Мы убрали лучи фонариков в стороны, что позволяло нам видеть пришлых, но не раздражать их чувствительное зрение. Я как смог со своим лексиконом и горлом потребовал выйти всем. И когда прибыл Хор, у противоположной стены стояла почти сотня аборигенов. Мужчины, женщины, дети.
Поняв, что опасности нет, но происходит что-то необычное, большинство моих людей покинули свои позиции и пришли поглазеть. Делать втык я не стал, хотя заскрипел зубами и отправил Тарика с Исидой и Юмалой в лагерь и «зеленый проход». Они самые ответственные. А раздачу медалей с приколачиванием их к грудной клетке кулаками я начну позднее. Когда не будет и без того перепуганных зрителей.
Исход аборигенов говорил о многом и ни о чем хорошем. Илир быстро схватил суть и диктовал Хору что говорить, да и сам нам переводил слова аборигенов. Выходило все совсем кисло. Понимали мы их через слово. Но история получалась печальная. Бункер уже не наш. Рейгард действительно притащил с собой второе племя бывших властителей и принялся за геноцид.
Очень удачно сыграла моя идея создать маркер из запаха цветка. Нюх у аборигенов как у собак, да и социальные связи у них развиты из-за того что хрупкая экосистема позволяла выжить только действуя сообща. Так что большая часть знала куда бежать от новых злобных врагов. Мои гуманитарные миссии на фоне нарушения системы торговых связей стали глотком свежего воздуха и спасли много жизней. Выбирая из двух зол меньшее аборигены решили что с нами лучше. И пришли к нам. В надежде на жизнь.
И мы приняли их. Хор больше всех общался с нами и Илиром, потому лучше всех перенял наш образ жизни и во многом копировал его, по-тихому таская ненужные вещи и создавая из них вариации предметов власти, вроде шлема, щита, стула и стола. Все это он внедрял в своем племени. А учитывая возможность ссылки в неизведанный и страшный низ био-фермы, слушались его беспрекословно.
Вот и сейчас мы отправили беженцев к нему, как и Илира. Да и кто-то из более надежных людей там постоянно терся, чтобы Илир не перебрал грибов и не наделал глупостей.
Неделя прошла относительно спокойно. Ребята поняли, что ситуация серьёзная и вкалывали уже не за страх, а за совесть. За эту неделю пришли еще три вереницы беженцев. Сейчас у нас уже почти пятьсот юнитов из аборигенов. Все три оставшихся бокса забиты. Благо мы уже давно преодолели лимит потребления, так что пару месяцев протянем даже с большим количеством ртов. Вот только вряд ли нам их дадут.
Я запряг Илира и своих помощников вооружать и обучать новичков. Отвести такое стадо в тыл мы не сможем. Пусть хоть умрут достойно. Ну и заберут часть противников, что тоже не плохо.
Жестоко? Возможно, но я забочусь о своих людях, а не о тех, кто прибежал в последний момент в надежде укрыться за нашими спинами. Каждый сам творец свой судьбы, характера и удачи.
— Рокот у нас гости! — Снова вклинился в чат Тарик, спустя неделю. — Не трогай остальных. Это нечто новое.
Мои ребята действительно выглядели загнанными пони. Сутки на пролет укрепляли нашу оборону, да так, что сейчас нас взять не так и просто.
— Рокот, нужно твоё присутствие. Тут Лютый. И не только.
Я сорвался с места, попутно подхватив Исиду и Ругера. И оба «дикобраза». Боги — это серьезно.
— Говори! — Вышел я вперед, когда примчался на границу нашей зоны.
— Прошу убежища. — Выдавил из себя Лютый.
За его спиной мялись неясные тени. Его группа? Мало.
— Рассказывай! — Отрезал я. Два ствола и армия за моей спиной позволяла такую роскошь. А главное я хотел пустить его в расход. Не оправдал он моего доверия. Лютый это понял, потому просто отошел в сторону. Тэт-а-тэт. Ну посмотрим что из этого выйдет.
