— Какие странные звезды… — задумчиво говорит принцесса.

Я смотрю на небо и звезды падают с небес, причем одна из звезд умудрилась хорошенько зарядить мне по голове.

— Хватайте принцессу, а этого в расход! — слышу я мутнеющим сознанием.

— Какие странные звезды… — задумчиво говорит принцесса.

Я смотрю на небо и звезды падают с небес, причем одна из звезд умудрилась хорошенько зарядить мне по голове.

— Хватайте принцессу, а этого в расход! — слышу я мутнеющим сознанием.

Возможно, будь у меня с собой не шпага, а пистолет, у нападавших что-нибудь и выгорело. Но сотни тысяч часов превозмогаторства и культивации совершенствования уровня владения холодным оружием в прошлом мире сделали свое дело даже раньше, чем я успел сообразить, что происходит.

В груди колыхнулась злая радость за выбор старинной тяжелой боевой шпаги в качестве церемониального оружия, парадным мышеколом я бы точно не смог отбиться.

Взмах шпаги совмещенный с выхватыванием ее из ножен и ударивший меня лишается головы, пара колющих ударов и один противник обзаводится отверстием меж бровей и носом, а другой — дополнительной вентиляцией в виске.

Последний, бросившийся на принцессу, был заколот со спины, но очень аккуратно — шпага вошла в череп рядом с позвоночником, пронзила мозг и ее кончик, на мгновение, показался из глаза супостата.

А потом, мне пришлось давить рефлекс, чтобы не насадить на клинок принцессу. С криком: «Что ты наделал, гад» она кинулась на меня и отвесила весьма звонкую пощечину.

Ярко вспыхнул фонарь, зашевелились кусты, на площадку стали выбегать какие-то люди. Они лезли отовсюду, я стоял в ступоре, сжимая окровавленную шпагу в руке и не понимал — как моя чуйка могла их не заметить.

Через полчаса я сидел в небольшом кабинете и выслушивал речь, о том, какой я плохой, коль сорвал столь хорошо продуманную операцию, причем высказывала мне это настоящая принцесса, а не ее дублерша, с которой я танцевал.

Никогда не любил спецслужбы за их желание использовать человека втемную. Объяснили бы, что мое дело не рыпаться, а быть антуражем для изображающей принцессу агентессы и поводом удалиться от дворца — я бы и не стал столь радикально решать проблему нападения.

Теперь же, результатом годовой работы контрразведки стали только четыре труппа и новейшие версии грависпасов, что позволяют бесшумно спуститься с любой высоты. Хотя предполагалось спеленать всю команду целиком и выяснить не только заказчика, но и выйти на агентурную сеть.

Впрочем, мои действия все же оценили, причем двояко — пообещали медаль «За смелость» и запретили в ближайшую пару лет появляться во дворце. Пр медаль пояснили — будь нападение не на двойника принцессы, а на нее саму — то был бы орден.

Фактически из плюсов — удовлетворение мечты девушек побывать на Имперском балу и акции «Имперского лимузина», в минусах — подпорченные отношения со спецслужбами Имперска и недовольство принцессы.

И если к последнему я равнодушен, на нее все равно никаких планов и не делал, то спецслужбы могут и подгадить при случае. Просто потому, что могут.

— Ты понимаешь, что сорвал деликатную и давно планируемую операцию? — Григорий Всеволодович, инквизитор Имперской Службы, вел со мной разговор.

— Я должен был позволить себя убить и умирая смотреть, как похищают принцессу? — не согласился с ним я.

— Из всех случайных молодых людей присутствующих сегодня на балу у тебя были самые большие шансы отбиться. — пояснил Григорий. — Затягивать бой похитителям было не с руки, в одном из планируемых сценариев, они оставляли одного для сдерживания тебя и скрывались с принцессой втроем.

— А если бы убили? — мне было интересно, есть ли такой сценарий.

