Я достал телефон, который в этот раз каким-то чудом сохранился, и набрал номер Денисова. Они с бабушкой уже должны были приземлиться в Тюмени.

— Да, Константин, — быстро ответил он.

— Мне нужен самолёт как можно быстрее, — сказал я. — Или вертолёт. Ему даже приземляться не нужно, можем в воздухе сесть.

— Где ты? — настороженно спросил эмиссар его величества.

— У горящего тёмным пламенем монгольского аномального очага, — проговорил я и услышал рваный выдох.

— Боюсь, что это уже будет нарушением международных отношений, — он запнулся. — Я понимаю, что мы уже провернули подобное в Эльзасе, но тут другой случай. У меня нет приказа императора, как и полномочий.

— Тогда ты зря прилетел, — сказал я. — Без транспорта я до дома буду добираться пару дней. У тебя есть столько свободного времени?

— Но ты же можешь перемещаться через тень, — озадаченно пробормотал он. — Это точно будет быстрее, чем пара дней.

— Я-то могу, — согласился я. — Но я не один, так что через изнанку не вариант. Ты ведь знаешь, что тень убьёт любого, кто не обладает даром теневика.

— Не один? — переспросил Денисов, а потом вздохнул. — Ладно, я что-нибудь придумаю. Только отойдите подальше от очага, чтобы вас там патруль не принял.

— Алексей, тут степь кругом, — напомнил я ему. — Даже если все ляжем на землю, будем как на ладони.

— Так и быть, ускорюсь насколько возможно, — сказал он и завершил звонок.

Через пару минут мой телефон запищал противным звуком, и на экране высветился номер Одинцова.

— Слушаю, — сказал я, оглядывая местность. В принципе, можно найти какой-нибудь холм и притаиться на нём. Да хотя бы в сторону озера выдвинуться, там уже можно будет укрыться.

— Феникс, это Вихрь, — проговорил Одинцов, сразу задав боевой тон. — Получили сигнал об эвакуации. Уточни координаты.

— Монгольский аномальный очаг, — сказал я. — Недалеко от озера.

— Принято, Феникс, ожидайте эвакуацию, — быстро проговорил Одинцов и отключился.

— Что там, Костя? — спросила Вика, сев на землю и подогнув под себя ноги. Совсем из сил выбилась, бедняжка.

— За нами выслали транспорт, но торчать на равнине нам не стоит, — я мотнул подбородком в сторону озера, до которого шагать не меньше семи километров. — Давайте туда двинемся.

— Притворимся туристами и скажем, что заблудились? — хмыкнул Михаил Дубровский. — Ну типа искали озеро, чтобы искупаться, а как к очагу вышли, сами не поняли.

— Ты на нас ещё разок глянь, а потом шутки шути, — осадил его Виктор Молчанов. — Вот правда, возьми глаза разуй и посмотри внимательнее.

Дубровский глянул сначала на Романа Воронова и его одежду, пропитавшуюся кровью, которая уже засохла. Потом он перевёл взгляд на Молчанова и его рваную рубашку и босые ноги. И только потом он посмотрел на меня и передёрнул плечами.

— Ты прав, нам никто не поверит, — тихо сказал он и замолчал.

— Они друзья, — пояснил Роман, встретив мой взгляд. — Отдыхали на Байкале после удачной сдачи предварительных зачётов в академии магии. Там их и поймали.

— А тебя? — спросил я, подхватывая сестру на руки. — Тебя где поймали?

— Так дома и поймали, — он потёр шею с виноватым видом и шагнул следом за мной. — Они знали, что я теневик, так что через изнанку тащили. А этих двоих, видимо, на себе несли.

— Вас что сразу прокляли? — уточнил я, обернувшись к друзьям.

— Ну да, — кивнули они. — Вот мы с бокалами пенного в баньке, а вот мы уже в очаге рядом с падшими тёмными, которые пытаются убить Вестника… то есть Феникса, да.

— Понятно, — я прижал к себе Вику покрепче и понял, что она почти вырубилась от усталости. — Думаю, что до озера мы не дойдём, но хоть какое-то укрытие нужно найти.

В итоге мы решили сделать привал прямо посреди степи. Нашли место, где трава повыше, и остановились. Вика крепко спала в моих руках, а вот бывшие пленники чувствовали себя неважно.

