Шаманка оглянулась на Фахаджа, присоединившегося к её любованию долиной. Гном глубоко вдохнул морозный воздух, к вечеру зима вспоминает о своём существовании в этой долине, к утру шатёр покрывается инеем, а мороз слегка покалывает щёки.
- Какая красота! - выдохнул гном.
Исхаг взглянула на приёмную дочь, пожелавшую разделить их восхищение. Девочка проснулась и теперь тихонько стояла рядом с гномом, оглядывая широко раскрытыми серыми глазами долину, утопавшую в закатном сиянии светила. Непокрытая светловолосая головка склонилась к плечу, за её спиной воздвигся Гичи-Аум в образе всё того же орочьего шамана с перьями цапли в туго заплетённой косе. Отец Долины в своё время испросил разрешения появляться внезапно и без предупреждения. Вскоре к обществу двуногих присоединился волчий отряд в полном составе с арьергардом в виде львиного детёныша, молча поспешавшего за старшими хищниками. Полюбовавшись мирной картиной вечера, хранитель долины истаял в прозрачном воздухе.
- Как вы назовёте маленькую львицу? - поинтересовался Фахадж.
Исхаг присела на корточки и взяла дочку за плечики.
- Девочка моя, дай имя своей новой подружке, - попросила Исхаг.
Маленькая Исхагор погладила львёнка по голове и чётко произнесла:
- Деги!
- Шалунья, - перевела с орочьего Исхаг, - звучит хорошо.
Исхагор посмотрела на игривого львёнка и вновь произнесла:
- Деги!
- Деги, значит Деги, - пожал плечами Фахадж.
Исхагор попыталась подхватить на руки маленькую львицу, но силы оказались неравны, точнее, львёнок перевесил, и Исхагор покатилась со ступенек вниз! Точнее, попыталась скатиться, неведомо откуда взявшиеся духи подхватили девочку и медленно вознесли на площадку к ногам приёмной матери. Маленькая львица, скатившаяся вниз без поддержки духов, сидела на попе и ошеломлённо трясла головой. Ещё бы, фыркнула Исхаг, тут любой взрослый лев не сразу опомнится.
Старая Исхаг остановила незнакомых духов у самой границы лестницы.
- Кто вы такие? - сухо поинтересовалась шаманка.
- Мне это тоже интересно, - проскрипел голос Гичи-Аума откуда-то сверху.
Исхаг запрокинула голову к темнеющему небу и разглядела крупного ворона, снижающегося к её жилищу в стремительном падении. Отец Долины раскинул огромные крылья почти у самой земли и пробежал немного, гася инерцию падения.
Чужие духи ощетинились шипами и обступили маленькую Исхагор.
Малышка отважно шагнула навстречу Древнему и раскинула руки, защищая незнакомцев:
- Моё! - выкрикнула девочка.
- Твоё? - хмыкнул хранитель, - если оно твоё, вели им исчезнуть.
Девочка отрицательно покачала головой.
- Что, не получается приказать? - хмыкнул Древний.
Исхагор как-то сожалеюще взглянула на старого хранителя, присела и погладила по крылу большого ворона. Гичи-Аум вслушался в свои ощущения, малышка что-то пытается сказать и за неумением говорить, вынуждена передавать свои чувства. Хранитель прикрыл птичьи глаза желтоватыми веками, вслушиваясь в эмоциональный фон окружающего мира. Так они просидели напротив друг друга довольно долго и всё время Исхаг вместе с Фахаджем боялись пошевелиться, дабы не нарушить сосредоточенное общение обоих.
- Хорошо! - старый ворон встряхнулся и с карканьем вознёсся в небеса.
Незнакомые духи отступили в стороны, и шаманка внимательно вгляделась в каждого из четверых. Один 'светляк', насчитала шаманка, это хорошо, девочке не надо заботиться о факелах в темноте. Один... нет, два силовика, эти могут переносить тяжести и носить своего призывающего хоть на край ойкумены. И последний... а кто ты такой?! Усилием воли Исхаг подтянула четвёртого поближе. Слегка отливающий желтизной в неверном свете уходящего светила... на старую шаманку кротко взирал дух неизвестной природы.
- Кто ты? - спросила Исхаг вполне дружелюбно.
