Клетка была просторной, в ней даже стоял какой-то старый диван, вернее то что он него осталось. Диван был без спинок и ножек, порванный в разных местах, но лежать на нем было можно, что собственно девушка и делала до нашего прихода. При виде нас она привстала и пристально стала меня разглядывать.
– И где дракон? – Деланно изумился я.
– Она дракон. – Хмуро буркнул Булон.
– Так ты за девушку намеревался содрать с меня пять тысяч?! – Возмутился я.
– За дракона. – Сплюнул себе под ноги Булон.
– Да я хотел купить дракона. – Согласился я с ним. – Вот только взрослого! Со всеми вытекающими! А этого надо сперва вырастить, чтобы потом найти ему применение! А как его растить? Да и сколько?
– У меня только один дракон! И, насколько мне известно, ни у кого в округе нет даже такого! Так что хочешь бери, а не хочешь, то я других покупателей найду! – Раздраженно ответил Булон.
– В принципе. – Я сделал вид что задумался. – Мой заказчик хотел взрослого дракона. Он за это мне и заплатить должен, а вот если я ему приволоку этого. – Я опять сделал паузу. – А, ладно, рискну! Сто пятьдесят золотом и по рукам!
– Тысяча. – Хмуро буркнул Булон, что-то обдумывая.
– Сто семьдесят. – Продолжил торг я.
– Восемьсот. – Тяжело вздохнул Булон, всем своим видом показывая как тяжело ему идти на уступки.
– Сто восемьдесят пять. – Предложил я. – И учти, я слишком рискую, ведь заказчик меня может просто послать куда подальше!
– Семьсот. Ты ведь тоже пойми, я ее из гор вынес, вылечил, выходил, кормил, сторожил.
– Да кому она нужна-то? Сто девяносто – моя последняя цена. – Я вопросительно посмотрел на него и сделал вид, что собираюсь уходить.
– Давай для ровного счета двести!
– Не, сто девяносто. – В душе у меня все запело, похоже, что торг завершился моей победой.
Громила почесал затылок, а потом махнул рукой.
– Договорились! Пошли в дом, бумаги лекаря и главы нашего городка тебе передам, да там и сделку обмоем.
Улучив момент, я подмигнул Диане, которая пребывала в растерянности от такого быстрого поворота в своей судьбе, и главное так хорошо закончившимся. В доме Булон как-то засуетился, но я не придал этому значения. Выложив на стол документы он принес два кубка и, пересчитав золото, которое я выложил рядом с бумагами, широко мне улыбнулся:
– Давай за удачную сделку! – Провозгласил он тост, подняв кубок.
– Давай. – Вынужден был ответить я.
Вино было очень странное. Сделав всего пару глотков я ощутил, что земля уходит у меня из под ног, в глазах все заплясало и я рухнул на пол. Дальнейшее было как дурной сон. Я валялся с открытыми глазами, а громила, допив свое вино, не спеша куда-то пошел. Вернулся он минут через двадцать-тридцать в сопровождении какого-то мужика. Все это время я пытался хотя бы пошевелить пальцем, но руки и ноги меня слушаться отказывались напрочь, как и мой язык. Связи с драконицей тоже не было, причем последний раз я с ней общался только на подступах к поселку, что показалось мне странным только сейчас, хотя девушку я видел своими глазами, и она была в сознании. Решив оставить эту загадку на потом, я стал вслушиваться в разговор Булона и мужика. Их слова долетали до меня приглушенно, но все стало предельно ясно. Булон решил, что я являюсь драконом, и привел лекаря, которой мог бы подтвердить его догадку. Лекарь приложил камень к моей руке, с минуту смотрел на него, а потом сказал:
– Булон, это обычный человек и никаким драконом он не является! На хрена ты меня побеспокоил? Ведь амулет личины и у тебя есть!
– Понимаешь Михей, когда он дотронулся до камня в трактире, то там мелькнула какая-то искорка. Вот я и решил, что он как-то сумел артефакт обмануть. Ведь драконы магичить могут!
– Искорка! – Хмыкнул лекарь. – Да мало ли почему она проскочить может! Может просто игра теней сыграла шутку. А парень ни за кого себя не выдает! Точно тебе говорю.
– Жаль. – Расстроено покачал головой громила. – Я уж было губу раскатал что это взрослый дракон на выручку своей сородичи пришел.
– Закатай обратно. – Усмехнулся мужик. – Дальше-то что делать будешь?
– А хрен его знает! – Он задумчиво попинал меня ногой по животу. – Прикопать что ли где-нибудь?
– Учти! Я этого не слышал! – Поднял палец вверх лекарь. Он вообще выглядел каким-то расстроенным от происходящего. Как я догадался, это именно он лечил Диану и лекарь мне понравился, хотя мне и Булон с первого взгляда понравился…
– Да шучу я. – Усмехнулся громила. – Не боись, не буду грех на душу брать.
