Балларанец заиграл желваками, его лицо приобрело темно-серый цвет, что, по уверению искина, соответствует багровому лицу у землянина, но ничего не сказал. Касс попытался возмутиться и оскорбиться, но Лаш подавила сопротивление в зародыше:
– Бросьте, Касс-р-Кинн Латанн. Я могу доказать, что вы жулик, поскольку прекрасно осведомлена, как именно вы получили ученую степень. Вы же понимаете, чем это для вас чревато? Так что помалкивайте, будьте любезны.
Наемник с трудом удержался от восхищенной ухмылки. Лаш вмешалась крайне своевременно и крайне эффективно, ее неожиданное выступление на стороне Леонида не только подействовало на задир похлеще ушата ледяной воды. Она вызвала огонь на себя, заставив их отвлечься и от Леонида, и от взаимной ссоры.
Первым справился с собой Ваэрта.
– Следующий пункт в нашем списке – планы размещения боевого персонала, – сказал балларанец с совершенно невозмутимым лицом, которое быстро возвращалось к нормальному цвету.
Касс тоже делает вид, будто ничего не произошло, но мышцы лица вокруг носовых отверстий еще вздрагивают.
Леонид тайком показал Лаш одобрительный жест, скопированный у Ваэрты.
***
Цалларунга прибыли точно по расписанию. Из контрольной башни возле посадочной площадки Леонид наблюдал за посадкой их челнока, веретенообразного аппарата размерами немного побольше, чем десантный корабль Касса. Из бортов челнока во все стороны торчали башенки, кабинки, антенны и другие, менее понятные штуковины. В целом, чужеродность конструкции сквозила в каждом элементе, и наемник подумал, что если любой корабль из виденных на Хара, теоретически, мог бы быть придуман земным дизайнером фантастического фильма, то челнок цалларунга вряд ли пришел бы на ум даже очень укуренному художнику.
– Какое у него вооружение? – поинтересовался Леонид у стоящих возле соседнего окна Ваэрты и Лаш.
– Снаружи – никакого, это же просто грузовой шаттл, – ответил шеф СБ, – но теоретически, в недрах может скрываться пусковой комплекс 'О-У', то есть 'Отсроченный удар'. Это новая разработка цалларунга, и надо признать, что тут они опередили всех. Любые сходные торпедные системы с 'О-У' не сравнить.
– Хм. В чем, собственно, разница между торпедой и ракетой? Торпеды у меня ассоциируются с подводным снарядом.
Ваэрта, не отрывая взгляда от чужого корабля, аккуратно спускающегося на посадочную площадку, пояснил:
– В двигателе. Наши понимания термина 'ракета' эквивалентны, а торпеда – примерно то же самое, но не с ракетным двигателем, а с ионным, гравитационным или другим. Наличие ракетного для ускорения на финальном этапе полета тоже случается. Проще говоря, торпеда – скорее беспилотный миниатюрный корабль. Торпеды оснащаются более совершенными системами наведения, навигации, радиоэлектронного противодействия, систем маскировки, имеют броню, силовые щиты... Словом, все, что повышает шансы на успешное поражение вражеского корабля. 'О-У' – чрезвычайно эффективная система. Запускается целая группа торпед с разными функциями, которая действует как единое целое. Одни торпеды оснащены пушками для борьбы с противоракетами противника, другие несут мощный щит, которым прикрывают остальных, третьи выполняют функции радиоэлектронной борьбы, четвертые выпускают фальшивые цели, пятые прикидываются настоящими зарядонесущими торпедами, а шестые как раз и несут поражающий заряд. Вся система крайне сложна, не имеет аналогов, как я уже говорил, и защищаться от нее крайне сложно. Как все это работает, как устроено, как разные торпеды взаимодействуют между собой – пока неизвестно. В бою торпедоносец запускает залпом от пятнадцати шести – и восьмиметровых торпед до нескольких сотен, в зависимости от размера самого корабля, и даже если будет уничтожен – торпеды все равно попадут в цель, пусть не все, но урон будет нанесен. Собственно, систему потому и назвали 'отсроченным ударом'. Кроме того, цалларунга строят одноразовые кораблики с пилотом-смертником таргом, каждый несет по несколько торпед. Флотилия запускается носителем, кораблики подходят на дистанцию пуска и производят залп. Даже если ответным огнем флотилия уничтожена – торпеды уже в полете, а главный носитель уходит невредимым.
