– Нет. Я требую, чтобы вы сообщили о цели вашего присутствия в этом месте, – огрызнулась Лейла, явно не зная к чему придраться и спрашивая откровенную ерунду.

– Не поверите, уважаемая, – с легкой иронией в голосе ответила Голубая, взяв на себя функции главы, так как, судя по всему, Стас играть собственную роль был совершенно не способен. – Наша цель – обед, здесь готовят восхитительные суши, советую попробовать. – Лиза демонстративно подцепила палочками обернутый темно-зеленой водорослью ролл и отправила его в рот, задорно подмигнув.

Стас, наконец, оторвался от созерцания своего визави и перевел взгляд на его спутницу.

– Добрый день, боярыня, – проговорил он. Каждое его слово было пропитано ядом, от которого холодело внутри. Ни разу за все годы их знакомства, Алина не видела уравновешенного Черного в таком гневе. Если судить по выражению лица, Лизу поведение мужа удивляло не меньше.

– Что с ним? – мысленно спросила Серебряная у подруги.

– Сама бы хотела знать, – продолжая наблюдать за разворачивающейся сценой, ответила Голубая.

– Сынок трактирщика! – воскликнула Лейла, ударив ладонью себя по лбу. В отличие от подруг Стаса, она, по-видимому, поняла, что здесь происходит. – Живехонек! Неожиданно…

– Не могу сказать, что это приятная встреча, темная, – скорее прорычал, чем сказал Стас.

– Значит, ты стал воителем, – заговорил Макар и медленно присел на диван, не обращая внимания на возмущенный вид Алины.

– Как и ты, Макаша, как и ты, – ответил Стас.

Серебряной пришлось подвинуться к стене, так как Макар умудрился занять не меньше половины дивана. Теперь Серебряная прикидывала, как в случае чего лучше отразить атаку из стратегически невыгодного положения, в котором она оказалась. Лейла немного помялась, затем присела рядом со своим спутником, тем самым окончательно загнав Алину в угол.

– Значит, вот что заставило тебя бросить семью! Бессмертия захотелось… – раздельно произнося каждый слог, выговорил Стас.

– Ты не хуже моего знаешь, какая у меня была семья! – вспылил Макар. – Я ненавидел Аглаю всей душой!

– У тебя были дети, за которых ты нес ответственность! – почти кричал Стас.

– Они никогда ни в чем не нуждались! – Макар сжимал кулаки, так что побелели костяшки пальцев. – Все шесть моих дочерей удачно вышли замуж, ни одна не осталась в той жуткой дыре!

– Им нужен был отец, а не деньги, поступающие неизвестно откуда!

– Отец-кузнец не мог обеспечить им достойного будущего!

– У тебя была сестра! Ты хоть раз задумался о том, каково ей пришлось после твоего ухода? – Стас кипел от гнева. Алина начала понимать, кто сидит перед ней, теперь приходилось прилагать огромные усилия, чтобы держать рот закрытым. Вдавливая ее плечом в стену, рядом с ней сидела живая история, человек, имя которого было указано во всех фолиантах, повествующих о биографиях магов. Макар Кузнецов, брат Линды, исчезнувший много веков назад, мерился громкостью голоса со своим другом детства.

– Ах, сестра? – теперь Макар уже кричал, не заботясь о том, что его могут услышать. Посетители за соседними столиками обернулись, как по команде, стремясь увидеть своими глазами нарушителей общественного спокойствия. Вышибала, огромный детина, мирно дремавший недалеко от барной стойки, мгновенно взбодрился, готовый в любой момент прийти на помощь неважно кому, лишь бы размять затекшие от долгого сидения косточки.

Лейла достала что-то из сумочки, и, быстро прошептав незнакомое слово на испанском, хлопнула в ладоши.

– Артефакт, приглушающий звуки, – мысленно успокоила Лиза пришедшую в боевую готовность Алину. Серебряная немного успокоилась и с видимым усилием затолкала в рот кусочек еды, чтобы хоть чем-то занять руки.

– Сестра? – продолжал вопить Макар. – Что-то ты поздно задумался о благе моей сестры!