Они храбрились и старательно не показывали слабости, но я видел, что им даже стоять тяжело, не то что идти. Пусть они и тёмные, которых всегда гоняли до седьмого пота с самого детства, они явно не были подготовлены к тому, что их могут похитить некомансеры. Да и к проклятьям они тоже не были готовы.

Как только мы остановились, Дубровский с Молчановым попадали на траву с мученическим видом. Я только головой покачал. Всегда так — пока двигаешься, силы сами находятся, но стоит остановиться, как сразу чувствуешь усталость.

— Роман, ты как себя чувствуешь? — спросил я негромко.

— Да всё нормально, — устало ответил он. — Спасибо тебе, что вытащил.

— Не за что, — я выдавил слабую улыбку. — Любой бы так поступил.

— Не скажи, — он мотнул головой. — Я вот не уверен, что стал бы спасать чужаков, когда в опасности родные, — он посмотрел на Вику, и его взгляд потеплел. — Хотя у меня и родных не осталось…

— Как твои дела? Сумел восстановить хотя бы часть семейных предприятий? — перевёл я тему. — Я узнавал у своего юриста, у тебя там долгов столько, что проще новый бизнес строить, чем налаживать старые процессы.

— Да я и сам уже понял, — он вздохнул. — Отец почти всё имущество заложил. Ладно хоть имение не успел продать за долги. Хотя ты и сам знаешь, что там сейчас воронка вместо дома.

— Если что, обращайся, — предложил я. — Могу дать ссуду или просто помочь по-дружески.

Роман дёрнул щекой, но кивнул. Благодарить он меня не стал, как и отказываться сразу. Понятливый парень. Не зря я его тогда на испытании пощадил — в нём нет гнильцы, зато амбиций и гордости с лихвой. Такой далеко пойдёт, если его направить в верном направлении.

— Слышите? — Дубровский резко сел, от чего его повело в сторону. — Гул вдалеке.

Я прислушался и усилил взор тьмы. Да, наши летят. Ауру Одинцова я ни с кем не перепутаю.

Надо же какая срочность и важность, что аж сам глава крыла разведки лично явился забрать меня от горящего очага.

Молчанов начал подниматься вслед за товарищем, застонав от боли и усталости. Дубровский помог ему, хотя сам едва держался на ногах. Роман уже стоял, вглядываясь в точку на горизонте, которая быстро увеличивалась в размерах.

Через несколько минут вертолёт с нейтральной раскраской и без единого герба коснулся почти колёсами высокой травы. Он завис в нескольких метрах от нас, поднимая тучу пыли и травяной трухи. Правый борт распахнулся, и оттуда высунулся знакомый силуэт в камуфляже.

— Феникс! — проорал Одинцов, пытаясь перекричать рёв двигателей. — Давай быстрее.

Я прижал к себе Вику покрепче и рванул к нему. Всего пяток широких шагов, и я уже передавал сестру в протянутые руки Одинцова. Роман, Михаил и Виктор добрались своим ходом.

Как только последний из них скрылся внутри, я запрыгнул сам. Вертолёт тут же рванул вверх, закладывая крутой вираж.

— Нас засекли, уходим, — выругался в наушник Одинцов.

Нас тряхнуло, но Вика даже не проснулась. Лично я в Одинцове вообще не сомневался. Раз уж он лично заявился, то проблем быть не должно.

Я перевёл взгляд к окну. Там полыхало моё пламя. Чёрная стена огня медленно, но верно пожирала заражённую землю.

Поскорее бы добраться до дома и оставить Викторию в безопасности. Дел у меня, конечно, хватает. Надо изучить карту якорей и определить основные и вспомогательные энергетические узлы. Надо выдать призракам связки с кристаллами и указать направление.

Столько ещё всего надо сделать.

Но кем я буду, если не отправлюсь на поиски брата прямо сейчас? Кем буду, если оставлю даже надежду, что он выжил и ждёт меня на восьмом слое изнанки?

Михаил Алексеевич Романов устало потёр виски и ещё раз перечитал сообщение от Максима Фёдоровича Одинцова. Глава Особого корпуса и крыла разведки написал всего четыре слова: «Шаховский уничтожил монгольский очаг». Но эти слова впечатались в мозг императора, словно выжженное клеймо.

И как в таких условиях строить новую стену? Михаил Алексеевич уже выделил средства из казны, отдал приказ о восстановлении оборонительных заграждений и постройках. Но Шаховский слишком непредсказуем. А ну как сейчас стену заново отстроят, а он возьмёт и уничтожит сибирский очаг?