Маленький обитатель изнанки засиял желтоватым пламенем. Огненный? Не похоже. Шаманка задумалась... кто же ты такой, малыш? И тут же хлопнула себя лапой по лбу - ну конечно же! Это дух серного источника! В воздухе ощутимо потянуло серным запахом, разобрались, слава всем духам!
Исхаг подхватила девочку, махнула лапой Фахаджу и стремительно скрылась в шатре, сделав вид, что не заметила, осторожно просочившейся внутрь Деги. Маленькая Исхагор занялась расчёсыванием шкуры львёнка. Исхаг только дивилась, южные хищники покрываются тёплым мехом к зиме, отчего бы? Здешние зимы можно назвать мягкими, так отчего гладкошёрстные горные львы меняют шкуру? Непонятно!
Зато понятно другое - перед ней сидит маленькая шаманка, призвавшая на помощь духов Изнанки. Без обучения, без предварительного камлания, вообще без просьб, высказанных в нужное время и в нужном настроении - да вообще без ничего! Исхаг глубоко задумалась... а принадлежат ли Изнанке бытия все призванные сущности? Фахадж, надо думать, понявший не меньше старой шаманки, молчал тоже. Оба они разглядывали девочку с некоторым опасением. Шаманка видела четырёх духов, призванных, если можно так выразиться, из разных мест. 'Светляк' вообще не дух, он просто создание магии света, так откуда он взялся?! Двое, то есть предположительно силовики - точно с изнанки. А последний - это уроженец долины гейзеров. Вот теперь сиди камнем, старая Исхаг, и думай... кого именно ты спасла в Орочьей степи и как отзовётся миру это спасение? Шаманка так и не смогла дать определение собственным чувствам. Страх ли холодил сердце? Нет, она давно разучилась бояться будущего. Недобрые предчувствия? Тоже нет, Исхаг прекрасно помнит послевкусие таких предчувствий. Так отчего вдоль позвоночника струится пронзительный холод? И почему её тело словно бы теряет вес, стоит только подумать о пришествии в мир этой девочки?
Шаманка тяжело вздохнула. Дело сделано, её приёмная дочь обрела имя и клан. А о прочем позаботятся она, Гичи-Аум и её родовые духи. Зато у неё появилась ученица! Первая за последние пятнадцать лет. Исхагор не орка. Ну и что? Учеником шамана может быть даже дух с Изнанки бытия, а то, что болтают меж собой люди, гномы и эльфы - сущая небылица. Шаманом может быть любой разумный, главное, чтобы вскрылись способности призыва духов. А шаманские практики - дело наживное! В её случае способности девочки обнаружились рановато, малышка даже говорить толком не умеет. Зато правильно понимает слова и умеет передавать чувства. Значит... что? Первым делом учим девочку говорить, одновременно занимаемся закаливанием, затем учим перемещениям в темноте... и всему остальному, чему малышка пожелает учиться. Без правильно и сильно высказанного желания учиться говорить с духами шаманские практики недоступны. Это и есть основная тайна орочьих шаманов, а вовсе не то, что люди выдумывают наперегонки с гномами.
Раздумья раздумьями, но руки делали своё дело, в котелке булькал отвар из трав, пеклись пресные лепёшки с остатками жареного лука. Ужинали вроде бы недавно, а перекусить всё же хочется. Да вон и гном не возражает.
Исхаг негромко взвыла по-волчьи. Услышав просьбу явиться, на пороге возник Корноухий и в два прыжка пересёк шатёр... и Деги без сопротивления поплелась к выходу.
- И чтоб до утра я вас не видела!
Корноухий обернулся у входного полотнища, вежливо оскалился и канул в темноту за порогом.
Фахадж и орка только рассмеялись, слушая протестующий и постепенно затихающий скулёж львёнка. Малышка явно протестовала против произвола волчьих воспитателей, однако силы были изначально не равны.
- Своенравная девочка, - хмыкнул Фахадж.
- Пусть привыкает к тому, что не бывает полной свободы.
- Точно не бывает?
Шаманка только лапой махнула.
- Что толку в пустом звоне слов? Ты лучше скажи, уважаемый, доволен ты беседой с хранителем?
- Ещё бы, - Фахадж потёр руки и придвинулся поближе к огню, - я и думать не мог, что жила с топазами настолько длинна. Жёлтые! Они не то, чтобы редки в природе... Но здешние топазы ценятся за чистоту цвета, и почти не содержат посторонних включений. Столица и шаманы нуждаются в качественных камнях.