Отошла подальше, трясущимися руками вытащила из сумки телефон, посмотрела на сына, который так и сидел спокойно в стороне от всего этого и набрала мужа.

- Жень, я занят, у нас планёрка!

- Боря! – видимо, в моём голосе была паника, потому что обычно наш папа сразу трубку бросает. – Срочно приезжай, у нас тут авария и виноват наш Никита!

Секунду тишина.

- Он цел?

- Цел, он машину чужую краской облил… девушка в кювет улетела, машина сильно повреждена…

- Девушка цела?

- Да…, - и снова в трубке тишина.

- А машина какая?

- Боря, да какая разница какая машина, приезжай!

- Машина какая говорю.

- Красная машина, красная, большая, больше я ничего не рассмотрела… мы у старой заправки на объездной, там полиция, мимо не проедешь.

- Сейчас буду!

Глава 2

Борис приехал минут через двадцать, поставил машину сзади моей, подошёл сначала к месту аварии, где торчала из кустов красная машина, потом широким шагом направился к нам, остановившись на одну секунду возле Дины, махнул головой, здороваясь, и рванул сразу к Никите.

Я думала успокаивать будет, проблему решать, а он схватил его за капюшон, рванул на себя.

- Ты что творишь, а? – я так растерялась, что не сразу и бросилась между ними. – Ты хоть одну копейку в своей жизни заработал? Хоть одну, чтобы такие убытки мне приносить?

- Борис! – вышла я из ступора. – Отпусти его, что ты делаешь?

- Что делаю? Да его за это избить надо, ты видела, что он с машиной сделал? Видела? Она семь лямов стоит, только что из салона, новая машина, а он её так расхерачил, идиот!

Семь миллионов? У меня холодок по спине прошёл, у меня работа хорошая, муж отлично зарабатывает, мы ни в чём не нуждаемся, и дом, и машины, и сбережения немного есть, но даже для нас семь миллионов сумма большая.

- Боря, успокойся… откуда ты знаешь, что она столько стоит? Что она из салона? – я мать, я костьми за своего сына лягу, но спасу. – Он же не знал…

- Женя не тупи, это же сразу в глаза бросается, машина новая и дорогая, а ты его защищаешь! Всё этот скот знал!

Замахнулся на Никиту, а тот нет бы молчать, опустив глаза вниз, так ещё и вырвался из захвата, встал перед отцом, выпятив худенькую грудь, в глаза смотрит, не мигая.

- Машину жалко, да батя? – я встала между ними, драки не допущу, в нашей семье не дерутся. – Или девушку жалко?

- Что? – у мужа моего глаза кровью налились, сейчас точно с катушек слетит.

- Ничего!

- Договаривай, что сказать хотел!

Не знаю, чем бы всё это закончилось, только к нам подошёл полицейский.

- Прекратить базар! Вы кто, мужчина?

- Я его отец…

- Пройдёмте в машину…, а вы мамаша можете уже с сыном домой ехать, все вопросы по поводу эвакуатора, штрафа и остальное теперь будем решать с вашим мужем.

- Да, езжайте домой, я сам тут…

- Боря, мы подождём.

- Я сказал домой езжайте, а ты готовься, с тобой у меня серьёзный разговор будет, как вернусь домой.

- Жду не дождусь! – Никита рванул ко мне в машину, я следом за ним, только остановилась возле пострадавшей девушки.

- Пожалуйста, заберите заявление, мы всё отдадим вам, - она ничего не сказала, только отвернулась, а я пошла дальше, к машине.

Я у полицейского её номер телефона выпросила, буду звонить и просить, звонить и просить.

- Чего ты перед ней унижаешься, мам, - какой ты ещё молодой и глупый, Никита.

- Лучше пока помолчи…, виноват, ещё и вину свою признавать не хочешь, - отъезжаю молча, в уме считая, сколько у нас в наличии денег…, на общем депозите три миллиона должны быть плюс проценты по вкладу должны накапать…, ну не семь миллионов же ей отдавать, повреждения несомненно есть, но сделать же можно, хотя я даже не представляю, как можно убрать белую краску с крыши и капота…, ужас.

Уже отъехав на приличное расстояние, кидаю последний взгляд на мужа, не поняла… да нет, показалось, наверное, не может он эту Дину обнимать, ракурс такой наверное, что мерещится всякое.

