Мэтью пригнулся у обломка скалы.
– Давай, – сказал он. – Полезай на меня. Осталось немного.
Последний участок пути – по развалинам – оказался самым трудным: уже стемнело, и можно было ежеминутно споткнуться. Мэтью решил, что заблудился, и хотел уже позвать отшельника, когда увидел в полутьме ровную площадку. Он пошел к ней и понял, что это двор, окружавший дом отшельника. Здесь должен быть и сам дом… Мэтью увидел дом и застыл. Вид моря, преградившего путь, тоже был неожиданным и означал крушение его собственной иллюзии. Но потом было пробуждение, начало новой надежды. Новый удар был свирепым. Дом сгорел: почерневшие балки торчали без крыши под открытым небом.