– То есть, захватить рабочий экземпляр пока не удалось?
– Увы. 'О-У' разработан недавно, и пока что применялся только в одном некрупном конфликте. Учитывая, что цалларунга никогда не сдаются в плен, подрывая свой поврежденный корабль – захватить и изучить не так-то просто. У многих армий уже разработаны планы по захвату целого корабля – осталось дождаться нового конфликта и сделать попытку, которая, впрочем, не будет легкой.
Леонид чуть призадумался:
– А на борту военного корабля, что сейчас на орбите, 'О-У' есть?
– Ручаюсь, что да. И на транспортнике тоже. У них на всех кораблях теперь есть эта система.
– И никто не попытался провести спецоперацию?
– Кое-кто пытался, но неудачно: не хватило ума, мудрости, технического обеспечения. Цалларунга чрезвычайно осторожны и низшим расам не по зубам.
– А империи?
– А империя не пыталась, разумеется.
– Почему?
Ваэрта тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой:
– Прошу меня простить за недостаточную мудрость – но я не вижу смысла объяснять то, что собеседник и так знает, но не желает или не может понять.
Леонид постарался придать своему голосу любезное звучание:
– Извинения ни к чему. У нас на Земле не принято обижаться на ущербных, особенно – на ущербных умом.
Балларанец, продолжая наблюдать за спускающимся кораблем, сжал челюсти и шумно втянул носом воздух. Даже диспетчер, сидящий позади за контрольным терминалом, на секунду перестал клацать кнопками.
– В чем дело, высшая раса? – спокойно поинтересовался наемник и тут же спохватился: – хотя почему я спрашиваю, ведь я же и так знаю, что ты в ярости. Давай мы четко и откровенно определим пару моментов. Я не вижу в тебе ни единого качества, которое позволило бы тебе считать себя лучше меня. И твоя заносчивость оскорбляет меня точно так же, как тебя – моя непочтительность. Конечно же, твое мнение – твое право. Но все же ради пользы дела, которым мы тут занимаемся, тебе стоит держать в уме тот факт, что оба моих деда погибли, добровольно пожертвовав своими жизнями, в войне против нацистов, таких же, как ты, ублюдков, считавших себя высшей расой. Я горжусь своими предками и тем, что они сделали. И хотя я тебя пока не убил – это еще не значит, что я вижу большую разницу между тобой и нацистом. И для того, чтобы убить тебя, мне понадобится несоизмеримо меньший повод, чем для убийства коорна. Конечно, тебе вряд ли удастся вывести меня из себя настолько – ведь и по части самоконтроля я лучше тебя, заметь – но всегда помни о том, что наилучшим ответом на заявление о расовом превосходстве я считаю выстрел в голову.
– Буду держать это в уме, – зловеще пообещал Ваэрта.
Лаш сделала несколько шагов и встала у окна между наемником и балларанцем.
– Я объясню, почему империя ни разу не пыталась захватить корабль цалларунга в мирное время, – сказала она. – По той же причине, по которой мы держим слово, соблюдаем договоры, соглашения и выполняем взятые на себя обязательства. Я не стану ничего говорить о том, как должна вести себя высшая раса, потому что есть гораздо более материальные и доступные для понимания вещи, нежели принципы. Репутация, например. Когда мы заключаем пакт о ненападении – оппонент убирает с границ практически все свои флоты, потому что знает: до истечения срока договора агрессии не будет. На переговорах мы не держим руку на детекторе лжи, потому что балларан выполняют обязательства и не мошенничают. Ни на одной планете содружества у балларан не проверяют документы и не производят досмотр вещей и кораблей. Зачем терять время, если и так известно, что балларан всегда называются своим именем и не возят контрабанду? При встрече с балларанским кораблем никто не включает щиты на полную мощность: если войны нет, залпа не будет. Это все вопросы даже не доверия, а знания. У нас есть репутация, наработанная тысячелетиями. И высшая мы раса на самом деле или не высшая – но ведем себя как высшая. А любое здравомыслящее существо обычно судит именно по поступкам.