Покинутые
Утраченные воспоминания
Тихий стон прорезал тишину, изредка прерываемую звуком капель, ударяющихся о каменный пол. Пальцы начали подергиваться, что означало, что человек, лежащий на полу, жив и просто находился без сознания. Мелкая дрожь пробежала по его телу, и он открыл глаза. Темнота стояла такая, что он с трудом мог увидеть собственную руку, лежавшую рядом с его головой. Он ее не чувствовал, однако он и не собирался пока совершать каких-либо действий. Немного полежав и очнувшись ото сна, он решил привести в порядок свои мысли, которые сейчас находились в полном разброде. В его голове творился такой хаос, что он даже не мог вспомнить собственного имени.
«Так, что здесь происходит? Где я вообще? Ооо, моя голова…»
Парень попробовал пошевелиться, но тело не слушалось его.
«Вот черт! Так, было бы неплохо еще вспомнить мое имя. Мысли спутались, да и ничего удивительного, голова-то раскалывается… Итак, как же меня зовут… Как же это глупо не помнить собственного имени. Я чувствую себя полным идиотом. Что-то на С, хотя нет вроде на М… Сейчас, давай, давай, давай… Черт, да как же там… Ми… Ме… Кажется, Меи… Меинард! Ооо, голова… Так, отлично. С именем вроде разобрались, но проблема еще не решена. Где я, черт возьми? Да и что со мной произошло? Совсем ничего не помню… Ааа, что за ерунда, я полный дурак! Нужно попробовать подняться. Таак…»
— ААА, ЧЕЕЕРТ! — крик был такой громкий, что это немного напрягло Меинарда, и он решил прикусить губы, чтобы снова не закричать от боли.
«Нет, тело мне не поддаётся. Кричать сейчас явно нельзя, ведь я даже не знаю, где нахожусь. Черт, даже рук почти не видно. Эта темнота немного напрягает, нужно отсюда выбираться. Больше не буду делать резких движений, попробуем пошевелить рукой.»
Меинард попробовал пошевелить правой рукой, но та его совершенно не слушалась. Левая же была придавлена его животом, так что о том, чтобы пошевелить ей даже мысли не приходило. Не веря в собственную беспомощность, он все снова и снова пытался совладать с правой рукой, но у него не выходило даже пошевелить пальцем.
«Черт, чтоб тебя… Я совсем не чувствую тела. Эта темнота, ненавижу темноту! Да и меня что-то в ней напрягает, но не могу понять, что именно. Такое чувство, что я здесь не один, черт, аж мурашки по коже. Я должен убираться отсюда как можно скорее!»
Все тело жутко болело, так что Меинард не мог даже думать о том, чтобы вновь попытать счастья и попробовать подняться. На его лбу выступил пот и начал стекать в глаза и рот, поэтому дышать стало довольно затруднительно.
После нескольких мучительных минут, ему все же удалось совладать с правой рукой, но, как только он попытался ее поднять, его поразила ужасная боль. На этот раз он не закричал, и кровь из прокушенной губы закапала на пол.
«Какой ужас… Как я беспомощен. Я вытерплю боль, но выберусь отсюда. Левая рука совсем онемела, отчего мне одновременно и грустно, и радостно. Грустно от того, что я на ней лежу и мне уже больно, а радостно от того, что я чувствую боль, а значит, я еще жив, да и рука цела! Так, я лежу на животе, так что лучшего положения и не придумаешь. Раз встать я не могу, значит придется ползти.»
