Возвращаясь же к цалалрунга... Да, нам очень важно заполучить действующий экземпляр 'О-У' и изучить его. Но польза не сопоставима с тем, что мы потеряем.
Леонид кивнул:
– Понимаю. Но можно провести операцию чужими руками. Или оказать помощь в проведении. Риски минимальны, при правильном подходе.
– Дело не в рисках. Ценой такой операции может стать не только и не столько вся наша репутация. Мы сами перестанем верить в то, что мы высшие. Эта вера с нами от начала до конца, с первого дня до последнего, мы впитываем ее с молоком матери и с нею же встречаем смерть. Чтобы вам было с чем сравнить – сравните со своей бессмертной душой. Вы бы продали души всего своего народа, в том числе еще не рожденных, дьяволу за пару торпед?
– Не верю в душу и дьявола. Но масштабы оценил.
Челнок цалларунга завис над самой площадкой, и Леонид мог рассматривать его почти в упор, со ста метров, но пришло время спускаться вниз, к шлюзовым воротам, встречать гостей.
Там уже собралась делегация: четыре шагающие боевые машины, в кабину одной из которых забрался Ваэрта, чуть дальше стояли Кодама и Вэш, представляющие руководство колонии, Касс во главе выстроившихся, словно гоплиты в фаланге, андроидов во всеоружии и со щитами. В глубине шлюзового зала застыли в нескольких сантиметрах от пола грузовые платформы, на которых сложили контейнеры с товаром: сделка была заключена еще до посадки.
Леонид присоединился к Кассу, Лаш – к отцу и сестре. Трехметровая дверь медленно поползла в сторону, открыв крайне узкую щель, едва достаточную для того, чтобы в нее свободно прошел цалларунга.
– Диспетчерская вышка на связи. Корабль покинул один член экипажа. Экзоскелет небоевого типа. Высаживаются тарги... Два... Три десятка таргов. Рабочие. Ждут у корабля. Встречайте гостя.
Касс расстегнул кобуру с иглометом, наемник последовал его примеру. В этот момент в проеме показался цалларунга, приближающийся неспешной походкой. Его вполне можно было бы принять за робота, но Леонид догадался, что перед ним экзоскелет, изготовленный из черного, матово поблескивавшего материала. Правда, экзоскелет не был целостным: фактически, силовые приводы, жужжащие при ходьбе, находились лишь на нижних конечностях, само тело цалларунга покоилось на нижней платформе. А верх горизонтальной части и вся вертикальная часть была выполнена из тонкого черного материала наподобие полиэтилена. Также от горизонтальной платформы отходят два кронштейна – крепление затемненного полупрозрачного шара, играющего роль шлема. Верхние конечности также затянуты в скафандр без сервомоторов. Безусловно, снаряжение не военное, ножом проткнуть можно. Жесткие части каркаса заменены на пленку везде, где можно, для облегчения веса. В общем скафандр повторял очертания тела своего хозяина, однако спинные антенны, видимо, упрятаны внутрь, на спине – две полупрозрачные коробки из жесткой пластмассы с какой-то дребеденью. На груди, там, где у цалларунга находится рот, висел прямоугольный экран со схематическим изображением лица.
Леонид приблизил голову к уху Касса:
– Что у него в коробках?
– Такие у них сумки. Сейчас он пройдет мимо экзоскелета, и тот его просканирует...
Цалларунга подошел прямо к одному из шагающих танков и остановился в метре перед ним. Затем повернулся на триста шестьдесят градусов, словно позволяя сканеру лучше его просветить, и заговорил монотонным механическим голосом:
– Ищите же. Не нашли? У вас плохие детекторы... Ах нет, простите, я совсем забыл, что оставил свой пистолет на корабле. Ха-ха.
Маска на нагрудном экране изобразила смех.
– Что он несет?! – тихо удивился Леонид.
– У них так принято – если не навредить, то хотя бы понасмехаться, – мрачно ответил Касс, – их очень забавляет, что он тут один без оружия, нас много с оружием, и боимся именно мы. Еще одна причина сильно невзлюбить цалларунга – то, как они используют нашу же цивилизованность против нас. Знает ведь, гад, что никто тут его не прихлопнет, вот и наглеет.