Но в груди как-то неприятно кольнуло, ревную его до сих пор, хоть уже столько лет женаты, люблю, как тогда, правда в последнее время всё чаще хочется чем-нибудь тяжёлым к его спине приложиться, вредный стал, просто ужас.

То одеваюсь я как-то не модно, ладно, пошли гардероб обновили на «модно».

То машину я себе свежую возьму помощнее, правда тебе придётся пока потерпеть с заменой… ладно, купил джип себе большой, красивый, мощный. Ничего, Женя год потерпит, мне и эта неплохо пока, возит и ладно.

То теперь новое у нас, живот появился, тело не упругое…, теперь три раза в неделю в зал ходит, фигуру качает.

Да и ладно, не пьёт, не курит, спортом занимается, ну что мне на жизнь жаловаться, всё же отлично.

Он сейчас всё решит, только бы не привлекли, но потом выдохнула, уголовная ответственность наступает у нас с шестнадцати лет, административная тоже… штраф, конечно же будет, как и возмещение ущерба, на учёт поставят, это тоже точно… что же ты наделал, сынок, зачем…

Приехали домой, всё так же молча. Я не знаю, что сказать, кричать не хочу, ремень в руки брать тоже, сейчас выдохну немного и решусь на разговор.

- Я к себе! – сразу рванул в свою спальню.

- Никита!

-Чево?

- Не чиво, а что, - поправляю на автомате. – Телефон сюда положи.

- А что сразу телефон? – для детей это ужаснейшее наказание, просто караул.

- Положи, сынок, положи…, хоть как-то за проступок я тебя наказать должна же или мне тебе медаль выписать?

Фыркнул, вернулся и демонстративно положил телефон на стол.

- Кушать будешь?

- Нет! – рванул к себе и захлопнул дверь.

Вот же характер, а всё переходной возраст виноват, будь он неладен.

Спокойно, Женя, спокойно, выдохни на раз-два… хорошо, что все живы, деньги дело наживное, тем более я не думаю, что ремонт этой красной машинки обойдётся в семь миллионов, да, проблем много, но есть авто маляры, они скажут за какую сумму всё вернут в первоначальный вид.

Через час в дом влетел Борис, злой сверх меры, начал колотить в дверь к ребёнку, кричать и ругаться.

- Сопляк, ты знаешь во сколько мне это сейчас влетит, знаешь? – кричит стоит возле двери детской спальни.

- Сколько? – дверь так резко открылась, что Борис, не ожидавший этого, чуть в комнату к нему не ввалился, но сумел удержаться, схватившись за косяк. – Сколько тебе это всё обойдётся, отец? И кому ты платить будешь, себе?

Боря посинел, ногой топнул.

- Это всё твоё воспитание, твоя порода, готовь деньги, чтобы купить этой Дине новую машину!

А я сейчас другое в их разговоре зацепила.

- В смысле, папа будет платить себе? – смотрю то на одного, то на другого. – Вы о чём вообще говорите сейчас?

- Ни о чём! – Никита сразу дверь закрыл к себе, щёлкнув замком. – Я есть не буду! Я спать!

Я тогда к Борису повернулась.

- Борь, о чём он?

- Да откуда я знаю, мелет сам не зная, что, я на работу! – в нашей спальне ящиками гремит, переодевается.

- Уже вечер, какая работа…

- Ты что забыла, что наши гипермаркеты круглосуточно работают? Вы и так меня с совещания сорвали, у нас большое поступление товара.

Стою посреди коридора…, один в спальне закрылся, другой на работу убежал…, да что последнее время в нашей семье происходит, а? Кто-нибудь мне объяснит?

Глава 3

Телефон зазвонил в половине девятого, я как раз кормила Никиту завтраком, еле уговорив его выйти из своей комнаты, где он сидит уже больше суток.

Сидит ковыряет ложкой кашу, ссутулился, втянул голову в плечи, перестал с отцом огрызаться, да вообще с нами разговаривать перестал ребёнок.

- Евгения Сергеевна? – голос строгий, казённый. – Вас беспокоят из отдела полиции, по поводу вашего сына Никиты Борисовича, две тысячи одиннадцатого года рождения.