А эти фальшивые документы, что я едва не отдала ему на подпись? Да пусть катятся к черту все Новак со своими подлыми аферами! Чтобы они там не задумали, я больше ни дня не буду их марионеткой!
– Алекс… – серые глаза встретились с моими, но я уже не боялась, что он отвернется от меня или разочаруется. Я твердо знала, этот невероятный мужчина обязательно меня поймет и простит, пусть даже не сразу. А еще я верила в нас и наше светлое чувство. – Мне тоже нужно кое-что тебе рассказать.
Глава 23 Магическая нить
– Речь о срочных документах, с которыми ты приехала?
– Нет, что ты. Забудь о них, там ничего важного, это был всего лишь повод тебя увидеть, – нервно улыбнулась, переходя к самому главному. –Ты должен кое-что узнать обо мне. Тем более, для всех теперь я твоя невеста.
Как же тяжело давались эти слова. Но в этот раз я просто обязана была довести все до конца, потому что так, как есть, больше не могло продолжаться.
– Я весь внимание, – загадочно улыбнулся Каминский, даже не представляя, о чем пойдет речь.
– Понимаешь, моя семья… Я росла вдалеке от них, будто изгой. Все эти годы они даже не интересовались моей жизнью, – начала я издалека, пытаясь преподнести все по порядку, но тут в помещение ворвался Питер.
– Вот вы где! Тебя всюду разыскивает отец. Говорит, это срочно, а ты не отвечаешь на его звонки, – обратился он к брату.
Бросив взгляд на экран мигающего смартфона, Алекс подорвался с места.
– Извини. Если хочешь, пойдем со мной.
Как представила все эти взгляды, фальшивые улыбки и обсуждения за моей спиной, по позвоночнику прокатилась волна холода. Так и чувствовала, что нам помешают, словно этой ужасной тайне не дано раскрыться! Но в этот раз я не собиралась отступать.
– Нет, я лучше подожду тебя здесь, – а заодно подумаю над тем, что скажу дальше.
– Я ненадолго, – заверил он, а взгляд серых глаз все не желал со мной расставаться.
Мужчины вышли за дверь, и я осталась совсем одна наедине со своими мыслями. Папка с документами, в которую Алекс никогда не заглянет, уж об этом я позабочусь, мозоля глаза, так и лежала на стуле.
Поднявшись, я подошла к окну и замерла, разглядывая, как привычным течением бежит жизнь для всех этих людей за стеклом, спешащих по своим делам. Я же находилась будто на перепутье.
Пользуясь случаем, попыталась хоть немного потянуться и размять спину. За последние дни боли в разы усилились, во-первых, из-за систематической нагрузки с Лэсси, а теперь еще и из-за проклятых каблуков. Все, чего мне сейчас хотелось, так это поскорее их снять, в идеале – и вовсе занять горизонтальное положение на ровной твердой поверхности.
– Надо же, Василиса Новак на приеме Каминских! Какая неожиданная встреча, – раздалось за спиной, заставив меня вздрогнуть.
Я резко оглянулась.
Один этот голос вызывал необъяснимую дрожь в коленях, чего я, конечно же, не желала показать подонку Джимми.
– Да уж, неожиданная. Помнится, последний раз, когда мы виделись, мой брат оставил тебя со сломанным носом.
Держать гордую осанку под натиском наглых карих глаз оказалось непросто. Он снова был пьян, как тогда, когда набросился на меня в ресторане, и неспроста оказался в этом помещении, словно следил за мной и выжидал, когда я останусь одна.
– Лучше не подходи, – выставила руку вперед в защитном жесте. – С минуты на минуту вернется Алекс и тогда…
– Что тогда? Только попробуй пискнуть, и он узнает твою маленькую тайну. Ведь ты не говорила ему, кто такая на самом деле, не так ли? Иначе тебя здесь просто не было бы.
Мужчина сделал резкий выпад, грубой ладонью обхватив меня за шею. Лицо опалило горячим дыханием, смешанным с парами какого-то дорогого пойла.
– Алекс все знает. Убери от меня свои чертовы руки!
– Не делай из меня дурака, Лиса. Я и так ждал слишком долго, чтобы закончить начатое.
