Стратег запросто мог делать несколько дел сразу. Вот и сейчас он управлял автомобилем, любовался городом, в котором, к своему стыду, уже давно не был, и одновременно предавался воспоминаниям о тех временах, когда он еще не был Стратегом…
Юность Стратега.
Судьбоносная Встреча. Ленинград
Солнечным октябрьским утром студент экономического вуза стоял на автобусной остановке на площади Стачек. Сейчас должен был появиться «шестьдесят шестой», на котором он еще успевал на первую пару. На брусчатке площади скопилось больше народа, чем мог в себя вместить небольшой автобус. Все знали, что он придет переполненным, и максимум два или три счастливчика смогут в него втиснуться и будут всю дорогу висеть на подножке, не давая дверям закрыться. Пытаясь угадать место, где притормозит автобус, они заранее занимали выгодную позицию, оттесняя друг друга, и только длинноволосый молодой человек в джинсовом костюме не участвовал в этом состязании.
Накренившись от перегрузки, автобус, словно из последних сил, вкатился на площадь. Толпа засуетилась. Водитель применил один из излюбленных приемов – остановился, метров десять не доезжая остановки, и задняя дверь оказалась как раз напротив юноши. На подножке, если как следует поднажать и вдавить внутрь уже висевших на ней, можно было отвоевать еще одно место, но он на мгновение замешкался, и толпа, преодолев десятиметровую дистанцию, оттеснила его и принялась штурмовать автобус, очевидно решив, что он резиновый.
Обладатель джинсового костюма (большой дефицит по тем временам) безучастно наблюдал эту картину, уже в который раз опаздывая к началу занятий. Если пойти пешком через парк, то он спокойно успеет ко второй паре. Не особенно расстроившись, что лекция по истории КПСС пройдет в его отсутствие, он решительно зашагал по брусчатке мимо Нарвских ворот, оставив толпу караулить следующий автобус.
Парк имел типичное для тех времен название – сколько-там-летия партии, комсомола или пионерии. Неспешно идя по его аллеям, юноша особенно остро почувствовал, что он не вписывается в этот мир, вернее, в эту систему, где люди говорят одно, делают другое, а думают третье, где его заставляют строить светлое будущее, в которое он не верит, где каждую пятилетку почему-то надо выполнить за четыре года. Он чувствовал, что способен на большее, но понимал, что здесь ему ничего не светит.
Вот и показалась ограда парка, за которой приютился пивной ларек, в котором всегда имелось свежее пиво, – сказывалась близость завода имени Степана Разина. Не особенно рассчитывая на удачу, юноша направился к ларьку. Несмотря на ранний час, по длинной очереди, состоящей из хануриков всех мастей с трясущимися руками, можно было понять, что так легко в этой стране ничего не достается.
– Очередь не занимайте, пиво заканчивается! – истошно закричала продавщица.
– По одной кружке в руки, – заволновалась, как всегда в таких случаях, очередь.
Полученное в такой ситуации последнее пиво всегда казалось особенно вкусным. Юноша так и стоял, не занимая очереди, так как это было бесполезно, следующая пивовозка могла появиться через несколько часов, но не уходил. В этот момент с тремя пенящимися кружками в каждой руке (и как только рядом стоящие это допустили!) из очереди мелкими шажками, чтобы не расплескать драгоценную ношу, отделился неуместно прилично одетый мужчина средних лет.
– Молодой человек, вы не поможете мне донести? А то еще уроню.
Через несколько минут они зашли за ограду парка и со всеми шестью кружками разместились на скамейке.
– Молодой человек, – снова заговорил незнакомец, – если вы не очень спешите, может, составите компанию. Мне столько и не осилить.
Долго уговаривать ему не пришлось. По первой осушили дружно, залпом, утоляя жажду. Вторую уже смаковали, наслаждаясь великолепным вкусом и свежестью напитка.
– Чтобы попасть туда, куда ты так стремишься, – неожиданно перейдя на «ты», сказал мужчина, – нужно сосредоточиться, сильно захотеть, и главное, поверить в свои силы. У тебя все получится, – и с этими словами незнакомец, так и не представившись, исчез, словно его и не было, и только пивные кружки – четыре пустые, а две еще полные, – напоминали о нем.
Эта встреча в корне изменила судьбу юноши в джинсовом костюме. У него действительно все получилось, и он стал Стратегом Земли и космических Колоний, но сперва ему предстояло пережить ни с чем не сравнимое чувство тотального одиночества, неуемное желание жить в другую эпоху и обрести истинных друзей.
Земля. Стратег. Санкт-Петербург – штат Вашингтон – Япония – Конкордия
(окончание)
Начальник училища профессор Бутов был заранее предупрежден и ожидал Стратега в своем кабинете. Он заранее приготовил списки учеников, которые у него запросили, хотя ему это очень не понравилось. Стратег около получаса внимательно изучал личные дела курсантов.
– Вот этих десятерых подавайте на отчисление, – закончив чтение, обратился Стратег к начальнику училища.
– Но проступки, которые они совершили, не стоят того, чтобы за них исключили из училища, – попытался вступиться за курсантов профессор Бутов. – Я могу поручиться за каждого из них.
– Другое от вас услышать я и не ожидал, – улыбаясь, ответил Стратег. – Очень хорошо, что вы защищаете своих воспитанников, но за их судьбу не стоит волноваться. Свои дипломы они получат лично из моих рук, только несколько позже и в другом месте. Вы прямо сейчас подготовите приказ, а завтра, уже в отсутствие этих десятерых, ознакомите с ним училище и заодно произнесете речь об укреплении дисциплины. Все должно выглядеть на полном серьезе. Я не могу вам сказать большего, но обещаю, что они попадут в хорошие руки. Вручите им эти повестки и проследите, чтобы они не наделали глупостей и вовремя прибыли по указанному адресу.
Распрощавшись с профессором, Стратег покинул училище. Ему захотелось в одиночку прогуляться по любимому городу, в котором он теперь так редко бывал. Избавившись от сержанта, Стратег наслаждался красотой бывшей столицы Российской империи, пешком дошел до Университетской набережной и дальше, вдоль Невы, до стрелки Васильевского острова. Отсюда открывался, возможно, самый красивый вид на этот великолепный город. Легкое покалывание в затылке отвлекло его от созерцания этой панорамы. Стратег провел рукой перед глазами. На возникшей в его сознании белоснежной простыне стали, одна сменяя другую, появляться картинки.