Вроде и по делу говорил, но было в этом что-то обидное, словно я его собственность и не могу даже шага ступить в сторону, не отпросившись. С другой стороны, сердце подсказывало, что дело не только в графике. Алекс Каминский ревновал меня, не желая с кем-то делить даже в обеденный перерыв, это обстоятельство не могло не радовать.
Двери распахнулись и в кабину вошел какой-то важный пожилой мужчина. Босс тут же отпрянул от меня и как ни в чем не бывало пожал ему руку. Я же поспешила перейти на другую, более нейтральную тему.
– Как Лэсси?
Этот вопрос мучал меня все время, не давая спокойно есть и спать. Возможно, это обычная паранойя, ведь малышка в надежных руках квалифицированной няни, но на душе все равно было как-то тревожно.
– Когда я заглянул к ней утром, она спала, да и ночью ее совсем не слышал. Миссис Уайт отлично справляется. Если хочешь, можешь вечером ее проведать, – улыбнулся Алекс, пропуская меня вперед из лифта.
– Да, было бы здорово.
Едва мы оказались в офисе и включили компьютеры, Каминский начал чертыхаться и не только. Когда я взглянула на экран своего монитора, стало понятно в чем дело. Кто-то взломал корпоративную сеть, и я даже догадывалась кто, потому что на экране бегущей строкой шел один и тот же текст: «Верните второй ботинок».
– Что происходит? Какой еще ботинок?
В душе, я чувствовала, что это проделки моей безумной семейки, за которые мне было ужасно стыдно, но в данном случае просто обязана была изобразить непонимание. Я ожидала, что Алекс выплеснет на меня весь свой гнев, связанный с этим беспределом, но вместо этого, он громко и от души рассмеялся.
– Долгая история. Честное слово, не будь мы по разные стороны баррикад, я бы уже давно предложил этому гению работу.
– Какому гению?
– Тайлеру Новак, сыну нашего конкурента.
– Что? Ты даже знаешь, чьих рук это дело и ничего не предпринимаешь?
– Знаю, конечно, его почерк. Только доказать не могу, уж больно хорошо заметает следы. Жаль, что парень растрачивает такие блестящие способности впустую. Его бы мозги да в мирное русло. Если честно, он один стоит всего моего IT-отдела, раз с легкостью взломал улучшенную защитную систему, которую они только презентовали на прошлой неделе.
– И что теперь с этим делать? – кивнула в сторону своего компа, от которого в таком состоянии толку было меньше, чем от кофемашины.
– Прежде всего отправь цветы этому умнику и письмо с благодарностью.
– За что?! – обалдела я.
– За то, что с минимальным ущербом выявил слабые места системы, считай протестировал, – усмехнулся Алекс, засмотревшись на мое взволнованное лицо. – Да не переживай ты так, это у нас не в первый раз. На такой случай даже имеется особый протокол действий. IT-отдел все вернет в норму, а я сброшу инфу в общий чат руководителям подразделений о том, что сегодня работаем онлайн.
– Так просто? Какие-то сумасшедшие добрались до самого сердца компании, а ты смеешься?
– А почему должно быть сложно? – он снова улыбался, словно и вовсе ничего не случилось. – Поехали, если тебе так интересно, все расскажу по дороге.
– Куда?
– Ко мне, конечно. Там есть все необходимое для работы, только документы захватим. Заодно и Лэсси проведаешь.
Его реакция меня удивляла. Когда я слушала отца с Рейчел о кознях, которые они планировали, все напоминало настоящие военные действия, где победа важна любой ценой. А Алекс, он был совсем другим. Старая вражда между нашими семьями казалась ему такой же нелепицей, как и мне, что безусловно обнадеживало. А еще меня восхищало, что в любой ситуации он смотрел только вперед, искал пути решения проблем, а не зарывался в бесконечные «как», «почему» и «кто виноват».
Машина припарковалась у высоких ворот, но заехать внутрь не успела, босса в очередной раз отвлек важный телефонный звонок. Зная, что где-то там ждет Лэсси, мне реально не сиделось на месте.
– Иди уже, я немного задержусь, – улыбнулся мужчина, вложив в мою руку ключи.
Признав меня за свою, Арктур не издал ни звука, лишь радостно завилял хвостом. Оказавшись в доме, первым делом я проследовала в комнату малышки.
