– Сара, – тихо произнес Фалькон, – нам нужно быстро принять решение. У нас нет времени ждать, пока ты окончательно осознаешь ужас происходящего. Не волнуйся и слушай. Потом мы решим, что делать.

Она серьезно кивнула, глядя ему в глаза. Она ясно видела, что Фалькон борется с собой. Сара знала: он беспокоится за ее безопасность. Жена хотела разгладить морщины, появившиеся на лице воина. На виске запеклась кровь, ее след только подчеркивал усталость, обозначившуюся глубокими складками вокруг рта Фалькона. Рубашка превратилась в окровавленные лохмотья, на груди были заметны четыре борозды. Всем своим существом Сара жаждала обнять его и успокоить. Но она сохраняла абсолютное хладнокровие, ожидая того, что должно было произойти.

– Мы связаны в жизни и в смерти. Если со мной что-нибудь случится, тебе будет очень трудно продолжать жить без меня. Мы должны пойти в Карпатские горы к моему племени. Этот враг – очень древний и могущественный. Он хочет заполучить тебя, и ничто его не остановит. Я полагаю, что опасность угрожает тебе как ночью, так и днем.

Сара кивнула. Она не собиралась спорить с ним. Вампир неотступно следовал за девушкой. Ей удавалось скрыться при первых же признаках появления монстра там, где она находилась. Она была уверена – если бы вампир преследовал ее молча, он бы нашел ее. Но вампир не верил, что Сара способна была игнорировать его призывы.

– Вчера днем меня преследовали его слуги, – сказала Сара, уставившись на свои руки, – одного из них я сожгла. – Она понизила голос, стыдясь самой себя.

Ее чувство вины передалось Фалькону. Он взял ее руки в свои, перевернул их ладонями вверх и поцеловал каждую.

– Слуги вампира уже мертвы. У них нет душ. Слуги питаются плотью, испорченной кровью вампира. Тебе посчастливилось убежать от них. Убить их – значит оказать им милость. Поверь мне, Сара, их нельзя спасти.

– Скажи, какое нам нужно принять решение, Фалькон? Уже почти утро. Я очень беспокоюсь за тебя. Ты серьезно ранен. Тебе необходима помощь. – Жена едва могла смотреть на него.

Фалькон был испачкан кровью и чуть не падал от усталости. Пальцами Сара разгладила и убрала назад нависшие ему на лицо и спутавшиеся черные пряди волос.

– По правде говоря, мои раны не слишком серьезны. – Он небрежно передернул плечами. – Когда я уйду в землю, она исцелит меня. Пока я буду пребывать в земле, ты будешь одинокой и беззащитной. Силы покидают меня ежедневно, на несколько часов. В эти часы я не смогу приходить к тебе на помощь. По крайней мере, физически. Я бы предпочел, чтобы ты всегда оставалась рядом со мной. Я хочу быть уверен в том, что тебе не угрожает опасность.

Она смотрела на него широко открытыми глазами.

– Ты хочешь взять меня с собой под землю? Как это возможно? – У нее оставались дела, которые необходимо было делать в дневное время суток. В рабочее время. Мир не полностью соответствовал требованиям племени Фалькона.

– Тебе придется полностью уподобиться мне, – мягко, но в то же время решительно произнес он. – Тебе передастся вся сила, но также и слабость моего народа. В дневные часы ты будешь уязвима и… Тебе необходимо будет пить кровь для поддержания жизни в своем теле.

С минуту Сара молчала, раздумывая над его словами.

– Я полагаю, что если уподоблюсь тебе, мне будет не слишком противно. Я буду жаждать крови?

Он пожал плечами.

– Так мы живем. Мы не убиваем; жертва даже не подозревает о том, что мы пьем ее кровь. Я буду находить тебе жертв, и это не принесет тебе никаких неудобств.

Сара кивнула в знак согласия. Хотя и раздумывала над смыслом слова «жертва» в его понимании. Вот уже пятнадцать лет она жила в тени Карпат. Его слова не повергли девушку в шок. Она повела Фалькона в ванную комнату, где находилась аптечка. Воин последовал за ней, потому что чувствовал ее потребность заботиться о нем. А еще ему нравилось ошущать прикосновения рук любимой.