– Его спинные антенны упрятаны под скафандр?
– Да. Они так делают потому, что по движениям антенн можно узнать их эмоции. Обычно – гадливость, презрение и отвращение. Сдержать проявление эмоций не могут, вот и прячут.
Кентавроид приблизился к Кодаме и его дочерям, последовал обмен формальными приветствиями. Леонид и Касс подошли поближе, держа руки у рукояток оружия. Магистр быстро уточнил пару малопонятных наемнику моментов и указал гостю в сторону контейнеров.
– Хорошо, сейчас я достану из ранца оружие... ой, простите, заболтался, ха-ха. Я имел в виду щуп.
Цалларунга проводили к контейнерам, где он потыкал в один из них длинным устройством со светящимся индикатором на рукоятке. Результаты проверки покупателя вполне устроили, потому что следом из коробки на спине он достал такие же чипы-кошельки, как и полученный Леонидом от сафатхов. Вэш брала у него по одному, втыкала в специальный прибор, который держала под мышкой, и проверяла суммы.
– Почему у него много чипов, а не один? – полюбопытствовал наемник.
– Потому что наша система им непривычна. Они предпочитают рассчитываться наличными, так сказать. Но вместо купюр, которые хождения давно не имеют, цалларунга используют чипы, на балансе каждого из которых определенная сумма. И наоборот, чтобы купить что-нибудь у цалларунга, ты должен расплатиться с ним отдельным чипом, который ты через своего искина передаешь его искину. Грубо говоря, они не умеют передавать деньги из кошелька в кошелек, им приходится вместе с наличными еще и кошелек отдавать.
Когда Вэш пересчитала деньги, входные ворота раздвинулись шире, и гравиплатформы с грузом поплыли на выход.
– А что вообще в контейнерах?
– Изотоп родия, точнее, обогащенная руда. Редкий материал. У вас на земле его добывают по тридцать тонн в год, да и по галактике он тоже в изобилии не встречается.
Леонид следил, как на посадочной площадке тарги споро перегружали контейнеры с платформ в подъемник, не забывая поглядывать на цалларунга. А тот внезапно развернулся к нему:
– Я обратил внимание, какие большие пушки у ваших воинов. Не вы ли солдаты с Земли?
– Если и так, то что? – холодно осведомился наемник.
– О, ничего. Я слегка недоумевал, поскольку не видел никогда балларан с таким цветом кожи... и такими пушками. Размер имеет значение, не так ли?
Цалларунга изобразил на своем экранчике гротескную улыбку и повернулся к Кодаме:
– Когда мы садились, то обратили внимание на отвалы неподалеку. Полагаем, там содержится иридий и осмий. Это так?
– Да, так, – кивнул магистр.
– Вы собираетесь добывать эти вещества из отвалов?
– В будущем. Пока что у нас нет оборудования, чтобы переработать отвалы полностью, его завезут только через несколько периодов.
Цалларунга несколько минут молчал, видимо, общаясь с кем-то на корабле, потом спросил:
– В таком случае, не согласитесь ли вы продать отвалы? Если содержание нужных минералов достаточно и если цена будет невелика – мы их купим и переработаем сами.
Кодама переглянулся с Лаш, та кивнула.
– Вы собираетесь увезти все эти отвалы? Не уверен, что вы сможете уместить их на своем корабле.
– Сейчас не сможем, поскольку уже частично загружены. Разгрузимся, вернемся. Мы сделаем две ходки или сколько потребуется. Капитан уже подсчитал – выгода будет небольшая, но она будет. Мы выиграем на разнице. Вы сэкономите на переработке. Обоюдная выгода, не так ли? Вопрос лишь в содержании ценных минералов в породе. Не будете ли вы так любезны отвезти меня к отвалам?
К отвалам цалларунга прокатили на платформе, с которой тарги успели забрать весь груз. Обратно он уже не вернулся, так как сразу после осмотра отправился на свой корабль, а с Кодамой связался по радио.
После того, как челнок улетел, Кодама подытожил:
– Все отлично. Наши силы он уже видел, знает, что тут легкой поживы не будет. А если удастся еще и отходы им сплавить... В общем, пока они остаются в системе Чоданги – полная боевая готовность, как прыгнут – возвращаемся к нормальному распорядку.