Спустя час, Меинард совладал с телом и огляделся вокруг, однако ничего не увидел. Он лежал без движения и не знал, что ему предпринять. Лежать и ждать смерти явно не хотелось, но и сделать он ничего не мог. Слева ему в лицо дунул слабый ветерок. Он повернул голову в ту сторону и начал вглядываться во тьму. Ничего не было видно, даже маленького лучика света. Он уже подумал, что ему померещилось, но ветерок снова подул, что означало, что выход находится где-то в той стороне. Рука нащупала какой-то выступ, и он оттолкнулся от него влево. Пот тек ручьем, но он даже не собирался сдаваться, ведь если он сдастся, неизвестно что с ним станет. Возможно, он умрет и никогда не узнает, где он находится, а возможно ему повезет, и это окажется просто плохим сном, но, в любом случае, он должен бороться за свою жизнь. Меинард уже развернулся в ту сторону, откуда временами дул небольшой ветер, и нащупал на полу трещину. Он потратил неимоверное количество усилий для того, чтобы подтянуться вперед. Он полз все дальше и дальше, пот тек с него ручьем, все пальцы на правой руке были изодраны до крови, а все тело жутко болело, но он не останавливался. Меинард почувствовал ветер, который дул прямо ему в лицо, что прибавило ему сил двигаться дальше. Он уже полз достаточно долго и очень ослаб, но чувство, что он скоро уйдет отсюда не позволяло ему остановиться. Он не мог остановиться, ведь выход так близко. Вскоре он нащупал рукой какое-то препятствие и начал водить по нему рукой. Это оказалась стена, за которой, как ему казалось, находится выход. Он опустил руку и решил немного отдохнуть. Эти метры его страшно вымотали, и тело ныло от страшной боли.
«Ооо, Господи, дополз вроде… Все тело жутко болит. Но ничего, ведь я добрался до выхода, наверное. В конце концов, ветер идет из щели под стеной, так что шанс выбраться есть. Сейчас отдохну и попробую что-нибудь сделать, правда я пока не знаю, что… Стена вроде каменная, так что плита явно толстая и тяжелая, сдвинуть такую будет тяжело, а в моем состоянии так вообще невозможно. Но, как говорится, все невозможное — возможно!»
Меинард лежал, распластавшись на полу, и чувствовал некоторое облегчение. Надежда на то, что выход находится прямо перед ним, терзала его сердце. Он был готов вытерпеть любую боль, лишь бы выбраться. Вдруг потоки воздуха резко переменились, они начали идти откуда-то сзади. Неожиданное рычание за спиной заставило его передернуться. Рычание становилось все ближе, и, от этого, страх подступил к его горлу, а кровь прилила к голове. Меинард совладал со своей болью и перевернулся на спину. Глаза, уже привыкшие к темноте, смогли различить какую-то тварь, которая стояла в паре шагов от него. Она стояла на четырех лапах и смотрела на него горящими кровавыми глазами. Страх овладел им, вся боль неожиданно исчезла, а сердце начало бешено биться. Он не мог пошевелиться, все его тело было скованно. Меинард попытался закричать, но вместо крика он лишь что-то прошипел. Тварь подошла ближе и остановилась в десяти метрах от него.
«Что же это такое? Почему я не могу пошевелиться? Даже голос пропал. Неужели это существо так меня испугало? Чем интересно? Своим видом? Или я просто испугался из-за неожиданности? В любом случае… Я слабак и трус! Ха, смотри не обделайся! Ты выжил в этом месте, эта тварь не нашла тебя, пока ты был в отключке. Ты получил шанс жить! Ты не можешь умереть, пока не узнаешь, кто ты и что с тобой произошло! Боли нет, значит, ты можешь сражаться за свою жизнь! Так борись!»
Меинард сжал кулаки, приподнялся на локтях и закричал:
— Эй, ты! Я тебя предупреждаю! Подойдешь ко мне и поплатишься жизнью! Я так просто умирать не собираюсь, так что лучше иди своей дорогой и не приближайся!
Он прекратил кричать, возможно, это подействовало на эту тварь, но на это не стоило рассчитывать. Если она действительно пришла по его душу, то таким простым выпадом ее не отпугнуть. Существо постояло некоторое время, а затем начала подходить ближе. Несмотря на то, что рычать она прекратила, менее опасной это ее не сделало. Холодный пот выступил на лбу и Меинард начал искать что-то, что помогло бы ему в борьбе с этим существом. Он поводил руками по полу вокруг себя и нащупал камень. Камень был довольно тяжелым, поэтому он схватил его и бросил в эту тварь. От попадания в голову она взвыла и оскалилась, отчего человеку стало не по себе. Меинард попятился и уперся спиной в стену.
