На мое счастье в этом самом туалете никого не оказалось, а платье отделалось всего одной зацепкой, которую я тут же расправила.
Взглянув на себя в зеркало и встретив там перепуганную девушку, глаза которой лихорадочно сияли от избытка адреналина, я невольно заговорила сама с собой.
– Что же ты творишь, Василиса? Ведь обратного пути уже не будет. После такого Алекс точно никогда тебя не простит.
В груди что-то болезненно сжалось, словно сердце обмотали тонкой леской и продолжали тянуть за концы, врезаясь в и без того поврежденную плоть.
«Ну где ты там? Все получилось?» – высветилось на экране докучливого смартфона, а мне вдруг захотелось смыть его в унитаз.
«Да, я на месте. Как раз направляюсь в зал».
В коридоре раздались приближающиеся шаги и чьи-то звонкие голоса. Набрав полную грудь воздуха, я еще раз окинула себя критичным взглядом и поспешила выйти из своего укрытия.
«Прости, мне просто не оставили выбора», – так и крутилось в голове, пока я следовала петляющими коридорами на звуки музыки и свет софитов, в лучах которых где-то там вдали мелькали силуэты званых гостей.
Алекс заметил меня сразу, как и я его. Фрак однозначно был к лицу этому идеальному мужчине, и вообще вся эта пафосная обстановка. Это я терялась под придирчивыми взглядами местной публики, он же чувствовал здесь себя, как рыба в воде.
Прервав разговор с каким-то важным мужчиной и его дочерью, хотя, скорее это была слишком молодая жена, Каминский ринулся мне навстречу.
– Василиса… А ты здесь откуда?!
Откуда-откуда? Не рассказывать же ему, как пробиралась на закрытый прием через окно женского туалета в обход охраны и чуть не подрала платье, лишь бы он поставил свою размашистую закорючку на этих поддельных бумагах.
– Привет. Тут для тебя срочные документы, – нервно сглотнула, сминая в руках заготовленную папку, пока взгляд серых глаз почти физически ощутимо скользил по моим открытым плечам и струящемуся платью.
Надеюсь, во всей этой суматохе он не станет особо вчитываться в их содержимое. А потом я и вовсе исчезну из его жизни. Одна подпись и все закончится – больше я никогда его не увижу… и никогда не забуду.
– Идем, – подхватив под локоть, Алекс потянул меня за собой вглубь зала, заполненного мужчинами в одинаково черных фраках и женщинами, сияющими бриллиантами. – Вот, черт! Только не это, – выругался он, заметив кого-то в толпе, и резко сменил направление.
Но было уже поздно. Расторопная ухоженная дама и ее молодая спутница стремительно сокращали расстояние, звучно цокая каблуками.
– Алекс! Да постой же ты, сынок, – прозвучало нам в спину, а я вопросительно изогнула бровь, не понимая, чего это он вдруг удирает от собственной матери.
Что-то прорычав, Каминский наконец остановился, и я вместе с ним, едва не врезавшись в мужскую грудь. Ощутив некоторую неловкость, я попыталась высвободиться из его захвата, но куда там! Твердые пальцы на моем локте сжались еще крепче, сам же мужчина неожиданно склонился к моему уху и заговорщически зашептал.
– Подыграй мне. Взамен проси, что захочешь.
Обдумать сомнительное предложение, естественно, времени не было. Игра уже началась. А все, что мне оставалось – хлопать ресницами и улыбаться.
– Дорогой, ты помнишь Фелисити? – намекала его мать на блондинку с бегающими глазками, делая вид, что меня не замечает. – У ее родителей концерн на западном побережье…
– Ах да, Фелисити. Рад встрече, – Алекс отделался формальным приветствием, в то время как его бесстыжая пятерня скользнула на мою талию, рывком притягивая к себе.
– А это Василиса, моя невеста, – на полном серьезе выдал он, не сводя лучистых серых глаз с моего шокированного лица.
– Невеста?! – в унисон произнесли женщины, округлив глаза, а я едва не произнесла это вместе с ними.
– А что, собственно, вас удивляет? Я наконец встретил ту, которую так долго искал.
Я и отреагировать не успела, как рядом оказались еще и его отец с младшим братом. С Филлипом мы уже пересекались в офисе, но близко никогда не общались.
