашло.

— Ерунда. У всех нервы были взвинчены от самой ситуации.

— Мне ее действительно жалко. — сестренка снова сделала паузу на пару глотков. — Родителей потеряла, на месть пошла, а в результате отдалась в рабыни.

— Подождем несколько дней, пусть успокоиться и придет в себя, да и дадим вольную. — предложил я. — Мне она в роду, как собаке пятая нога на спине, вроде и есть и за ухом чесать ей можно, но неудобна и, по сути, просто не нужна.

— А что она будет делать? — не унималась сестра.

— Все что захочет! — я сделал большой глоток кофе. — Оль, вот серьезно! На кой ты забиваешь свою голову чужими проблемами? Ты не забыла, что она меня практически убила? Не будь я тем, кто есть — истек бы кровью на смотровой площадке и все! Если бы не вы с Суссаной, то вызнав причину, отправил бы ее за борт или позволил это сделать заместителю капитана. Мы еще сами на ноги не встали, а ты уже пытаешься облагодетельствовать первую встречную.

— Я понимаю, но…

— Давай пока прекратим этот разговор. Вернемся к нему позже.

Из лобби мы переместились в ресторан. Суссана питалась заказывая еду в номер, так что не оголодают. Мне хотелось чтобы сестра максимально забыла нашу небольшую ссору, поэтому, стоило нам усесться за стол, я заказал кучу разных блюд небольшими порциями.

Чисто придворный ужин — понадкусать кучу разных яств, но ни одно не съесть до конца. Если бы не грядущий Имперский бал, то ел бы я как привык — все и полностью! Но за время ожидания пошива костюма, сестра мне плешь выгрызла про правильное поведение за столом.

Вот и приходиться уподобляться нуворишу вышедшему из сиволапого крестьянина — пробовать, но не съедать, показывая тем самым свою дурь и расточительство, дескать, денег столько, что могу себе позволить надкусить и отправить на помойку. И нож держать зажимая его в кулаке. Совсем тут аристократия выродилась!

Это ведь от придворных подобное идет! Настоящий аристократ чревоугодием не страдает. Ест ровно столько — сколько нужно, деньгами не сорит и всегда готов как к обороне, так и к нападению.

А поднятые самодержавной властью конюхи, да умеющие хорошо подмахивать прислужницы — свои капиталы сами не сколачивали. Все интригами, да мздоимством набивали мошну. Вот и выделываются пуская пыль в глаза, а как коснись дела — война там или набег какой, так, в отличии от родовой аристократии, оружие в руки не возьмут и на супостата не выйдут!

Тфу, одним словом, а не люди! Но да ладно.

Ужин длился пару часов. Времярасточительно, но он позволил сестренке окончательно успокоиться и к номеру она уже шла без внутреннего напряжения.

Открывая дверь, я застыл в проходе. В номере, посреди зала, лежало два связанных тела. Вынув пистолет из подмышечной кобуры я аккуратно зашел и огляделся.

На диване безмятежно ворковали Суссана и Светлана. Спрятав пистолет назад в кобуру, я оглядел нежданный сюрприз. Парни лет 25, неброская, но сейчас весьма побитая, внешность, полуспортивная одежда, связаны между собой затылок к затылку. На пассажиров фешенебельного дирижабля не тянут, на его команду — тоже.

— Кто это такие? — спросил я глядя на Суссану.

— Убийцы господин! — ответила вставшая билдерняшка. — Они уже во всем признались.

Ну да, похоже, если расспрашивает горничная со сложной судьбой, чьи руки толщиной в твою ляжку, то любой признается. Особенно если допрашивать будет со старанием. То-то некоторые пальцы у этих двоих практически темнофиолетового цвета и плоской формы, наверно не сразу решились откровенничать.

— И что они тут делают?

— Ждут вашего решения, господин.

— Давай-ка поподробнее, Сусанна.

— Слушаюсь, господин. — горничная поправила и так безупречно сидящий передник и продолжила: — Они проникли в номер, ваша рабыня опознала подставившего ее наемника и напала на него. На шум вышла я и мы их скрутили. Эти двое должны были проконтролировать месть Светланы и если она удаться, избавиться от нее. А в случае неудачи разобраться с вами самостоятельно.

— А кто их нанял они сказали? — мне было жутко интересно, кому я так мешаю.

— Заказчика не знают, нанимали через посредника. — пожала плечами билдерняшка и добавила: — Я взяла на себя ответственность проконтролировать, чтобы они компенсировали созданные неприятности. Все их имущество было распродано через аукцион, финансы и деньги со вкладов в банках переведены на счет рода Комаришкиных. А они ждут вашего решения.

Я усмехнулся. Четко отработано, даже я сам лучше бы не сделал.

— Ну что, этих тоже жалеть будешь? — спросил я сестренку.

— Простите, что перебиваю, — вклинилась Суссана. — Но вашу сестру должны были исполнить вслед за вами.

— Ну что? Твое решение? — поторопил я Ольгу. — Тоже понять и простить?

— Решайте сами! — вновь обиделась сестра и ушла в свою комнату громко хлопнув дверью.

Вот так всегда! Если девушка — то надо простить, а если парень — то решайте сами.

— Вот что, Суссана. — обратился я к билдерняшке. — Сходи-ка ты к заместителю капитана по работе с пассажирами и скажи, что нам попались тут два безбилетника. И что новые штрафы я платить не собираюсь.

За пленниками пришли минут через 20. Заместителя сопровождало четыре рослых матроса.

— Вы всегда путешествуете со столь интересными событиями? — спросил он меня, пока матросы вытаскивали из номера связанных.

Я чуть задумался и уверенно ответил:

— Всегда! Приключения любят меня.

— Тогда мне остается надеяться, что их лимит на этот рейс закончился. А то, слишком много отчетов и так писать придется.