— Ахах, бывает. Однако сейчас ты свободен и не связан с внешним миром, теперь этот мир твой дом, и ты в нем волен делать все, что хочешь.
— Ну, это пока что, потом, когда мы вернемся, все станет на свои места.
Меинард улыбнулся, однако Андрей наоборот помрачнел. Он молчал в течение нескольких секунд, а затем произнес:
— Скорее всего, мы больше не вернемся…
— С чего ты так решил?
— Я попробовал подключиться к компьютеру моего отца, чтобы сообщить об ошибках генерации этого мира. Я все еще надеялся, что дело не в захвате компании, однако вскоре эта надежда угасла. Я тебе сразу сказал, что компания, скорее всего, подверглась нападению, так как мы никогда не допускаем таких серьезных ошибок, однако я не думал, что все так серьезно. Компьютер моего отца не простой, он обладает искусственным интеллектом с ограниченными возможностями. При большой опасности его «мозг» может скрыться на одном из серверов компании и подавать сигнал о своем местонахождении. Этот сигнал не могут обнаружить другие программисты, кроме тех, кто знаком с его структурой, поэтому и найти «мозг» они не смогут. Когда я отправил информацию об ошибках в этом мире, я получил сигнал, исходящий из подземного сервера. У меня получилось подключиться к «мозгу» и кое-что раскопать. Я нашел видеозаписи с камер, однако сначала тебе нужно вернуть недостающую память.
— Это пока не горит, я помню, как выглядят работники, с которыми я общался, включай.
— Тогда хорошо. Сейчас.
Андрей снова сел за цифровой компьютер и что-то начал вводить на клавиатуре. Через пару минут он растянул экран и нажал на воспроизведение.
— Здесь же все камеры?
— Да, в том числе и подвал.
Парни начали внимательно следить за действиями на экране, они оба хотели понять, что же произошло снаружи.
Вот директор прошел в подвал со своей ассистенткой, затем они зашли в лабораторию. В течение нескольких минут все было спокойно, ни одна из камер не зафиксировала ничего необычного. Вдруг перед офисом приземлился перевозчик со спецотрядом на борту. Шесть человек вышли из него и направились к входу здания, все они были вооружены мощным современным оружием. Охранники попытались остановить их, попросив предъявить разрешение на вход, однако их всех просто расстреляли из бластеров. Другие спохватились и начали стрелять в ответ, однако электропули не смогли нанести существенного урона бронекостюмам последней модели, поэтому, вскоре, этих охранников постигла участь их товарищей.
— Вот твари! Как же так можно…?! — Андрей сидел, сжав кулаки от злости, и смотрел на экран. Секунду спустя он удивленно воскликнул. — Среди них ребенок?!
Меинард тоже увидел мальчика, стоявшего позади, однако это его совсем не удивило:
— Ну не такой уж он и ребенок, ему лет тринадцать есть. Таких детей обучают с младенческих лет, чтобы они не знали ни страха, ни жалости, в общем, они машины для убийства. Я как-то встречался с такими, кстати, он здесь всем руководит.
— Руководит…? Какой кошмар, с каждым разом я все больше удивляюсь в жестокости Альянса.
Через пару минут захватчики разблокировали дверь и перестреляли всю охрану, сидящую внутри, после чего они направились внутрь. Андрей открыл в полном формате камеры, которые показывали их передвижение. Спецотряд прошел в офис. Мальчик начал что-то вводить на своем наручном компьютере, остальные же стояли, ожидая его приказа. Люди удивленно смотрели на них и переговаривались друг с другом. После того, как мальчик закончил работать, он что-то сказал своим подопечным и пошел вперед. Те, в свою очередь, подняли оружие и начали расстреливать людей, не щадя никого. Большинство старалось стрелять в голову, чтобы убить наверняка, однако были и такие, кто сначала веселился, отстреливая конечности или другие части тела, а затем только добивал. Когда бойня на одном этаже заканчивалась, они шли на другой, и все продолжалось снова.
