— Хорошая работа, — поддержала ее румяная Варвара, пристраиваясь к щеке парня с другой стороны. — Мы даже не сомневались.
— Зачет! — просто резюмировала конопатая красотка Анюта, хлопнув парня по плечу.
— Милые дамы, а не позволить ли нам себе прохладного пломбира на горячем ветру «Палубы»? — вопросил Антон, и возражений не последовало.
Слава тебе, господи, ожил человек… Абитуриенты, томящиеся в очереди на экзекуцию, с завистью смотрели нам вслед. Не каждый молодой человек может похвастаться смелой подругой, а тут разом три, и все такие разные.
Вместо фанатов с ними приперлись родители, бабушки и тетушки, нагнетая и без того нервную обстановку. В этом деле наша мама проявила дальновидность. Вчера, закручивая в саду очередную банку с помидорами, она заявила, что толкаться в скверике перед институтом не станет — смысла не видит. Вместо этого лучше в новой квартире шитье гардин закончить, да обедом озаботиться. Мудрая женщина, ничего не скажешь.
А вот упитанный бармен модного кафе «Палуба» на Антона взглянул с опаской. Можно было бы сказать «волком», однако эта моська со щеками бульдога до зверя явно не дотягивала.
В начале дня летняя площадка оказалось заполнена наполовину, однако часть бригады братьев Сиротиных уже отвисала здесь. Для бармена стало откровением их поднятые руки и приветственные выкрики.
— Драки сегодня не будет, — подтвердил Антон его надежды. — Шесть пломбиров, вишневое варенье, орехи. Пить будем «Грушу», «Крем-соду» и вот этот «Крюшон» тоже пойдет. Только холодный!
Братья Гутаровы, подпирающие спину Антона, хватать нагруженные подносы и не подумали. И правильно, в задачу охраны входит исключительно защита охраняемого лица. Однако стоило Андрею Гутарову зыркнуть недобро, как сообразительный бармен без лишних слов лично потащил к столу требуемое. Чует служивого человека, и свои грехи тоже. Жпобяра хитрая…
Солнышко грело, но мягко, из динамиков текла сладкая итальянская патока. Серый бортик «палубы» подчеркивал синеву неба, безмятежную гладь которого нарушали лишь черные росчерки крыльев ласточек, да белый инверсионный след далекого самолета.
Девчонки щебетали о своем, о женском. При этом они делали вид, будто не замечают заинтересованных взглядов со стороны окружающей публики. Хотя этими косяками запросто можно дырку прожечь! Во все времена женщины ведут себя одинаково… Впрочем, дай бог им здоровья. Что б мы без них делали?
— Дед, за девочек не грех бы и выпить, — разливая газировку, буркнул Антон. — И за успех тоже.
Братья тактично расположились за соседним столиком, а моему парню под шумок захотелось мирволить девчонок шипучкой. Однако я его осадил — шампанское по утрам пьют сами знаете кто! И вообще, потехе час. Сражение выиграно, но битва еще не окончена.
— Кстати, денег нет, а нам еще родителей навещать, — добавил немаловажный аргумент.
В новую квартиру я планировал прийти с тортом и конфетами. Не лишними станут колбаса, сосиски, сыр и кое-какие полуфабрикаты, вроде котлет по одиннадцать копеек и филе морской рыбы «хек» по сорок копеек за килограмм. Магазинные продукты мама мастерски запекала в панировочных сухарях. К слову, сухари и хлеб тоже нужно не забыть. А почему нет? На это не жалко. Они там вкалывают, и ждут сына с хорошими известиями. Авоська у нас всегда в кармане, так что можно до кучи кефира с ряженкой прихватить.
Антон еще не ведает, что такое ремонт квартиры. А ведь дело это страшное, сродни стихийному бедствию. Тут не то что по магазинам бегать — бывает что в запарке и покушать некогда! Уж поверьте моему опыту. Бедствия могут миновать, а вот ремонт неизбежен, как диктатура пролетариата. В отличие от меня, в этот раз Антона бог миловал, так почему не побаловать родных людей?
— Здравствуйте, товарищи! — с лестницы на «Палубу» раздался звонкий девчоночий возглас, схожий с пиратским кличем.
Явление Веры бармена перекосило — как бы болезного кондратий не хватил. С целью занять человека полезным делом, пришлось махать ему рукой.