— Там пять целителей было. — пожал плечами инквизитор. — Если не поражен мозг и голова на плечах, то вытянули бы хоть с того света. Так что, мог бы и поаккуратнее заколоть нападавших.

— Да я как-то привык, чтобы наверняка… — начал оправдываться я.

— Привычка хорошая, но сегодня она все усложнила.

— Кстати, как там мои девушки? — их судьба меня весьма тревожила.

— Чаевничают с фрейлиной принцессы, рассказываютей о тебе.

Я поморщился. Чаевничают… как же! Проводят с ними мягкий вариант допроса, собирая обо мне информацию из первых рук — вот такая формулировка была бы честнее.

Наш разговор прервался, когда в кабинет кто-то зашел, я сидел к двери спиной, но, потому, как резко поднялся из-за стола инквизитор Имперской Службы, понял — зашедший обладает не малой властью. Не мешкая ни мгновения вскочил, обернулся и вытянулся, приняв стойку смирно. Кабинет посетил сам Император.

Не узнать Императора сложно. Его лицо можно каждый день лицезреть на монетах и банкнотах, портреты с его ликом украшают кабинет каждого чиновника. Но даже без всего этого, та аура власти, что появилась с приходом Императора, давала понять — перед тобой самодержавец!

— Так вот ты какой, герой сегодняшнего дня. — Император рассматривал меня как диковинку.

Я в ответ только склонил голову в церемониальном поклоне, признавая, это действительно я.

— И что же с тобой делать, разрушитель планов Империи?

Я молчал, мое мнение тут все равно роли не играло, а попытка отвечать на риторические вопросы могла быть воспринята как неуважение к власти.

— Решено наградить медалью «За смелость» и запретить появляться во дворце, Ваше Имперское Величество. — доложил инквизитор Имперской Службы.

— Нет. Так не пойдет. Наши противники обязательно сопоставят нелогичность произошедшего и результатов. Замолчать тоже не выйдет, команда захвата не могла просто взять и пропасть во дворце без шума.

— Можно возложить всю вину за пропажу команды на Комаришкина. Он в последнее время постоянно то подвиг совершает, то причиной беспорядка становится. Сделаем из него героя и претендента на руку принцессы, выдадим медаль за ликвидацию захватчиков дирижабля и орден за спасение лица Имперской крови.

Император на мгновение задумался, потом кивнул.

— Хороший вариант, работайте.

Затем оглядел меня, и добавил уже мне лично:

— И не вздумай принять оперативную игру за реальность! Герой…

Последнее слово было наполнено очень большим количеством иронии.

Когда Император вышел, я перевел дух. Ну вот! Хотел знакомства с Императором — получил! Только, такое вот представление совершенно мне не понравилось. Теперь, ко всему прочему, я еще и оперативный агент Имперской Службы, причем на голом энтузиазме, без каких либо документов. И ведь не откажешься!

— Завтра с утра, при параде прибываешь во дворец Императора. — поставил меня в известность инквизитор, затем добавил: — И чтоб без своей троицы сопровождающих! Хватит с них и бала.

Мне оставалось только согласится. Придется нести бремя героя во имя интересов Империи.

— Дочь! Комаришкин выбран быть претендентом на твою руку. — объявил Император заходя в анфиладу комнат принцессы.

— А он не сдохнет как прошлые за первую же неделю? Меня уже сторонятся и некоторые злые языки утверждают, что я приношу несчастья. Даже слух пошел, что есть проклятие которое накинется на любого, кто осмелиться добиваться моей руки! — принцесса явно было не в духе.

— Ты же прекрасно понимаешь, то что случилось с твоими претендентами только выглядит как несчастные случаи!

— Я-то понимаю, а вот общественность видит совсем другое!

— Вот и утрется эта общественность. За Комаришкиным плотный пригляд будет, да и сам он тот еще живчик. Особняк смерти укротил, банду захватчиков на дирижабле в одиночку ликвидировал, да и в Сибири покуролесил. Если интересно, можешь зайти и почитать папочку о нем в моем кабинете.