Андрей смотрел на это с ужасом в глазах, Меинард же был спокоен, так как за годы службы ему доводилось быть свидетелем еще более ужасных вещей. Во время всего этого что-то случилось со светом в подвальном помещении, однако все мгновенно восстановилось, единственное, цвет плит на стенах сменился с белого на красный. Через несколько минут захватчики спустились в подвальное помещение. Довольно долго они пытались разблокировать дверь в лабораторию, однако это закончилось смертью одного из них. Повозившись еще некоторое время, они достали какую-то установку и прикрепили ее к двери.
— Меинард, что это за установка?
— «Критон». Создан для открытия самых мощных дверей, стен и других препятствий. Направляет огромное количество тепла в одну точку, из-за чего вся конструкция вскоре начинает плавиться.
— Неужели даже титановую дверь он сможет расплавить?
— Он сможет расплавить все, что… Подожди-ка… Это не «Критон»… Я еще не встречал такого. С такой мощностью, ей понадобится всего-то несколько минут, когда у «Критона» ушло бы около получаса и более. Классная вещь…
— Если даже ты о таком не слышал, то, по-видимому, они подготовились на славу.
Прошло еще немного времени, и солдаты зашли внутрь. Директор использовал лазерную пушку, которую когда-то сам и изобрел. Она находилась на потолке и имела радиус поражения 360 градусов. Минус ее был в том, что она управлялась силой мысли, одно неверное действие и ее владелец умрет. Без предупреждения напав на одного из людей спецотряда, директор рассчитывал убить его с одного выстрела, однако лазер попал по шлему, пробив его насквозь, но, при этом, не задев самого человека. Второй выстрел, конечно, добил его, однако до конца перезарядки этих стволов оставалось еще около двух минут, а рабочих еще было всего три, чего явно не хватало на всех. Убив или ранив нескольких, мужчина полностью обессилел, из-за чего не мог больше контролировать свое оружие. Воспользовавшись этим, солдаты отстрелили ему руку и часть плеча, задев при этом грудную клетку. Рана была очень серьезная, так что, даже если бы ему вовремя сделали операцию, он бы не смог пережить такого. Его помощница бросилась к нему, однако, вскоре, и она была серьезно ранена. Спецотряд начал расстреливать оставшихся работников, однако произошел взрыв, из-за которого все камеры в здании отключились. Парни некоторое время смотрели на пустоту, однако вскоре они отошли от своих мыслей. Андрей вернул экран в первоначальное положение и повернулся к Меинарду:
— Компьютер не может подключиться к капсулам. Взрыв уничтожил наши тела, так что, мы больше не сможем вернуться.
— Но, как я помню, если тело уничтожено, то душа, прости, я не знаю, как это называется научным языком, испаряется. А это значит, что наши тела еще живы, а вот те, кто действительно погиб в реальном мире, не смогли сюда попасть.
— К сожалению, это не так. Давай я верну тебе память, и ты сам все вспомнишь, хотя… Ладно, я уже говорил тебе о том, что проект «Возрождение» был создан для облегчения сервера, однако этот проект хорош еще и тем, что для его функционирования не обязательно использовать капсулы жизнеобеспечения. Душа или сознание полностью покидают тело и переходят в этот мир, даже если тело погибнет, сознание будет живо. Это было сказано всем участникам тестирования. Мы уже мертвы, прими это…
— Значит, нет выхода…
Меинард поднялся и подошел к озеру. Он смотрел на его гладь и молчал. Андрей поднялся следом и подошел к нему. Он положил руку ему на плечо и произнес:
— Это не единственное, что я успел узнать.
— Еще «хорошие» новости?
— Пожалуй, нет… Однако, тебе будет интересно.
Меинард все так же смотрел на воду и продолжил говорить тихо и спокойно, будто его сейчас ничто не волновало:
— Мне кажется, что теперь мне уже ничего не будет интересно. Я, конечно, понимаю, что компания боролась с Альянсом, а мы были теми, кто мог помочь остальным людям, но посмотри, чего мы добились? Компания уничтожена, причем полностью. Я уверен, что даже воспоминания о ней были уничтожены. О нас тоже никто ничего не знает, да и людям мы не помогли. Сами же мы сейчас в ужаснейшем положении: в реальности мы уже мертвы, а наши души находятся в мире, похожем на Ад. — инженер замолчал и сжал кулаки. — У меня там остались мать и сестренка, теперь они одни и никто им не поможет…