Орка озаботилась покормить найдёныша. Львиный отпрыск деликатно отведал кусочки языка, от лепёшек отказался и с удовольствием занялся недоеденными оленьими костями. Исхаг рыкнула на Корноухого, но тот не слишком испугавшись, подошёл и лениво положил голову на её скрещённые ноги.
- Ты не думай, что легко отделаешься, - проворчала Исхаг, - на вашей стае добыча еды для детёныша и обучение охоте. Слышал?
Корноухий прикрыл глаза, а обе самки принялись вылизывать донельзя довольного зверика. Шаманка аккуратно приподняла львёнка за загривок и внимательно осмотрела. Ну что же, ран нет, ссадин и порезов тоже нет, крепкий маленький зверёк здоров. Она повертела его перед глазами, детёныш покорно свисал в крепко держащей его лапе, и морда у него была довольная донельзя. Исхаг его понимала, маленький найдёныш обрёл семью, а её клан увеличился на одного разумного. В том, что зверь разумен, она нисколько не сомневалась, как не сомневалась в уме и изворотливости Корноухого. В этом мире даже стихии разумны. Правда, не все это понимают.
Маленькая Исхагор пробралась к матери меж мохнатых гостей и удобно устроилась на коленях, а львёнок принялся играть с волчицами, пытаясь поймать мелькающие хвосты, и с внушающей опасения храбростью нападал на котелок с остатками отвара. Набегавшись, зверёныш подобрался поближе к Корноухому и улёгся подле него, свернувшись клубочком. Исхагор и её зверь уснули одновременно.
Перед сном гном и орка совершили омовение в горячем источнике, после чего довольно много времени провели в неспешной беседе, потягивая из кружек подогретый отвар из поздних слив. Старая шаманка выпроводила из шатра всех зверей в их логово. К её удивлению львёнок покорно последовал за Корноухим и даже не попытался протестовать. Точнее, он попытался было вернуться в тепло, но волк негромко рыкнул, и малыш передумал возвращаться.
- Умный зверь, - одобрила шаманка.
В продолжение вечера она многое узнала из того, что ей следовало знать. Да, добыча топазов ведётся очень давно. Настолько давно, что у горной выработки вырос настоящий городок гномов, со временем ставший столицей. Да, эльф Эльреги, друг народа гномов, живёт в пограничной крепостце почти шестьдесят лет и за всё время проживания ни разу не дал оснований заподозрить себя в нечестной игре. Да, Эльреги не раз оказывал важные услуги народу гномов и всегда стоял горой за своих друзей. Нет, гномы торгуют добычей недр и своими изделиями не только с людьми, но и с эльфами. Эльфов интересуют камни и только камни, остроухие покупают рубины, топазы и даже сердолик. В этих горах нет золотоносной руды, нет серебра и железо тут не залегает. Только драгоценные камни. Да, эта долина всегда была камнем преткновения для гномов. Их шаманы повели себя недопустимо и Гичи-Аум ответил так же жёстко, похоронив под обвалом перспективный рудник. К счастью, обошлось без жертв, но труд двух поколений гномов потерян навсегда. И виноваты в этом, безусловно, шаманы. Что им стоило вежливо преподнести дары духу-хранителю, как это сделала Исхаг? Договорись старики мирно с Отцом долины, не пришлось бы теперь опасаться за жизни горняков!
Исхаг предложила попросить хранителя долины помочь в поисках перспективных залежей драгоценных камней. Ей кажется, что Древний скучает без общения и деятельной жизни... если его существование можно назвать жизнью. Так, может, обратиться к нему за помощью? Обернувшись к молчащему гному, Исхаг обнаружила его спящим у костра. Осторожно стащила с него сапоги и накрыла собственным тёплым плащом.
... Ранним утром после завтрака, она велела волчице присмотреть за львёнком, а прочих отправила на охоту. Львиный ребёнок неохотно подобрал остатки их завтрака, и шаманка кивнула сама себе - это не пища для хищника.
- Вперёд, Хогровы дети! Загоните маленького оленя и принесёте сюда!
Корноухий с подругой сорвался с места и быстро исчез за поворотом скалы, а гном и Исхаг в компании дочери, повисшей за спиной у гнома в детской перевязи, отправились искать обещанные топазы. Гичи-Аум не обманул и спустя недолгое время привёл их пещерке. Заглянув в неё, гном едва не взялся за сердце...
