Впрочем, в помощь ему была современная технология. Его танки были оборудованы рациями, которые позволяли отдавать людям команды, когда и куда двигаться, и информационными системами ИССЭ, говорящими им, как это делать. Тактическая группировка «Лобо» начала с того, что отошла назад со своих позиций на склонах, обращённых к югу, которые так им помогли всего сорок минут назад, повернула на юг и направилась вдоль нескольких заранее рассчитанных навигационных реперов к месту назначения, находившемуся меньше чем в десяти километрах от первоначальных позиций. Во время перехода этот усиленный батальон рассредоточился и его машины отошли одна от другой на большее расстояние. Штабные офицеры с помощью электронных средств сумели рассчитать процесс перехода и сообщить разработанный план командирам подразделений, входящих в состав батальонов. В свою очередь те, получив точные координаты участков, за которые отвечали, смогли почти автоматически разделить их на секторы, так что теперь каждый танк и бронетранспортёр знал своё место с точностью до метра. Первоначальная задержка в осуществлении плана «Нейтан» после поступившей команды к его началу позволила приступить к этой операции. На боковое смещение потребовался час, в течение которого машины двигались по пустынной местности со скоростью транспорта в час пик на загруженном шоссе. Несмотря на это, все прошло гладко, и через час после начала манёвра, передислокация завершилась. «Волчья стая», растянувшаяся теперь по фронту шириной больше двадцати миль, развернулась на север и продолжила движение со скоростью десять километров в час. Разведывательные группы выдвинулись вперёд и заняли позицию в пяти километрах перед главными силами. Это было намного меньше, чем предписывалось уставом, однако Эддингтону приходилось считаться с тем обстоятельством, что под его командой находилась крупная воинская часть, укомплектованная резервистами, которые всецело полагались на электронную технику, что не могло не беспокоить его. Полковник принял решение строго контролировать движение своих трех батальонов до тех пор, пока не будет установлен контакт и картина не прояснится.

* * *

Тома Доннера удивило, что машины поддержки — главным образом мощные грузовики — следовали за боевыми машинами, ничуть не отставая от них. Почему-то раньше он не понимал этого, привыкнув останавливаться на заправочных станциях один или два раза в неделю. Здесь, как стало ему ясно, машины поддержки должны двигаться вместе с теми, кого они обслуживают, и это очень важно. Автозаправщики останавливались, бронетранспортёры и тяжёлые танки попарно подъезжали к ним, а затем направлялись к точкам на периметре, где с грузовиков сбрасывали боезапас, который экипажи забирали сами. Доннер также узнал, что на каждом «брэдли» находится торцовый ключ, который стрелки покупали сами за свой счёт в магазинах «Сиерс»[136], потому что с помощью таких ключей заряжать магазины «бушмастеров» было легче, чем с помощью специально приданных для этого инструментов. Это показалось ему забавным, и Доннер решил когда-нибудь рассказать об этом.

Командир роты, который пересел теперь из своего танка М1А2, в командирский «хаммер», ездил от одной боевой машины к другой, проверяя состояние каждой и её экипажа. «Тройку-четвёрку» он оставил напоследок.

— С вами все в порядке, мистер Доннер, сэр?

Репортёр пил кофе, сваренный механиком-водителем «брэдли». Он поднял голову и кивнул.

— Да. А у вас всегда так? — спросил он молодого офицера.

— Я впервые участвую в боевых действиях, сэр. Впрочем, это мало чем отличается от учений.

— А что вы думаете обо всём этом? — спросил корреспондент. — Я имею в виду сам факт, что вы со своими подчинёнными только что, так сказать, убили столько вражеских солдат.

Капитан задумался на мгновение — Скажите, сэр, вам приходилось вести репортажи о торнадо, ураганах и прочих стихийных бедствиях?

— Да, конечно.

— Вы видели тогда пострадавших от них людей и ведь спрашивали их, что они думают об этом?

— Это моя работа.

