При ближайшем рассмотрении громила впечатлял. Действительно: ростом с Маленького Джона, разве что в плечах чуть поуже, морда — исшрамленная и обветренная, меч… ну что сказать? Солидный такой меч.
Подойдя, детинушка встал на одно колено и возопил трубным гласом:
— Прошу тебя, пресветлый король Робер, принять от меня, Сида из рода Эль Сидов Родригесов, прозванного в честь прадеда Кампеадором омаж и фуа. Я прошу тебя принять под свой скипетр Валенсию — мой наследный домен, коий жду, что ты оставишь мне и далее…
Мама дорогая! Я совсем тут спятил, или что? Он мне какие-то владения в Испании принес? Валенсия-то, вроде бы — там? А за что? И потом: он же только что меня на тот свет отправить хотел?..
— Г-хм, — раздалось над ухом и меня обдало перегаром. — А веруешь ли ты в Христа, именующий себя Сидом?
Папа Тук? Отлично, отлично… Вот он мне сейчас и растолкует: кто это к нам приперся?
— Я не только верую, святой отец, — прогудел Сид Командор. — Я привез с собой величайший дар, как свидетельство чистоты своих намерений…
По знаку великана тощий с конским хвостом вытащил откуда-то чашу из зеленоватого камня и протянул Адипатусу.
— Это, — голос Сида Кардамона вдруг осип, — Святой Грааль…
Мать вашу! Кто-нибудь вообще объяснит мне, что тут происходит?!!
— Слушай, лилипут… Ты только что собирался меня убить, обвинял хрен знает в чём… И вдруг — омаж, клятва верности… Кто тут из нас сошёл с ума, растолковать не хочешь?..
— Великий король, — Сид поднял голову и посмотрел мне в глаза. — Ты верно не понял: Валенсия — мавританская область. Я прошу тебя взять нас под свое покровительство, под свою защиту…
— И для пущей убедительности решил проткнуть меня своим бревном? Хорошенький тебе покровитель нужен — пришпиленный, как жук на булавке…
Тут странный спутник Сида произнес что-то на неизвестном языке. Тот помолчал, а потом…
— Король Санчо, наслышанный о вашем высоком искусстве, повелел мне проверить вас, ваше величество, и не моя вина, что я не смог сделать этого раньше… — Грандиозо вздохнул, — Он хочет оставить Наварру под твоей защитой, когда двинется воевать с маврами, дабы Кастилия и Леон не осмелились протянуть грязные лапы к его землям… Но мой побратим, Салех ибн Мульк, великий воин и вождь своего племени, предложил мне просить вас, пресветлый король, о заступничестве для нашей исстрадавшейся Валенсии… Мы вместе — и христиане, и магометане, и евреи — молим тебя, король Робер: защити нас!
Он поднялся и гордо выпрямился:
— Мы — хорошие воины и ты можешь испытать любого из нас, хоть на учебном поле, хоть на поле боя, но нас мало. А ты — ты владеешь великой армией, ты непобедим…
— Хорош льстить, Автодор. Ладно, можешь отписать дяде Саньке, что у Альфонса Кастильского очень скоро будут другие проблемы, сильно далекие от Наварры…
— Фута на три под землю, — хмыкнул Маленький Джон.
— Вот именно. Да и Леону окорот дать не долго… Только не прямо сейчас. Насчет твоей Валенсии — будем посмотреть, а пока… — Я повернулся к Туку и прошептал, — Эта чашка — она сильно святая?
Ого! Адипатус промолчал, только с трудом кивнул. МОЛЧА! Ни фига себе — папаня замполит слов не находит! Да что ж это за пиала такая? Христос из неё что ли лично пил?
Но уточнить это я не успел. От дворца ко мне мчался паж, размахивая каким-то куском пергамента. На ходу он вопил:
— Ваше величество! Победа! Лорд Адмиралтейства! Сжег шестьдесят кораблей!..
Шербур… Проклятый Богом маленький пыльный городишко, с грязными улочками, на которых вязнут не то, что люди — кони! И вечный запах рыбы, которой, кажется, пахнет всё: и деревья, и дома, и вода, и земля, и даже облака на небе! Если закрыть глаза, то ни за что не угадать, ешь ты яичницу или мясной пирог — всё будет равно вонять рыбой…
Дородная девица, что перестилала мою постель, тоже пахла рыбой. И круглыми, чуть на выкате глазами она и сама напоминала треску. Я подумал, что, верно, она приставлена ко мне не только для того, чтобы убирать кровать, и содрогнулся. Спать с треской — что может быть ужаснее?!
