У меня пальцы вмиг ледяными стали, крепче телефон сжала, чтобы не выпал из рук.

- Да, это я, - Никита сразу голову поднял.

- Вам необходимо подойти в отдел по делам несовершеннолетних, к одиннадцати сможете? – вот оно началось то, чего я и боялась.

- Сможем, - положила телефон на стол. – В полицию вызывают.

- Мам…, - вот это одно короткое слово, а тебе всё нутро выворачивает.

Пятнадцать лет, ещё вчера по дому в подгузниках бегал, погремушками гремел, а сейчас передо мной сидел испуганный мальчишка.

Из спальни вышел Борис, уже весь при параде, как всегда собранный, спокойный, будто у нас сына в полицию не вызывают, это так, прогуляться от нечего делать.

- Никиту вызывают… в детскую комнату полиции, - Боря спокойно часы застёгивает, словно ничего его не касается.

- Наконец-то! Может хоть там ему объяснят, что портить чужое имущество нельзя.

- Ты с нами?

- Я на работу опаздываю, кому-то же надо эту машину восстанавливать, ты же уже второй день на работу не ходишь, всё сидишь возле него, гладишь.

- Сами справимся, езжай! – думаете совесть у папы нашего проснулась?

Как бы не так, спокойно взял ключи и на выход.

- И не вздумай там его отмазывать, пусть отвечает за то, что сделал, - дверь хлопнула, как выстрел и наступила тишина.

- Мам.

- Что? – опустил глаза мой сынок.

- Ничего, - вот чувствую, что сказать что-то хочет, но добиться не могу, как ни старалась.

В отдел мы приехали почти в одиннадцать, сын всю дорогу молчал, отвернувшись к окну и только дёргал шнурок толстовки.

Нас попросили подождать, а минут через десять вышла женщина примерно моего возраста.

- Никита Жданов? – сын поднялся, и я вместе с ним.

- Я.

- Пройдёмте, - я всегда представляла работников детской комнаты, как надзирателей, злыми и колючими, а эта улыбалась так по-доброму, располагающе, я смотрю, и Никита это тоже заметил и даже как-то распрямился.

- Садись, Никита, и ничего не бойся, просто расскажи своими словами, что произошло, - я села рядом с сыном.

- Я банку краски вылил…

- Куда?

- На машину.

- Намеренно?

- Да…

- Чья это машина ты знаешь? – у меня волосы дыбом стояли, это был настоящий допрос.

- Не знаю, - пожал плечами Никита.

- Потерпевшая – Дина Забродина, двадцать пять лет, - женщина смотрела бумаги и читала. – Автомобиль принадлежит ей.

- Ага, конечно.

Я повернулась к нему, потому что услышала сарказм, значит он знал и её, и её машину, инспектор тоже это заметила.

- Никита, ты знаком с Диной Забродиной?

- Нет.

- Раньше видел? – пауза.

- Видел, - у меня внутри что-то оборвалось, как же я могла упустить тебя, сынок.

- Где? – он молчит. – Никита, где ты её видел?

Это уже жёстче спросила я, а он глаза на меня поднял и мне вдруг стало страшно, не из-за полиции, не из-за машины, не из-за семи миллионов, которыми Борис тыкал меня уже вторые сутки, а из-за того, каким затравленным взглядом смотрел на меня мой ребёнок.

- Никита?

- Возле папиной работы…, - я дышать перестала, боясь услышать дальше его признания.

- Что?

- Я её возле папиной работы видел, - инспектор перевела взгляд с меня на сына и обратно.

- Ты уверен?

- Да.

- Когда?

- Месяца два назад, может три…, я несколько раз её видел там.

- Она приезжала туда?

- Не знаю.

- Тогда почему ты запомнил именно её? – сын молчал.

- Никит, - я накрыла его руку своей. – Говори.

- Потому что она с папой была! – в кабинете стало тихо.

Я посмотрела на сына.

- В каком смысле с папой?

- Они в его машине сидели, - я почувствовала, как в ушах начал нарастать гул, и перед глазами запрыгали яркие точки.

- И что дальше было?

- Мам, не надо, - мой сын резко вскочил со стула.

- Никита, сядь, - спокойно вмешалась инспектор. – Здесь тебя никто не ругает, нам просто нужно всё знать, чтобы понять причину твоего поведения.

Мальчик мой сел, нервно провёл рукой по лицу.

- Они целовались, - мне показалось, что я ослышалась… Боря, мой Боря целовался с этой Диной?

- Кто целовался?

- Папа и она, хозяйка красной машины, - Никита уже не сдерживался, тараторил быстро и нервно. – Я их много раз видел, я следил за ними и эту красную машину папа ей подарил!

Кабинет поплыл, стол, календарь на стене… теперь начала складываться мозаика… Борис на месте аварии, как он увидел эту Дину и замер, а потом его ярость и слова… пусть посадят… семь миллионов стоит… новая только что из салона… господи, какой же он подлый гад!

- Откуда ты знаешь, что твой папа подарил ей машину? – тем временем продолжила задавать вопросы женщина. – Ты слышал или видел?

- Она в соцсетях выложила, я её нашёл, сейчас, - мой малыш, как же ты мучился все эти месяцы, как страдал, стараясь защитить меня. – Вот! Папы лицо не видно, но это его пиджак, и его часы, посмотри, мам…

В кадре была эта красная машина с огромным белым бантом на капоте, а девушка стояла в обнимку с мужчиной, но в кадре была только часть туловища и рука, на которой красовались часы, которые я мужу на сорокапятилетие подарила, эксклюзивная модель, мне её знакомая из-за границы привезла…

Снизу подпись – «спасибо любимому мужчине за исполнение мечты, люблю.»

- И ты…

- И я психанул, потому что она с папой! А ты дома ему ужин готовишь, рубашки гладишь, а он тебе врёт!

Инспектор налила мне стакан воды, я отказалась, голова сейчас наоборот стала такая чистая.

- А потом что произошло, когда ты краску вылил? – спросила инспектор.

- Я растерялся, она выскочила из машины и ударила меня по лицу, я вырвался и побежал, она села за руль и за мной, она задавить меня хотела, я побежал через дорогу, она тоже за мной поехала, я успел увернуться, а машина в арык улетела.

- Ты машину потом толкал?

- Нет.

- В лобовое камни не кидал?

- Нет.

Сволочи, поганые сволочи, вы что с моим ребёнком сделали?

- Мы должны ей семь миллионов выплатить? – женщина удивлённо на меня посмотрела.

- Ущерб ещё не определён, но это точно не эта сумма…

- А кто у вас оценивает ущерб, можно координаты, - я знаю, что они такую информацию не предоставляют, просто мне очень знать надо. – Пожалуйста…

Положила номер телефона в сумочку, расписалась под допросом, проверив всё ли правильно написано.

Взяла сына за руку, он не одёрнул.

- Поехали домой, сынок, там поговорим.

Я знала сейчас одно… домой я вернусь раньше Бориса и к его приходу буду готова. Потому что у меня к нему только один вопрос.

Не про эту Дину, не про измену, и даже не про машину за семь миллионов… я хочу посмотреть ему в глаза и спросить.

- Ты правда был готов посадить своего ребёнка, лишь бы защитить свою любовницу?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.