Я провела субботний день, сидя на трибуне под теплым солнышком, и это было великолепно. Уэстон один раз добрался до третьей базы, а потом забил хоум-ран. Он играл на первой базе и вывел из игры трех игроков. Когда после игры команда собралась вместе и слушала тренера, Уэстон пробрался к трибунам и, усевшись рядом, поцеловал меня. Это был первый раз, когда он поцеловал меня в общественном месте, и я заметила, как все на нас посмотрели.

— Что?

— Люди уставились на нас.

— Ну и хорошо.

— Пойду, помогу Фрэнки. После игры там будет много людей.

Уэстон поцеловал меня на прощание, и я перебежала через улицу, через заднюю дверь зашла в кафе и завязала фартук.

— Повеселилась? — спросила Фрэнки.

— Это было удивительно. Они выиграли! Уэстон был превосходен.

Фрэнки кивнула, и до закрытия мы проработали без перерыва, после чего быстро отмыли прилавки. Я торопилась переодеться перед приходом Сэма и Джулианны на ужин в семь часов. Запрыгнув в грузовичок, я поторопила Уэстона, а, когда мы приехали в гараж, отпустила его руку и побежала вверх по лестнице.

Тридцать минут спустя я вышла из комнаты, приняв душ, побрившись и натерев тело лосьоном. Уэстон сидел на верхней ступеньке, ожидая меня. Когда я вышла из комнаты Уитни, он встал. Я улыбнулась ему, но он не улыбнулся в ответ.

— Что случилось?

— Ничего, — сказал он, в конце концов улыбнувшись. Он наклонился и поцеловал меня в щеку, после чего мы вместе пошли вниз. Питер и Вероника накрывали на стол, а Сэм и Джулианна расставляли блюда.

Когда мы спустились, глаза Джулианны и Сэма загорелись, и они обняли меня. Мы сели за стол, и Уэстон рассказал о том, как прошел наш день. Взрослые стали расспрашивать нас о школьных заданиях и о том, нравились ли нам они, что привело к разговору о художественном проекте Уэстона. Сэм и Джулианна, казалось, заинтересовались им и внимательно слушали.

— Я хотела бы когда-нибудь увидеть этот рисунок, — сказала Джулианна.

— Он в моей комнате.

— Ты его уже оформил? — немного удивленно спросила Вероника.

— Ну да, — ответил Уэстон.

— Но ты рисовал его несколько месяцев, верно? — спросила его мама.

Уэстон посмотрел на меня.

— Да.

После этих слов у Вероники загорелись глаза, и она подавила ухмылку. Она, казалось, хотела расспросить его еще, но не сделала этого. Это была странная ситуация. Бывшая девушка Уэстона была также недавно умершей лже-дочерью Сэма и Джулианны. Этот разговор был не особо уместным.

— Это все как-то… неудобно, — сказала я.

Сэм нахмурил брови.

— Все в порядке. Конечно, все запутанно, но мы вас не осуждаем. Мы просто счастливы, что ты счастлива. Это все, что для нас важно.

Когда мы заканчивали есть шоколадный чизкейк, Джулианна занервничала. Во время затишья в разговоре Сэм взял ее за руку, и ее глаза заблестели.

— Эрин, — сказал Сэм. — Джулианна и я на этой неделе все обсудили, и, хоть мы и знаем, что для всех нас все слишком быстро меняется, мы хотели бы, чтобы ты переехала жить в наш дом… Пока ты не уедешь в колледж или не решишь от нас съехать. Мы просто хотели бы многое наверстать и попытаться создать семью.

Мой взгляд перемещались между ними двумя. Они смотрели на меня с такой надеждой в глазах.

— У тебя будет своя комната, — сказала Джулианна. — Мы уже купили тебе новые кровать, комод и постельное белье. Но мы подумали, что тебе самой захочется выбрать покрывало, так что оставили на кровати несколько каталогов, — сказала Джулианна и подняла руку. — Я не хочу, чтобы ты подумала, что тебе обязательно с нами жить. Я просто… не хочу, чтобы ты подумала, будто будешь жить в комнате Олди. У тебя будут своя комната, своя одежда, свои вещи.

Сэм немного наклонился вперед и снял с глаз очки.

— Ты не должна решать все сегодня. Мы просто хотим, чтобы ты знала, что ты можешь это сделать. И на эти выходные мы специально ничего не запланировали, на случай, если ты захочешь переехать. Но, опять же, мы не хотим на тебя давить.

— Все в порядке. Думаю, это хорошая идея, — сказала я.

— Правда? — шокировано сказала Джулианна.