Из бойницы замка, построенного графом Шербурским Ричардом — вот странность! И тут Ричард! — я вижу полноводный Дивет и суда, что собирают Маршадье и Альфонсо для переправы на Остров. Кораблей так много, что они уже не помещаются в порту и часть их стоит на внешнем рейде, в проливе. Иногда мне кажется, что если бы разразилась буря, которая разметала бы этот флот, то войны можно было бы избежать… Напрасные мечты! Что толку в буре? Корабли можно и заменить. Вот если бы молния поразила обоих негодяев — Маршадье и Кастильца, вот тогда бы… Хотя надо бы еще и маменьку… Господи, до чего я дошел?! Был бы на моем месте мой брат… О, тогда все бы надолго запомнили, что значит идти против воли Плантагенета! Да за один только презрительный взгляд, сродни тем, что бросает на меня Альфонсо, Ричарда обрушил бы на Кастилию все кары небесные. А если бы он так же, как и я был бы один? Тогда бы он просто свернул мерзавцу шею, вот и вся недолга… А я… не таков. Я слаб и остороже… Кой черт?! Кого я обманываю?! Я — труслив. Так всегда было и так всегда будет… К Альфонсо меня не подпустит его охрана, а с Маршадье я попросту не справлюсь. Легче уж самому удавиться…
… Кто же виноват в том, что, что ты, принц Джон, вырос трусом? Попробуйте-ка быть смелым, если родная мать ненавидит вас, старшие братья шпыняют и насмехаются, а отцу вы — ненужная обуза! Может быть, я и не был безразличен отцу, но…
Я помню, как отец приказывает мне, восемнадцатилетнему юнцу, взять войска и отобрать у мятежного брата Аквитанию. Легко сказать, да трудно исполнить… Отец не бранил меня за поражение, но и не помог, не успокоил, ничего не объяснил… Он вел себя так, словно ничего не произошло, он никого никуда не посылал, а меня — и вовсе не существует…
Вчера в Шербур пришли воины из Геннегау под командой графа Бодуэна. Последний, было, хотел встретиться со мной, но ему быстро объяснили, какова моя роль в войске, и кто на самом деле хозяин положения. Он жалостливо на меня взглянул, но попыток к личному общению более не предпринимал… Скоты! Грязные, кровавые скоты! Кто дал вам право обращаться со мной как с вещью?!! Не лукавь, Джонни-Слизняк, ты прекрасно знаешь, кто… Твоя родная мать… Хотя… Да полно — мать ли она мне?! Даже волчицы, с которыми её столь часто равняют, одинаково любят своих волчат!.. А она… Вот кого бы я мог… Нет, не могу… Поднять руку на женщину? Может, я и не образец рыцарства, как мой братец Ричард, но есть же какие-то пределы…
… Войска всё прибывают и прибывают. Я надеюсь, что Квентин уже добрался до Лондона и передал всё, что был должен племяннику. Возможно, он уже ожидает незваных гостей, подобно саксам, что ждали моего предка Вильгельма у Гастингса… хотя я искренне надеюсь, что он не повторит судьбу Харальда Инфеликса. Пусть уж лучше Маршадье и Альфонсо повторяют судьбу Харальда Сурового и Тостига… Господи! Помоги моему племяннику, сражающемуся за правое дело!..
… Я случайно перевел глаза на окно. А это что за паруса появились на горизонте? Еще корабли? Да им уже и так вставать негде! Что это, Альфонсо совсем одурел и решил перевести в Англию не только войска и припасы, но и пару замков в придачу? Чтобы было, где закрепиться на берегу после высадки? В Шербуре и так уже больше двух сотен кораблей, а тут ещё… раз, два, три… двенадцать… двадцать восемь… Двадцать девять парусов! Где, интересно бы узнать, они хотят пристать…
… А они, похоже, не собираются приставать… Я — не великий мореплаватель, но даже я понимаю, что им уже давно пора спускать паруса. Они, что, собрались влететь на всём ходу в порт?! Боже! Да ведь это…
На кораблях разом взвились белые флаги с красными крестами. И тут же над двумя десятками показались струйки дыма. Эти корабли, построившись двумя шеренгами, надвигались на суда, стоявшие на внешнем рейде. Они приближаются… приближаются… вот уже совсем близко… Пресвятая Дева! Кто додумался до такой дьявольской хитрости?!