А девчонка, похоже, с битвы явилась со щитом. Антон встал, чтобы подать даме стул, но Вера с разгону запрыгнула ему на грудь. Везет же некоторым! У меня с Анютой ровно наоборот, чтобы в лобик чмокнуть, самому подпрыгивать надо…
— У меня «отлично»! — сообщила Вера, не дожидаясь вопросов. — А ты как?
— Прошел, — парень гордо улыбнулся.
— Я тебя ругала! — она полезла целоваться, а после паузы добавила: — А меня они целый час дополнительными вопросами мучили, не хотели пятерку ставить, представляешь?
— И что ты? — Антон все-таки пересадил девчонку на стул. Такое поведение в это время считалось слишком вольным, народ оглядывался.
— А я ни шагу назад! Этот учебник по химии наизусть знаю, еще зимой до конца пролистала. А потом просто перечитывала интересные места, как женский роман. Поздравляйте меня, люди, я студентка мединститута!
Старшина Максим, вошедший следом, усмехнулся в усы.
— Как поживает твое колено, Михалыч? — по-хозяйски усевшись за общий стол, он благосклонно принял от бармена розетку с мороженым.
— Спасибо, Максим Максимыч, от напастей бог миловал. Как сам?
Жанна с Варварой раскрыли рты. Не каждый день знакомый мальчишка на их глазах беседует с солидным милиционером о здоровье и погоде, причем на полном серьезе. Наконец, Жанна перевела взгляд на довольную Веру
— Не понимаю тебя, малыш, — слизывая с ложечки пломбир, она опустила уголки ярких губ. — Какая радость с этого мединститута? Сама же говорила, что в гимнастике блистала, и подавала большие надежды.
— Они и сейчас есть, — согласилась Вера.
— Вот! — Жанна подняла палец. — В перспективе мастеру спорта светит Лондон, Нью-Йорк, Париж… Так зачем тебе белый халат?
— А сама чего с бабушкой не поехала на историческую родину? — Варвара не скрывала ехидную улыбку.
На этот пассаж Жанна еще более скривила губы:
— Жить в кибуце, с автоматом в обнимку? Звиняйте, тетка, дурных немае.
— Ну так записалась бы в поездку на землю обетованную, а сама — бегом в Нью-Йорк, — хмыкнула Анюта.
— Сначала нужно институт закончить, получить профессию, — Жанна подняла стакан, шипящий брызгами лимонада. — А потом уже решать кибуц или Париж.
— Правильная мысль, — согласилась Варвара. — Диплом консерватории дает верный кусок хлеба с колбасой.
Наградив край стакана красным следом губной помады, Жанна вздохнула:
— Вот ты, Верочка, по клавишам барабанишь знатно, два синтезатора осилила… Ну так в чем дело? Жми педали! А ты в больницу рвешься, вроде там больше некому клизмы ставить за оклад в сто рублей.
— Мне кажется, лечить детей — хорошее занятие, — Вера демонстрировала железобетонное спокойствие. — А в Париж мы чуть позже прокатимся, если настроение будет. Да, Тоша?
— Ты же хотела в Кисловодск, — Антон отвлекся от разговора со старшиной, где обсуждалась тема космоса.
Страшное происшествие с гибелью трех советских космонавтов продолжало будоражить умы людей, и Максим Максимыч надеялся что, обладая послезнанием, я дам развернутый ответ. Однако официальная версия с клапаном-убийцей казалась мне неубедительной. А реальные результаты расследования в таких делах публиковать не принято, срок давности значения не имеет. Поэтому перевел внимание старшины на полет «Апполона-15», вчера достигнувшего Луны. Достаточно мутная история, если внимательно разбираться.
— Можно в Кисловодск, но лучше в Мацесту отвезти твою спину, — словно верная жена, Вера молвила ровно, потупив взгляд. — Мама говорила, там замечательная грязелечебница. И Деду кстати будет, такие процедуры не повредят. Впрочем, как скажешь.
— Не знаю, — пропустив речь Веры мимо ушей, Жанна гнула свою линию. — Музыка открывает разные дороги в мир, надо только выбрать правильный путь и найти хорошего попутчика. Так случилось, что к саксофону Надежды Козловской подошел мой тромбон. И еще здорово, что в оркестре оказался Антон. Мне кажется, под таким парнем можно многого достигнуть.