«Черт, что же делать?! Сейчас она меня точно грохнет! Точно! Выход же сзади! Это мой шанс выбраться, мне нельзя его упускать! Никто не сможет остановить меня, кто бы он ни был!»
Он уперся в стену и начал ее толкать. Страх смерти прибавил ему сил, и он готов был, во что бы то ни стало, выбраться из этого недружелюбного места. Он толкал стену, как мог, но она не поддавалась. Тварь подобралась еще ближе, и ее рычание начало разрывать барабанные перепонки. Меинард схватил еще один камень и швырнул в оскалившуюся морду существа. Это явно не помогло, а наоборот еще больше разозлило хищника. Толкания в конце концов начали давать результаты, и стена начала двигаться. Она находилась под наклоном, так что постепенно начала поддаваться натиску и наклоняться назад. Тварь набросилась на человека, однако тот успел схватить ее морду руками. Теперь, когда этот зверь находился прямо над ним, он смог разглядеть его. Это существо было похоже на огромного волка или собаку без шкуры, его красные глаза зло уставились на человека, отчего тому было не по себе. Меинард держал пасть существа в разжатом состоянии и тратил неимоверное количество усилий, чтобы не дать ей закрыться. Зубы впились ему в ладони, и кровь стекала твари прямо в глотку. Страшная боль растекалась по всему его телу, которую просто невозможно было вытерпеть. Начало казаться, что еще немного, и он потеряет сознание, но понимание того, что он больше не очнется, не позволяло ему сдаваться. Почувствовав вкус крови, тварь начала биться еще сильнее и разрывать когтями тело своей жертвы. Его рубашка уже была разорвана в клочья и кровь текла ручьем на пол. От этой борьбы стена задрожала и упала наружу. Дерущиеся свалились с небольшой высоты прямо на нее, отчего поднялся огромный столб песка, когда он осел, солнце осветило их. Кожа на твари начала шипеть и дымиться, что заставило ее отскочить от Меинарда, перед этим оставив ему глубокий порез на животе. Рана была такой глубокой, что кровь полилась из нее ручьем, а парень почувствовал страшную слабость. Существо запрыгнуло на выступ и скрылось в темноте, откуда они только что упали, человек же лежал без сознания в собственной луже крови. Все его тело было изорвано, в правой ладони зияло три дыры, а на левой не было мизинца. Он еще дышал, но его дыхание было еле заметно, а вскоре и вовсе исчезло. Солнце высушивало его раны, а тело постепенно засыпалось песком, который наносил ветер. Его сердце не выдержало и остановилось, теперь на плите лежало лишь безжизненное тело. К ночи он уже полностью скрылся под слоем песка и теперь никто не мог сказать, что здесь лежит человек. Это место стало таким, как и пейзаж вокруг — серым и безжизненным. Ни звуков, ни живой души, словно все мертво. Так продолжалось весь день, однако, стоило солнцу зайти, как мир вокруг оживился, он наполнился новыми звуками. Те, кто не мог жить при свете, теперь вышли во тьму ночи и свободно передвигались по этой безжизненной пустыне среди руин, которые были их домом. Все ночные твари начали рыскать вокруг в поисках пищи, но, так как в этом мире кроме них больше никого не было, они нападали друг на друга. Это нельзя было назвать каннибализмом, так как все они были разные и, наверное, относились к разным видам. В этом мире не действовало никаких правил, кроме одного — съешь или будь съеденным. Всю ночь эти твари проливали кровь друг друга, только ради утоления собственного голода. Множество трупов, которых не успели съесть более сильные существа, вскоре были съедены более слабыми, которые решили объединиться в стаи ради выживания. Эта ночь и все последующие — игра на выживание, в которой нет победителей. Восход солнца был встречен страшным воем и все, кто еще остался жив после нее, попрятались по темным местам в руинах. Ветер уже успел засыпать следы недавнего кровавого банкета, поэтому, когда солнце вошло, ничто не показывало того, что в этом мире есть жизнь. Это место вновь стало безжизненной пустыней.