Создатель эхоров. Клан

Баковец Михаил

Пролог

Меня зовут Санлис Рекдог, я эхор целитель — единственный в этом мире. И могу с уверенностью сказать, что единственный по обоим направлениям.

Во-первых, другого Санлиса, в которого перенеслось сознание взрослого мужчины из параллельного мира, в этой вселенной нет. Во-вторых, несмотря на огромное количество эхоров, то есть суперлюдей, обладающих сверспособностями, целителей за всю историю мира не встречалось. И есть даже в-третьих, я не просто могу вернуть к полноценной жизни человека, который влачил существование калеки, но и передать ему часть сверхспособностей, сделать из серого обывателя самого настоящего эхора. Исполнить самую сокровенную мечту практически каждого человека на планете. Об этом знают только мои жёны. Боюсь, если эта тайна вырвется во внешний мир раньше срока, то за свою жизнь и жизнь близких людей я не дам и ломаного гроша. То есть, она вырвется рано или поздно, но к тому времени я должен иметь надёжный щит из верных соратников, друзей и, хм, жён.

Несмотря на свои способности в деле преобразования человеческого организма, сам я являюсь самым простым хомосапиенсом. Я могу «разогнать» свой организм точно так же, как и у пациентов, но не могу его сделать неуязвимым. Вероятнее всего, пуля или нож убийцы в сердце или мозг убьют меня точно так же, как простого обывателя. Сами понимаете, что проводить подобные эксперименты я не стал. Зато мне по силам окружить себя командой сильнейших эхоров в мире, которые не пропустят убийц и похитителей ко мне.

Я работаю на команду – команда работает на меня. Вот такой симбиоз.

Глава 1

После нападения механоидов на мою базу, то у всех нас начались тяжёлые деньки. Я пропадал в госпитале, помогая восстанавливаться раненым и пострадавшим на стройке, которых тоже хватало. Сейчас я не выкладывался полностью, не сжигал себя, свои внутренние ресурсы в желании как можно скорее поставить на ноги всех увечных. Те наёмницы, которые лишились конечностей, получили тяжелейшие повреждения внутренних органов теперь вернутся к нормальной жизни не раньше чем через месяц. Несмотря на несколько раненых, на которых и взглянуть-то страшно — обрубки и растения, а не люди, в душе у меня тихонечко вило гнёздышко гордость: я смог спасти их, успел буквально в последний момент выцарапать у Костлявой её законную добычу. А состояние людей… ну, что состояние? Нормальное вполне себе состояние, ведь умирать не собираются, а месяца через полтора вновь начнут ходить на своих ногах. Организм им я разогнал так, что сейчас там все поврежденные органы регенерируют самостоятельно в ускоренном темпе. Медсёстры не успевают им менять капельницы с различными препаратами. А чтобы такое полезное свойство не заглохло, я постоянно контролирую процесс.

Не сидят на месте и мои жёны. Кто-то пропадает в патрулях, другие помогают с восстановлением базы, несут службу в караулах. Вечером собираемся вместе (кто не в «ночной») и подводим итоги дня, обсуждаем планы, делимся впечатлениями. Вот и сегодня у нас прошёл очередной семейный совет. Главной темой было поднято моё предложение создать эхора, так сказать, с нуля, а не «разогнать» нулевой ранг.

– Почему именно Афродита? — поинтересовалась Руста, когда я озвучил имя первого кандидата.

– А сама как думаешь? – спросил я у неё.

– Мне интересно, почему ты выбрал эту женщину. Своими мыслями я поделюсь позже, если они не совпадут с твоими.

— Кстати, мне тоже интересно, зачем тебе она? — поддержала ластавку Сури.

«Ревнуют, что ли? Этого ещё не хватало», – мысленно я поднял глаза к потолку, вслух же сказал. — Во-первых, после избавления от рака, она должна испытывать хотя бы минимум благодарности и доверчивости ко мне… к нам. Это доверие должны усилить те врачи, с которыми она общалась до меня. Думаю, мысль, что от смерти ей уже не уйти с таким-то диагнозом, ей успели капитально и надолго вложить в голову.

-- Это здесь причём? – удивилась Руста.