И Лютый рассказал. Впрочем чего-то подобного я и ожидал. Ребята на верху не смогли договориться. У них хватало боевиков, но не было слаженности действий. Каждый тащил одеяло на себя. Слух о мощной группе быстро разошелся среди всех, как и мое слово о крыше, так что впрямую нападать на них никто не посмел. Зато начали выдавать свои условия, на которых они готовы к миру. И чем мощнее была группа, тем больше загонялись ее лидеры. Лютый все больше соответствовал своему имени и прилетало даже своим. Но как грамотный вожак он готовил пути отхода. Все это мало способствовало взаимодействию новой экосистемы, но спасло часть его команды, когда пришел Рейгард.
Вторая раса аборигенов имела очень неприятную особенность. Один на один они мало что смогли бы противопоставить нам, но их было очень много. Более полутысячи. В пять-десять человек они убивали богов за пару минут без особого напряга. Но самое главное они были беспощадны. Ко всем, включая самих себя.
А при поддержке и командовании Рейгарда они сломили сопротивление буквально за пару часов. Рейгард тут же начал насильно вербовать сторонников из мирняка, не особо перебирая методами. Сам Лютый сделал финт ушами и сдал свою секретную позицию. О ней знали и нападающие, потому встречали беженцев тепло и ласково. Смертельно. Зато не ожидали дерзкого прорыва в лоб. На том люди Лютого и выехали. Правда потеряли большую часть своих.
Лютый привел с собой всего восемь человек. Троих доверенных и пять девушек. Спаслись они тоже благодаря одной из них. Миниатюрной шатенке — Светлячку. И это было самым интересным. Новые аборигены были опаснее и агрессивнее, но очень сильно боялись света. Любой спектр излучения оставлял на их прозрачной коже сильные ожоги. Не смертельные, но очень болезненные. Да и зрение у них сильно проседало от любого лучика. Светлячок могла создать обычную сигналку, что горела в воздухе около трех минут, но даже от нее пришлые визжали как резаные.
Худые альбиносы с прозрачной кожей, через которую видны прожилки синих вен и красных артерий. Когда Лютый их описывал, я вспоминал «алых». Жуков что попортили мне нервы. Уж очень у них были похожие мутации тела. И в опасности они превосходили все остальные виды.
— Рокот, прими нас в команду! — Закончил свой отчет Лютый.
По-военному четкий отчет без лишних эмоций и деталей.
— Зачем ты мне, сержант? — Спросил я, прикинув его звание. Угадал. Мужик вздрогнул, но взгляд не отвел.
— Думаешь справиться своими силами?
— Думаю, что тот, кто предал своего командира раньше, легко сделает это еще раз.
— А ты бы хотел жить под Фарухом? Ты же сам понимаешь, что он не один из нас и случайно выплыл наверх. Его способность дала ему силу в Лабиринте. Но здесь он балласт.
— Как и те, кто ударят в спину.
— Я не ударю, пока ты обеспечиваешь наше выживание. — Покачал головой Лютый. — Но если Акелла промахнется — значит нужно менять вожака. Ты сам знаешь это. Законы стаи никто не отменял. Более сильные особи должны вести племя. И стаю.
Не согласиться с Лютым не мог. Нет больше нашего привычного мира. Тут выживет сильнейший и тот, кто знает, чего хочет. Лютый знал. И как ни прискорбно это признавать, казалось бы тупой Рейгард — тоже. Хотя быть подлым намного проще, чем быть честным. Потому в нашем мире было столько зла и потому он превратился в пустыню. Так было проще и расплата не заставила себя ждать.
— Не приму я твоих людей. — Отрезал я. — И не потому что вы недостойны. У меня есть другая идея. Пора сбросить с себя бремя лидера «Серебряной команды». А если вас приму, то усилю ее.
— Не понял. — Явно обиделся Лютый.
Вспыльчивый парень. Это его погубит. Я такой же, но у меня есть часть меня, что давно замерзла и судит логически. Она и останавливает меня в определенные момент. У Лютого такой части нет.
— Я не хочу гоняться за захватчиками. — Пожал я плечами. — Система не имеет чувств и считает все в цифрах. Сила, количество, амуниция. Все это делает команду и ее уровень выживаемости. Я просто отдам этот статус Владу. Едва он его получит, он решит что стал сильнее нас. И воспользуется этим.
Понимаешь?
Лютый ухмыльнулся. Зло так. Как и положено униженному мужику, у которого отобрали нечто ценное.
— Я в деле. — Скрипнул он. — Я буду убивать.