– Добрый вечер, Василиса, – поприветствовал меня глава семейства, немного прищурив глаза, и рассматривая гораздо внимательнее, чем делал это на работе. – Вот сейчас смотрю на вас, и такое чувство, что вы мне кого-то очень сильно напоминаете, – признался мужчина, а у меня холодок пробежал по позвоночнику.
– Ну, конечно, напоминает, она же его личная помощница, – с недовольством подметила Хелен.
– Я вовсе не это имел ввиду. Кого-то из старых знакомых, возможно в Европе. А я случайно не мог знать ваших родителей?
– Не думаю, – засмущалась я.
– А она красотка! Поздравляю, братец, – переключил на себя внимание Пит, похлопав Алекса по плечу, а меня одарив каким-то слишком откровенным взглядом. – Рад знакомству, Василиса.
– Взаимно, – пропищала я, в компании всех этих акул уже и сама вцепившись в руку Алекса, как в спасательный круг.
Но это было еще не все. Словно почуяв наживу, рядом с нами закружили репортеры и заработали створки фотокамер, ослепляя яркими вспышками.
– Улыбнись, дорогая, – прошептал мне на ухо Алекс и поцеловал в висок, будто бы даже довольный происходящим. – Уже завтра эти фото появятся на главной полосе «Лос-Анджелес Таймс».
«А уже сегодня разлетятся по соцсетям, не минуя и вездесущих Новак», – осознала я весь масштаб бедствия.
Поздравления с предстоящей помолвкой от абсолютно незнакомых людей посыпались на нас, как из рога изобилия. Не уверена, что хоть одно из них было искренним, ну так и вся эта затея держалась непонятно на чем.
Когда же наконец нас оставили в покое, я уже и забыла, с какой целью вообще пришла на этот прием.
– Может все-таки объяснишь, зачем все это было нужно? – прошептала я, все еще пребывая в растерянности.
– Конечно, объясню. Только не здесь.
Алекс снова потянул меня за собой, в этот раз вверх по лестнице, подальше от всей этой шумихи и суеты. Первая же дверь по коридору вела в просторное помещение, оформленное в стиле барокко. Изысканная мебель, гобелены, обилие зеркал и картин с золотыми рамами – ощущение складывалось такое, будто мы в одно мгновение перенеслись в королевский дворец.
Отодвинув для меня стул, Алекс присел напротив.
– Ты ведь слышала наш вчерашний разговор с отцом?
Я кивнула. Забыть такое было сложно.
– Так вот, в прошлый раз, чтобы отговорить его от очередной бредовой идеи взорвать склад Новак, я пошел на крайнюю меру. Понимаешь, родители с самого детства сватают мне эту Фелисити. Вот я и пообещал им, что обручусь с ней, если только за эти две недели сам не найду себе невесту. Естественно, я и думать забыл об этом, особенно с новостями о Лэсси. И если бы не твое появление сейчас... В общем, не знаю, как тебе это удается, но ты мой настоящий ангел-хранитель, Василиса.
На последней фразе Алекс взял мои руки в свои и виновато склонил голову, вероятно, ожидая не самой лучшей ответной реакции на представление, которое только что устроил. Но меня волновало совсем другое.
– Так ты не одобряешь эту войну с конкурентами? А как же твой план против Новак, в который ты не стал посвещать даже отца?
– Нет никакого плана. Ты же знаешь меня, Василиса, это не мои методы, – заверил Алекс, глядя мне прямо в глаза. – А по-другому отца просто не остановить. Пусть лучше думает, что я с ним заодно, и тогда ничего не предпримет сам.
Кажется, в этот самый момент я по-настоящему умерла. Я прежняя, одинокая и запуганная девчонка. Сердце так точно остановилось. Все мои страхи и опасения, которые где-то внутри разрослись до размеров огромного мегаполиса, обрушились подобно карточному домику.
На глазах проступили слезы раскаяния. Или очищения от всей этой грязи?
Как я могла быть так слепа и не замечать очевидного? Как вообще решилась предать единственного близкого человека?
Алекс не такой, как его или моя безумная семья. Я и прежде знала это, но в какой-то момент позволила себе усомниться.