Я кивнула.

Джулианна взволнованно хлопнула ладонями, и они вдвоем встали и обежали стол, чтобы обнять меня. Вероника и Питер нас поздравили и обняли. Казалось, не рад был только Уэстон.

Я села рядом с ним.

— Все в порядке? — спросила я.

— Просто мне нравилось видеть тебя каждый день, — сказал он.

— Уэстон, дорогой мой, она будет жить на нашей улице! — сказала Вероника, смеясь.

— Знаю, — сказал он, все еще оставаясь недовольным.

— Обещаю, вы будете проводить вместе много времени, — заверила его Джулианна.

Это, казалось, немного успокоило Уэстона, и он взял меня за руку. Сэм и Джулианна вернулись на свои места.

— Когда? — спросила я. — У меня не особо много вещей, так что много времени, чтобы перенести их, не понадобится.

— Может, завтра? — спросила Джулианна.

— Завтра? — повторила я.

— Или нет, — сказал Сэм, похлопывая Джулианну по колену. — Когда ты будешь готова.

— Думаю, мне не важно, завтра или в другое время. Если вы не уверены…

Джулианна не колебалась.

— Мы уверены.

— Тогда ладно, — сказала я с легкой улыбкой.

— Прекрасно! — сказала Джулианна. — Мы позаботимся обо всем. Если тебе нужны какие-то вещи, просто дай нам знать.

— Так… за завтра? — сказал Сэм, подняв почти пустую рюмку. Остальные тоже подняли свои рюмки, а мы с Уэстоном взяли в руки свои стаканы с колой.

— За завтра, — сказали мы все в унисон.

ГЛАВА 12

Сэм и Джулианна вернулись домой, желая закончить несколько дел до того, как я перееду к ним завтра. Питер и Вероника пошли к себе в спальню, а Уэстон позвал меня прокатится. Мы держались за руки, пока он ехал к нашему любимому месту, эстакаде, а потом мы вместе легли в багажник грузовика и стали смотреть на звезды.

— Я немного нервничаю. Только все стало прекрасно, как ты переезжаешь, — сказал он, наклоняясь, чтобы поцеловать мои волосы.

Я повернулась к нему, положив голову ему на руку.

— Я буду жить не за горами, и продолжу ходить в школу. Не думаю, что все изменится.

— Не знаю. Тебе почти восемнадцать, и мне кажется, что я сошел бы с ума, если бы в этом возрасте стал знакомиться со своими родителями. Я чувствую, что должен отойти в сторону, но так не хочу это делать.

— И я тоже этого не хочу, — сказал я, раздумывая над его последними словами. — С моими родителями. Ничего себе. Это кажется мне… сумасшедшим. Мне все еще кажется, что я вот-вот проснусь, и мне скажут, что это был розыгрыш.

— Розыгрыш? Скорее уж, ты выиграла лотерею. Мало того, что больше нет того, кто тебя дразнил, так ты еще и получила двух лучших людей в городе в качестве родителей.

— Мне кажется неправильным радоваться этому.

— Ты не крала их, Эрин. Они твои. Как и я.

Я посмотрела на него и увидела на его лице прекрасную улыбку, освещенную тусклым лунным светом.

— Да, и это слишком много для того, кто ничего не имел. Мне кажется, что в один момент это все меня разорвет.

— Я никуда не уйду, — сказал он. — Обещаю.

Я повернулась на бок и коснулась своими губами его. Ночь была холодной, но внутри меня разливалось тепло. Уэстон чувствовал то же. Его пальцы прошлись по моей коже, и он застонал. Закусив губу, я отстранилась, немного озаботившись тем, что я собираюсь делать.

Я села и сняла через голову рубашку. Уэстон не двигался, пока я не расстегнула лифчик, и тогда он сел, схватив меня за руку. Он поцеловал меня и прошептал в губы:

— Что ты делаешь? — его глаза были закрыты, но было очевидно, что каждый мускул его тела был напряжен.

— А как ты думаешь, что я делаю?

— Не здесь.

— Что?

— Не стоит, чтобы твой первый раз был в багажнике моей машины.

— Почему нет? С этим местом связаны мои самые лучшие воспоминания.

Он на мгновение задумался об этом. Когда я поцеловала его, он поцеловал меня в ответ. Его пальцы коснулись моих плеч, и он опустил белую лямку моего лифчика. Повторив это со второй лямкой, он через голову сорвал с себя футболку. Его теплая грудь прижалась к моей голой груди, и я почувствовала покалывание между ребрами, что заставило застонать и меня.