– За одну ночь такое решение принять невозможно, Фалькон, – покачала головой она, намочив чистое полотенце в горячей воде, – у меня есть дела, которые я должна завершить. Мне необходимо подумать над твоим предложением.

Ей не требовалось много времени на размышления. Она хотела его всем своим существом, хотела принадлежать ему. За недолгое время его отсутствия Сара поняла, сколь ужасно, когда его нет рядом.

Девушка потянулась к нему и поцеловала в шею.

– Что-нибудь еще? – спросила она, слегка касаясь своими полными грудями руки Фалькона, согревая и соблазняя его. Сара легким движением прикоснулась к его виску, вытерла кровь. Раны на груди оказались более глубокими. Как будто какой-то зверь исполосовал его когтями – изорвал рубашку и оставил четыре длинные борозды на коже.

– Сегодня ночью я едва контролировал себя. Мне необходимо завершить ритуал. Мы будем одним целым, одним существом, и ты станешь моим спасительным якорем, Сара. Ты чувствуешь меня; ты чувствуешь меня и в опасности, зовешь меня к себе. Когда ритуал завершится, опасность больше не будет нам угрожать.

Он произнес эти слова хриплым голосом, в котором слышалось непреодолимое желание. Мысли Фалькона путались: Сара стояла так близко, что стенания зверя в его сознании заглушали все, кроме желания, которое источало ее тело.

Она обхватила лицо Фалькона руками.

– Это – то самое? Это и есть великое признание? – На ее лице засияла улыбка, от которой глаза заискрились и стали темно-фиолетовыми.

– Я хочу быть с тобой больше всего на свете.

Она прижалась губами к его рту, к его телу – всем своим телом. Она обнимала Фалькона, стоя в своем намокшем от дождя шелковом топе, из-под которого торчали напрягшиеся соски, словно взывая к нему. Соблазн. Возбуждение. В поцелуе Сары чувствовалась необузданная страсть. Ее тело пылало желанием, сгорало от жажды удовлетворить ответное желание Фалькона. Грубая. Чувственная. Земная. Настоящая.

Она подняла голову и впилась в него взглядом.

– Я принадлежала тебе последние пятнадцать лет. Если ты хочешь меня, Фалькон, я не боюсь. На самом деле, я никогда не боялась тебя.

Она сняла с него рваную рубашку, обнажив четыре длинные раны.

– Ты должна понять, что именно ты делаешь, Сара, – предостерег ее Фалькон. Она была нужна воину. Он желал Сару. Жаждал ее. Но, даже оставшись наедине с самым главным человеком в своей жизни, он не мог забыть о чести.

– Как только ритуал будет завершен, ты должна спускаться со мной под землю, иначе ты можешь сойти с ума, борясь с собой. Мне бы этого не хотелось.

5

Сара прищурилась, глядя в выразительные глаза возлюбленного под густыми и длинными ресницами.

– И мне тоже, Фалькон, – она говорила твердо и с вожделением, – но я лучше поборюсь с собой, чем потеряю тебя. Я сильная, поверь.

Она поцеловала его в плечо, потом в шею.

– Ты возьмешь только то, что я захочу отдать.

Как донести до Фалькона, что он несет ей лишь спасение? Сара ненавидела себя: она осталась жить, а ее родные умерли. Как поведать Темному Ангелу, что именно он спас Сару от безумия? И спас ее не один, а множество раз, на протяжении всех этих долгих лет. Слова Фалькона звучали в ее душе и сознании. Жена знала, что принадлежит Мужу навеки. Сару не останавливала их полная несхожесть – иная природа карпатского воина. Единственное, что имело для нее значение, – это его присутствие. Фалькон – настоящий, живой – стоял напротив нее. В глазах Ангела светилась душа. Сара соблазнительно улыбнулась и стянула с себя топ. Он увидел зовущие изгибы ее тела и темные соски роскошной груди. Она наклонила голову, стараясь выглядеть дерзкой, но не могла унять дрожь в теле. Сара Мартен ни разу в жизни не совершала столь откровенных действий.

Фалькон повелительно сжал пальцами ее шею, притягивая Сару ближе. Он забыл о ранах и усталости. В этот момент воин забыл обо всем, кроме Сары, которая передала ему в распоряжение свою жизнь и роскошное юное тело. Это был щедрый и безоговорочный дар.