На столике стояла корзина для вязания, из которой красовался почти законченный объемный свитер. Вот это няня дает! Когда только успевает с учетом того, сколько сил и времени требует ребенок.
Как же мне хотелось поскорее взять кроху на руки, увидеть в ответ искреннюю беззубую улыбку и поиграть с ней. Но та Лэсси, которую я обнаружила в кроватке, едва ли походила на себя прежнюю. Девчушка была какой-то вялой и заторможенной, хотя в это время дня должна была во всю бодрствовать и активничать.
– Ты у нас случаем не заболела? – разволновалась я, приложив ладонь к ее лобику и скорее поспешила разыскать няню. Уж она-то должна знать, что делать в таких случаях.
Нашла я ее на кухне за приготовлением детской смеси. Что-то напевая себе под нос, женщина подсыпала в бутылочку какой-то порошок, после чего слишком быстро спрятала надорванную упаковку в карман своего фартука с рюшами. Заметив меня с Лэсси на руках, миссис Уайт едва не подпрыгнула.
– Ой! Здравствуйте, – расплылась она в фальшивой улыбке, поспешно закручивая крышку и взбалтывая содержимое. – А мы как раз готовились ко сну.
– Здравствуйте, – подозрительно прищурилась я, не желая возвращать ей ребенка. – Только мне кажется, что Лэсси еще не успела толком проснуться. К тому же, в это время она не должна спать.
– В воспитании малюток я стараюсь придерживаться биоритмов, а они не всегда совпадают с часами. Вам совершенно не о чем беспокоиться, доверьтесь моему многолетнему опыту.
Женщина предприняла очередную попытку забрать у меня ребенка, но в этот раз воспротивилась и сама Лэсси, что есть мочи схватившись кулачками за мои волосы.
– Что за порошок вы подсыпали в ее бутылочку? – задала я прямой вопрос, но эта нахалка даже глазом не повела.
– Какой еще порошок? Вам показалось. Вместо того, чтобы подозревать невесть в чем, будьте добры, не мешайте мне выполнять свои обязанности.
Не касайся это ребенка, в другой момент я бы стушевалась от подобной наглости, но не сейчас.
– Что здесь происходит? – появился в дверях Алекс и нянечка тут же изменилась в лице.
– Она что-то подсыпала в детскую смесь, а упаковку спрятала в карман фартука.
– Миссис Уайт? – Каминский наградил женщину своим фирменным рентгеновским взглядом, но у этой железной леди ни один мускул не дрогнул.
– Если вас что-то не устраивает в моей работе, скажите и я сейчас же уйду! Все лучше, чем обвинять добропорядочную женщину из-за того, что кому-то что-то показалось, – выдала эта артистка, смахнув скупую слезу.
– Никто никуда не уйдет, пока вы не покажете содержимое вашего кармана, – настаивал Алекс, подходя к ней все ближе и ближе. – К тому же, ничто не мешает мне отдать содержимое бутылочки на экспертизу.
Тут она реально испугалась, и сама достала спрятанную упаковку.
– Я ведь хотела, как лучше. У нее же зубки режутся! А так спит себе спокойно, и вам не мешает, и у нее ничего не болит, – призналась женщина, обреченно опустившись на стул.
– Зубки?! – взорвался Каминский, нависнув над перепуганной няней подобно скале. – Это не дает вам право травить моего ребенка всякой дрянью! Я сейчас же вызываю полицию.
Ждать пришлось недолго. Вместе с полицией приехал Адам, который провел осмотр и взял у Лэсси все необходимые анализы. От ощущения, что подвела ее, оставив в руках этой черствой женщины, я никак не могла успокоиться и от души разрыдалась.
– Ну что ты, Василиса, – подбадривал меня док. – Уже завтра с ней все будет хорошо. Ты вообще молодец, что забила тревогу. Сам по себе препарат не сильный, но со временем мог вызвать привыкание и пагубно сказаться на нервной системе в целом.
– Я не должна была ее оставлять, – вырвалось из груди, а по телу пробежала дрожь. – И как только не разглядела? Ведь ее только и делают, что бросают! Сперва родная мать оставила, отец даже не признает, а теперь еще и это.