— Вот и у нас тоже. Эти парни объявили нам войну. Мы нанесли ответный удар. Если происшедшее им не по вкусу, ну что ж, может, в следующий раз подумают, стоит ли так поступать? У меня родной дядя в Техасе — вообще-то дядя и тётя. Он был профессиональным игроком в гольф, и меня учил, а потом работал в компании «Кобра», торгующей принадлежностями для гольфа, понимаете? Так вот, незадолго до того, как мы выехали из Форт-Ирвина, мне позвонила мать и сказала, что оба они умерли от этой Эболы, сэр. Вы действительно хотите знать, что мы об этом думаем? — спросил офицер, подбивший этой ночью пять вражеских танков. — Тогда садитесь в седло, мистер Доннер. Через десять минут «Чёрная кавалерия» начинает наступление. Можете рассчитывать, что мы встретим противника ещё до рассвета. — На горизонте появилась тусклая вспышка, а через минуту донеслись отдалённые раскаты грома. — По-моему, «апачи» уже взялись за дело.

Только что был уничтожен командный пункт Второго корпуса, расположенный в пятнадцати милях к северо-западу.

План начал осуществляться. Первый бронетанковый батальон будет наступать на север, истребляя по пути ещё уцелевшие подразделения Второго корпуса Армии Аллаха. Третий батальон устремится на юг, где не было особой угрозы, и сосредоточится для атаки на левый фланг Третьего корпуса противника. В десяти милях отсюда Хэмм начал переброску своей артиллерии, чтобы завершить полный разгром остатков Второго корпуса, штаб которого минутой раньше уничтожила его вертолётная эскадрилья.

* * *

Эддингтон снова напомнил себе, что действовать нужно как можно проще. Несмотря на многие годы подготовки и то имя, которое он присвоил своему контрудару, полковнику было далеко до Нейтана Бедфорда Форреста, тем более что поле боя слишком велико, чтобы действовать экспромтом, как часто делал блестящий генерал с расистскими убеждениями во время войны против агрессии с Севера.

Полковнику пришлось широко растянуть разведывательные группы «Волчьей стаи», так как за последние полтора часа фронт бригады расширился почти вдвое, и это замедлило их действия. Впрочем, может быть, и к лучшему, подумал полковник. Терпение, прежде всего терпение. Войска противника не смогли продвинуться слишком далеко на восток из-за опасности столкновения с левым флангом «Чёрной кавалерии» — если, разумеется, они знали о расположении американского полка, подумал Эддингтон, — а местность на западе слишком пересечённая для свободных манёвров. Армия Аллаха попыталась двигаться по центру и понесла тяжёлые потери из-за этого Таким образом, самым логичным для Первого корпуса противника будет предпринять обходный манёвр, пожалуй, с некоторым отклонением к востоку. Снимки, поступающие с беспилотных «хищников», подтверждали предположение Эддингтона.

* * *

Командир дивизии «бессмертных» уже не мог пользоваться прежней командной цепью, и ему пришлось отозвать штабных офицеров уничтоженной Первой бригады на временный командный пункт. Кроме того, он понял, что теперь ему необходимо постоянно маневрировать. Первым делом он решил восстановить связь с командованием Первого корпуса, что оказалось совсем непросто, поскольку штаб находился на марше, когда генерал натолкнулся на американскую — это могли быть только американцы — засаду на шоссе, ведущем в Эль-Артавийя. Теперь Первый корпус снова собирался с силами и вёл непрерывные переговоры с армейским командованием. Командиру «бессмертных» всё-таки удалось связаться с командиром корпуса, генерал-лейтенантом, тоже иранцем, и как можно быстрее доложить о том, что стало ему известно.

— У них не может быть больше одной бригады, — заверил генерала его непосредственный начальник. — Что ты собираешься предпринять?

— Сконцентрирую все оставшиеся войска и ещё до рассвета нанесу фланговый удар, — ответил командир дивизии. Впрочем, у него не было выбора, и оба генерала об этом знали. Первый корпус не мог отступить, так как приказ идти вперёд получил от высшего руководства. Если он останется на месте и будет ждать, саудовские войска атакуют его со стороны Кувейта. Таким образом, перед ними стояла задача перехватить инициативу — этого можно добиться, обойдя американскую бригаду, преграждающую им путь, и затем нанести по ней сокрушительный удар. Задача танков заключалась именно в этом, а их у него по-прежнему оставалось больше четырехсот.

вернуться

136

Магазины «Сиерс» — дешёвые магазины, торгующие повседневными товарами по почте.