На этом их разговор в доме был закончен, и о чем они переговаривались, оставив меня валяться на полу, осталось загадкой. Но мое положение мне нравилось с каждой секундой все меньше. Но тут промелькнула первая радость, я смог шевельнуть ногой! На этом хорошие новости закончились. Вернулся Булон и влил в меня оставшееся вино из моего кубка. Сделать я ничего не мог и мгновенно отрубился, перестав воспринимать все вокруг.
Очнулся я от того, что голова моя трещала, да еще кто-то хлестал меня по щекам. Приоткрыв глаза я увидел склонившиеся надо мной морду, иначе и не назвать, какого-то бомжа с недельной щетиной изо рта которого вместе с бранными словами разил такой амбре (и не только изо рта), что я невольно сморщился.
– Ага! Очнулся бандит! – Радостно воскликнула морда. – Ничего, тут тебя отучат как на честных людей охоту вести!
– Каких еще людей?! Какую охоту?! – Изумился я.
– А это никого не волнует! – Расхохотался бомж. – Ты теперь приисковик – считай смертник!
– За что? – Воскликнул я, осматриваясь по сторонам.
А посмотреть было на что. Я находился на подводе, которая стояла у входа в пещеру, охраняли вход (или выход?) личности ничем не лучше моего бомжа. Сзади нас были еще подводы, на которых находились такие же несчастные, как и я. То, что я попал на прииски в роли заключенного, до меня дошло мгновенно. Цепочка людей в одинаковой серой робе выстроилась чуть в стороне, и перед ними расхаживал какой-то пузатый тип и что-то важно вещал. Я скосил глаза на свою одежду и уже без удивления увидел на себе серую робу. Моей одежды, сапог и всего остального и след простыл.
– Это не так важно. – Хмыкнул бомж, хотя по сравнению с моей одеждой он казался мне уже и не бомжом. – Ты шевели копытами и занимай свое место в строю, а мне еще надо пару приков поднять. – Он кивнул на подводы стоящие позади, на каждой лежало по несколько человек.
– А прики – это кто? – Спросил я.
– Прики – это ты и твои приятели! – Зло оскалился бомж гнилыми зубами, а потом вдруг коротко и резко ударил меня в живот. – А ну, пшел быстро!
Кое-как я слез с подводы и направился к шеренге приков. Удар был не очень болезненный, но каждый шаг давался мне с величайшим трудом. Все тело было как-бы не мое, ноги и руки слушаться отказывались. Из-за чего я пока не знал, толи из-за того, что тело мое все настолько занемело, толи от угощения Булона. Голова соображала плохо, но тем не менее до меня дошло, что мы все тут осуждены или отбываем срок за кого-то (как такое возможно я не понял). Чтобы выйти на волю каждому из нас надо добыть пять кило золота, но за еду и содержание мы должны выплачивать из добычи. Удариться в бега возможным не представлялось, на нас было нацелено не менее десятка арбалетов, да и мечи у охраны присутствовали, а учитывая то, что я был босиком, то далеко в горах пробежать мне не удастся. Когда нас отправили на свое рабочее место, мне многое разъяснили соратники по несчастью. Оказалось, что любой провинившийся перед законом мог вместо себя выставить замену, естественно умаслив местного судью и заплатив штраф. Абы кого вместо себя выставить было нельзя, прик должен быть совершеннолетним, не слаб здоровьем и способен продержаться хотя бы год. А вот насчет того, что отсюда можно выйти было больше байкой. Нет, счастливчики были, но их можно было пересчитать по пальцам, да и то, глядя как мне о них рассказывают, складывалось ощущение, что это больше такая замануха для лохов. Мол, приходите на прииск по согласию, вдруг сумеете добыть золото и разбогатеть, вот только вечерняя пайка стоит сто грамм, инструменты имеют свою цену (причем за каждый день использования), а еще надо оплатить свою охрану. Так что в месяц получается приличный вес золотишка, и многие не только не приближаются к заветным пяти кило, но и с каждым месяцем на них повисает долг все больше. Тем не менее прики были не только захваченные в набегах на вражескую территорию или провинившиеся, среди них встречались и те кто добровольно продал себя в рабство, чтобы поправить финансовое положение семьи. Всю эту информацию на меня вывалили мои товарищи по несчастью, еще до того как нам показали в пещере некое подобие камер, в которых нам придется жить. По дороге к этим камерам я не только слушал, но и внимательно смотрел по сторонам. Картина была ужасна. Тех несчастных, которых я смог увидеть, было жаль до слез, но в тоже время становилось ясно, что выйти отсюда надо как можно быстрее, иначе мне ничего не светит. Вот только как это сделать? Оказавшись на холодном полу пещеры, я задумался и даже пропустил момент, когда в меня полетели ботинки, брошенные одним из охранников. Ботинок ощутимо стукнул меня по лбу, и я дернулся, а от решетки послышался смех.