– Я всегда думал о благе Лиды! – стараясь переорать бывшего друга, выкрикнул Стас. Черный слегка привстал, наклоняясь над столом. Макар последовал его примеру, и они едва не столкнулись лбами. Алина возблагодарила сообразительность Лейлы, поставившей звуковую защиту. Теперь все не заинтересованные в беседе люди слышат лишь беседу, ведущуюся самым обычным тоном, а слов так вообще разобрать не могут.

– Ты называешь благом увести девушку из родительского дома, обесчестить и бросить неизвестно где? Я все знаю. Через год я вернулся в деревню, хотел забрать ее с собой, но Аким рассказал, что еще зимой она сбежала с тобой.

– Аким ничего не знал!

– Интересно чего не знал мой брат? Того, что ты променял Лиду на бессмертие, кинул ее, как падшую девку!

– Я никогда, слышишь, никогда не бросал твою сестру!

– Поэтому светлая, что сидит рядом с тобой, носит твою фамилию? Только не ври, что она твоя родственница, я все равно не поверю!

– Не буду Лиза – моя жена, – согласился Стас. Было видно, что он пытается взять себя в руки, но получалось плохо. Все, на что он оказался способен, – это сесть обратно, скрестив на груди руки, чтобы случайно не применить физическую силу к одному из слуг Испанского Дьявола и тем самым не ускорить развязку назревающего конфликта. Макар, судя по всему, подумал о том же и тяжело упал на диван, придавив Алинино колено. Кем бы эти двое ни были в прошлом, теперь прежде всего они были воителями и не имели права вести себя не подобающим ситуации образом. Маги их по головке за это не погладят.

– Мерзавец! – Макар от крика перешел на шипение, больше всего напоминавшее змеиное. – И ты смеешь утверждать, что не бросал ее!

– Между мной и Лидой никогда, слышишь, НИ-КО-ГДА НИ-ЧЕ-ГО не было. Ни разу за все эти столетия я к ней и пальцем не прикоснулся! – Стас выделял каждое слово, произнося отдельные слоги, будто учил разговаривать несмышленого ребенка или иностранца, неспособного уловить правильное русское произношение. Его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Макар принялся бешено трясти головой из стороны в сторону, раскачиваясь, как безумный. Встревоженная Лейла ухватила парня за локоть.

– Все… эти… столетия?.. – эхом повторил он, пустыми глазами вглядываясь в лицо бывшего друга. Он искал подвох в трех самых обычных словах и не находил. – Она воитель? Светлая?

– Нет, – отрезал Стас. – Ты хоть раз историю читал? Или бойцов Сантьяго учат только убивать, пытать и терпеть боль?

– Ответь мне! – потребовал Макар. Он больше не кричал, а говорил мертвым, ничего не выражающим голосом.

– Нет, она не воитель. Она маг… Мой маг. Линда Солнечный Свет.

Лицо бывшего кузнеца вытянулось. Кожа побледнела на глазах, и веснушки, образовавшие причудливые узоры на его переносице, проступили с отвратительной отчетливостью. Сейчас он не выглядел ни веселым и обаятельным, ни злым. Он выглядел мертвецом, по прихоти темного мага поднятым из могилы.

– Какие-то проблемы? – прозвенело над головой. Раздраженный голос Сони с визгливыми нотками истерички со стажем Алина могла узнать из миллиона. Красная склонилась над столиком, за которым разворачивалась одна из самых невероятных драм последнего столетия, облокотившись на него обеими ладонями, и развернулась так, чтобы рукоять меча слегка выглянула из-под широкого маскирующего плаща. – Темная Лейла, темный Макар… весьма неожиданная и неприятная встреча, – поприветствовала она слуг Сантьяго, оказавшихся старыми знакомыми из несчастливого, но не позабытого детства. За спиной Сони столпились остальные члены группы.

– Никаких проблем, мы уже уходим, светлая София, – ответила Лейла, оценив численное преимущество врага. Вести дальше разговор смысла не было, а любой повод придраться к ненавистным слугам Линды сейчас не сработал бы, ее муж был не способен реагировать на ситуацию. Темная ухватила Макара за рукав и, встав из-за стола, потянула за собой. Он, как безвольная марионетка, последовал за ней, не проронив ни слова и ни разу не оглянувшись.

– Ты должен знать, с кем будешь воевать! – вдогонку бросил ему Стас и с силой саданул кулаком по столу, заставив стаканы и тарелки подпрыгнуть с возмущенным звяканьем.