Я попыталась оттолкнуть его, даже пустила в ход свои острые шпильки. Джимми что-то злобно прошипел, и словно зная о моей больной спине, в отместку ударил меня с силой об стену. В позвоночнике что-то хрустнуло, я взвыла от боли. Из глаз сами собой брызнули слезы. Но ему было плевать. Настойчивые губы заскользили по моему влажному лицу, спасало лишь то, что я этого почти не чувствовала.
– Помогите, – прокричала из последних сил, пока Джимми не заткнул мне рот своей рукой. Другой этот подонок уже задирал мне юбку.
Дальше все произошло так быстро, словно в кино в режиме ускоренного просмотра. Или мне так казалось из-за того, что сердце отбивало чечетку?
– Пожалуйста, не надо, – взмолилась я, когда Джимми наконец убрал ладонь с моего рта.
В глазах темнело. А еще мне стало так холодно, словно помещение превратилось в морозильную камеру.
– Ах ты подонок! – раздался голос Алекса, а от меня буквально оторвали этого гадкого клеща.
– Нашел кого защищать, – рассмеялся ему в лицо Джимми. – Да ты хоть знаешь кто она такая?
– Моя невеста, – не раздумывая ответил мой супер-босс, а под его кулаком что-то очень знакомо хрустнуло.
– Твою же мать! – взвыл Джимми. – Он ведь только зажил… Не мог ударить куда-нибудь еще, обязательно было ломать мой нос?!
Что происходило между ними дальше, я уже не понимала. Просто обняла себя за плечи, пытаясь согреться, но вместо этого меня начало так трясти, что застучали зубы, а я будто подкошенная рухнула на пол. Вокруг все закружилось, как если бы я оказалась на карусели. Картинки, звуки, частое биение сердца, боль, овладевшая каждой клеткой моего тела – все смешалось.
– Василиса… Да что с тобой такое? Потерпи, я уже вызвал скорую, – доносилось сквозь сон, а на меня смотрели взволнованные серые глаза. Казалось, только они и связывали меня с этим миром, как тонкая магическая нить, за которую я пыталась ухватиться. – Пожалуйста, не отключайся, просто смотри на меня. Я с тобой.
– Я так люблю тебя, Алекс. Но я ужасное чудовище. Я Новак… – успела прошептать в его объятьях прежде чем отключиться.
Трудно сказать, сколько я проспала. Казалось, целую вечность. А открыв глаза, не сразу смогла понять, где нахожусь. С первого взгляда все походило на больницу, но эти приятные персиковые обои на стенах, по-домашнему уютный интерьер и живые цветы сбивали меня с толку.
– Василиса, – появился рядом со мной Адам, не скрывая радушной улыбки. – Ну наконец-то! Хорошенько же ты нас всех перепугала.
– Где я?
– В моей клинике. Куда еще могли привезти невесту Каминского, как не к семейному врачу. Нравится?
– У вас очень уютно, – призналась я, а мне было с чем сравнить.
Я попыталась подняться, но док тут же меня притормозил.
– Нет-нет, для этого пока рано. Сперва осмотр.
– Все так плохо, да?
Адам не спешил отвечать. Присев на стул рядом с моей кроватью, мужчина со всем профессионализмом измерил мне давление, пульс, температуру, поводил специальным фонариком перед глазами, проверил чувствительность ног.
– Почему ты сразу не сказала о своем недуге? – перешел он на более серьезный тон, а от былого веселья не осталось и следа.
Всякий раз, поднимая эту тему, мне становилось неловко, словно я какая-та прокаженная.
– А что говорить, я ведь почти выздоровела, – попыталась возразить, да не на того напала.
– Почти, Василиса, это еще не на все сто процентов! Чувствуешь разницу?! – разволновался мужчина, как если бы я была для него родной сестрой или кем-то не менее значимым. – И даже тогда никто не отменял поддерживающую терапию. А что сделала ты? Взвалила на свои плечи непосильную нагрузку! Решила окончательно себя добить?
– Извини, – само собой сорвалось с губ.
– Это не передо мной надо извиняться, а перед своим организмом, – усмехнулся док, протягивая мне мобильник и с легкостью переключаясь на другую тему, словно только что не отчитывал меня, как строгая мамочка. – Вот, позвони родным. Все-таки почти на сутки выпала из жизни с того приема у Каминских. Я взял на себя смелость ответить на звонок твоей сестры, объяснил, что ты в больнице.