– Каким бы она хорошим психотерапевтом не была, но подсознательно она ещё долго будет бояться, что болезнь резко вернётся. А в её мыслях: болезнь равно смерть. Так что, она испытывает ко мне чуточку больше симпатии и доверия, чем кто-либо из окружающих, кроме вас, разумеется, мои милые, – улыбнулся я девчатам и послал поочередно каждой по воздушному поцелую.

– Пфф, – фыркнула Руста, – симпатию она, значит испытывает.

– Ага, – кивнул я, – её самую. И потому шансов на то, что она согласится, побольше, чем с кем-то другим.

– У тебя таких благодарных – половина лазарета, – внесла свою толику в нашу вечернюю беседу Сури.

– И когда они восстановятся? – я скептически посмотрел на красавицу брюнетку. – К тому времени вся трофейная, так сказать, энергия из меня уйдёт в окружающую среду. Или потрачу её на лечение.

– Тебе ещё лечить тех, кто скоро прибудет с девочками из России, – напомнила мне Руста.

– Вылечу, – махнул я рукой. – И возвращаясь к Афродите ещё стоит отметить, что она тут одна одинёшенька, знаю её давно, ещё до шумихи вокруг меня такого всем нужного. Так что, она работает, фактически, только на себя, ни с кем не связана и будет держать секрет в себе. Ну, что думаете по моим идеям? – я обвёл взглядом девушек.

– Я бы хотела кое-что добавить к твоим словам, но не стану, – ответила Руста.

– Почему?

– Не хочу, – улыбнулась она.

– Ну, и вредная ты, – покачал я головой.

– Санчик, да я шучу. Я думаю почти так же, как и ты. В целом, Афродита идеальный кандидат на опыты именно по той причине, что ни с кем не связана, уже знает, на что ты способен, и ранее была знакома с тобой, ещё до мига твоей славы. Осталось только тебе её уговорить.

– Думаешь, может отказаться? – нахмурился я. – Так ведь стать эхором – это мечта всех простых людей в мире!

– Всех да не всех. Кто поумнее и успел устроиться в этой жизни хорошо, те будут держаться от подобного подальше, чтобы не привлечь к себе внимание кланов и государства, – сказала ластавка. – О сверхсиле мечтают романтики, молодёжь и глупцы.

– Сан, а кем ты её хочешь сделать? – внезапно сказала Сури. – Если решил с ней поговорить на такую тему, то нужно подготовиться заранее, о чём именно пойдёт речь.

– Хм, – я призадумался. – Знаешь, как-то даже и не думал на эту тему. Думал, что сперва стоит заручиться её согласием, а уж потом решать, кем ей быть.

– А как ты представляешь сам процесс превращения? – спросила Руста. – Может, от тебя и не зависит ничего?

– Примерно представляю… теоретически.

– Теоретически? – та удивлённо приподняла бровь. – Ну-ка, ну-ка, поподробней. Ещё не хватает, чтобы ты себе навредил.

Я мысленно вздохнул, уже жалея, что стал так подробно углубляться в тему. Нужно было девушек поставить перед фактом или вовсе сначала переговорить с психоаналитиком, а потом сообщить своё решение жёнам.

– Скопирую главный эхоровый канал у кого-нибудь из вас или девчонок, и по этому шаблону создам точно такой же у Афродиты, – уверенно произнёс я. – Особых сложностей в этом не вижу.

Руста зачем-то стала постукивать пальцем по колену, потом сказала:

– Думаю, лучше взять за образец энергоканалы Инессы. Пусть Афродита станет художником. Все будут только в плюсе: нам спокойно, что боевого эхора не окажется под боком, она получит возможность встать на уровень со своей любовницей, и её подруга не будет задавлена тем фактом, что уже не самая сильная в, хм, семье.

– Инесса так Инесса. Хотя я бы не был так уверен, что рисование – это не опасно. На высоком уровне такой эхор может парой штрихов карандашом в блокноте заставить окружающих поверить, что у него карт-бланш от правительства. Или обычными рисунками ввести в транс, после чего заставить делать человека что угодно. Да и мало ли способов, как эхор-художник пятого или шестого ранга может развернуться? – Пожал я плечами. – Ладно, завтра с утра переговорю с доктором, а потом к девчонкам наведаюсь, если Афродита согласится с моим предложением.