В полумраке таинственно мерцали малиновые скопления камней, аккуратно выломанные из горной породы, заботливо избавленные от каменной крошки и комьев земли... Камни светились, поблёскивали и были настолько прекрасными, что Исхаг долго не отрывала от них взгляда. Гном вошёл в пещерку только после запрошенного и благосклонно дарованного разрешения, так что старая шаманка и Гичи-Аум сполна насладились зрелищем ошеломлённого гнома. Фахадж, ласково поглаживал казавшиеся живыми кристаллы, и они сияли ярче под его мозолистыми ладонями, камни словно благодарили зрителей за восхищение и благоговение. Налюбовавшись, они попросили Отца Долины спрятать сокровище подальше и поглубже.
- Подальше - это можно, - кивнул Гичи-Аум, ныне представший в облике горного льва, - а вот поглубже не стоит. Кто знает, как обернётся жизнь, вы должны суметь достать эти камни быстро. Смотрите!
Гичи-Аум показал, как легко поворачивается огромный камень, запиравший низенький вход в пещерку, стоит только нажать на еле заметный выступ внизу.
- Пещерка откроется только вам обоим вместе или каждому в отдельности, все прочие ничего здесь не обнаружат.
Гном и орка благодарно склонились перед могуществом Древнего. Остаток дня до обеда хранитель показывал, как именно идёт жила с жёлтыми топазами и как нужно повернуть штольню, чтобы избежать больших затрат на проход в этом направлении. Потрясённый гном низко поклонился Отцу Долины, благодаря за доброе отношение и испросил прощение для шаманов. Гичи-Аум отказал в прощении, но заверил, что согласен одарить дружбой и доверием орку Исхаг, воспитывающую умненькую девочку.
Остаток дня гном посвятил вычерчиванию контуров залегания драгоценных кристаллов поверх уже имеющейся у него старой карты. Жила с топазами простиралась довольно далеко к северо-востоку и, скорее всего, уходила вверх... не исключено, что прямо к жерлу давно потухшего вулкана в пяти лигах к северо-северо-востоку. К своему благосклонному подарку Отец Долины присовокупил небольшое месторождение сапфиров, но предупредил, что оно действительно небольшое и располагается на месте некогда протекавшей через долину реки. Лучше всего добыть сапфиры промывкой галечника. Рубить штольни не понадобится, поскольку камни рассеяны по дну бывшей реки. И снова Фахадж мысленно обругал клановых шаманов - что стоило отнестись уважительно к старейшему духу? Правда, тогда он не познакомился бы с замечательной шаманкой и её славной дочерью. Не следует забывать также найденные и надёжно упрятанные топазы...
Исхаг кормила малышку. Её львёнка накормили волки, утащившие зверика в своё логово. Фахадж заглянул в гости к волкам и полюбовался на найдёныша, спящего с туго набитым животиком. А в замечательном и заговорённом против непогоды шатре, уснула накормленная, помытая и всячески ублаготворённая девочка. Засыпая, малышка крепко держалась ручонкой за шаманские побрякушки, свисавшие с пояса Исхаг.
Уложив дитя поудобнее, шаманка вышла из шатра. На горы и долину гейзеров опускался вечер, контуры скал приобрели особенную чёткость. Чистое зимнее небо немыслимой синевы, той самой синевы, что бывает только в начале зимы и глубокой осенью, поражало обилием кружащихся в вышине птиц, вороны возвращаются с охоты. Или это просто воронья молодёжь разминает крылья? Где-то там парят на крепких крыльях два её приятеля - Кор и Карг. Исхаг мысленно потянулась к огромной стае воронов, парящих так высоко, что даже карканья не слышно. Отклика она не получила, но это ровно ничего не значит, значит её друзья продолжают охоту.
Как удачно, что шатёр стоит довольно высоко над северным склоном долины, с такой высоты не только приятно обозревать окрестности, но ещё и полезно. Любого чужака увидишь мгновенно, никому не удастся подойти незаметно к шатру, даже если посчастливится беспрепятственно миновать ловушки Гичи-Аума. Старая шаманка положила себе расспросить Отца Долины о возможности проникновения в долину со стороны окружающих гор, с воздуха и под водой. Сколько можно понять, водяные пласты залегают неглубоко, ведь серные источники не иссякают..., следовательно, есть тут и подземные водяные линзы, и подземные озёра с реками.