— Не как-то, а напрямую! История Хранителей насчитывает тысячи лет, многие проекты шли и идут не спеша, так им нет нужды торопиться. Это с нами, грязными обезьянами из запределья, они не церемонились и просто попробовали выморить Землю для своих целей, а внутри Содружества они действуют тихо, спокойно и методично. В том числе они нашли подходы к Кв'уу. Вступили в контакт с теми редкими отщепенцами, что покидали их планеты, поговорили, разобрались, поставили опыты, затем начали налаживать контакты с их материнской цивилизацией.
— Тут я должен закричать "о, нет?"
— О да, но не все так страшно. Совместная программа, эксперименты, исследования.
— Любят они эксперименты, как я погляжу, — лицо Дюши потемнело, рука сжалась.
Человеческие реакции, неясно только, нарочитые или естественные. Сжать глотку Хранителей, сдавить и выдавить из них жизнь за все содеянное. Польза Содружеству? Да пропади оно целиком вместе с пользой, сидели бы в нем и не трогали Землю!
— Так и цель какова — спасти всех живых, — ответил ему Андрей Майтиев. — Что перед этим одна, десять, миллион, даже миллиард жизней? Капля в море!
— Погоди, так это не игра на публику, не промывание мозгов своим же? — теперь Дюша изумился уже неподдельно, даже сделал шаг вперед, словно собирался пройти через экран.
— Нет, в архивах все то же самое. Обычно лидер секты промывает мозги остальным с какой-то целью, но здесь иначе. Они искренне верят, что должны спасти всех живых, и с годами, тысячелетиями, точнее, их взгляд на мир исказился, придя к тому, о чем я говорил. Ни одна жизнь не важна, ничья жизнь не важна перед спасением всех живых.
— Что автоматически оправдывает любые эксперименты, — кивнул Дюша, — и по ночам в подушку из-за почти погибшей Земли никто не плакал, ясно. Но как они удержались на плаву столько и откуда у них вообще изначально взялась эта идиотская идея спасти всех живых? М-м-м, нет, почему за тысячи лет они не утратили цель и продолжают следовать ей и весьма эффективно?
— Эффективно?
— Ты же не будешь отрицать, что они внедрились по всему Содружеству, о Хранителях не трубят на каждом сайте, не распускают слухи, обыватель и не знает о них, тогда как сектанты ходят рядом, управляют им, меняют его жизнь во имя целей, которые никогда не будут достигнуты. Очень эффективно работают, вне всяких сомнений, при этом не поддались соблазну открытого захвата власти, переступали границы, но до всеобщей охоты на Хранителей так и не дошло и так далее.
— Ты преувеличиваешь, по большей части всем плевать, как было плевать Прежним, но мысль понятна. Я не знаю, откуда у них все это взялось изначально, поэтому нам нужны живые Хранители. Живые и согласные отвечать, да-да, это непростая задача, сделай, что сможешь, как обычно. Что касается удержаться на плаву, думаю, тоже ответит Хранитель, но у меня есть одна теория. Они не лезут во власть, это строго запрещено их сводом правил или заповедей, я сам еще не разобрался толком, в общем, нечто вроде внутреннего устава, трудись, люби, спасай живых и будет тебе счастье.
— Опыт, разветвленность и отсутствие угрозы властям, понятно, — кивнул Дюша. — А что советы втайне за спиной иногда дают, так они все на пользу, надо слушать?
— Наверное, это было бы разумно в некоторых случаях. В большинстве случаев, подозреваю, они просто слегка правят события, чтобы происходило нужное им, ну, то, что они считают нужным, исходя из этого самого внутреннего устава.
— Так погоди, может они и Содружество все же создали? — задумался Дюша. — Чтобы вместе противостоять Уничтожителю? Что архив на этот счет говорит?
— Гляну, но это было бы тоже, как минимум, разумно. Тайная когорта хранителей знания, готовящаяся дать отпор и несущая знания сквозь тысячелетия, — изрек Андрей Майтиев, поглаживая подбородок. — Обыватели не в курсе, да им и не нужно, предполагается, что они уверуют, когда увидят угрозу вживую. Я не говорю, что так все и есть, не надо так смотреть, просто понимаю, из чего они могли бы исходить в таком случае.
— А что после Уничтожителя? — спросил Дюша. — Хотели глянуть, но наткнулись на информацию о Земле и сам понимаешь.
— Понимаю. Уничтожитель либо побеждает и сжирает всех живых, либо проигрывает и тогда настает всеобщее счастье, а секта Хранителей отправляется в нирвану и ее осыпают подарками.
— Кто?
— Наверное тот же, кто внушил им мысль спасать всех живых, ответа в архиве нет. Все это еще как-то связано с теми светящимися шарами, защитниками материнских систем… если архив, конечно, не переполнен тысячелетней ложью, в которую постепенно уверовали и сами Хранители.
— Мне такой вариант больше нравится.
— А мне нравится вариант, где мы не теряем время на болтовню, а ты уничтожаешь Кв'Уу и добываешь живого Хранителя.
— Спартака тебе не спасти попутно на сдачу? — съязвил Дюша и отключился.
Андрей Майтиев покачал головой и вернулся к работе, попутно исследуя архив Хранителей.
Глава 11
Андрей Мумашев терпеливо выжидал, словно превратился в одного из цэнтагов, происходящих от кристаллов, не только внешне, но и внутренне. Еще одна функция портальной сети и общего языка, объединение Содружества, ощущение причастности к другим цивилизациям.
Был у Цэнтагов и свой язык, высвечивание знаков на гранях кристалла и передача вибраций, но они охотно пользовались и общим, благо развитые технологии позволяли. Улавливали мерцание и вибрации, переводили их во всеобщий. Технологии же решали и проблему подвижности, из-за которой цэнтаги так долго развивались на поверхности, мыслили и подавали сигналы друг другу еще в те времена, когда по Земле бегали динозавры.
— Остановись, — пришел сигнал, — не мешай отправке.
Дюша остановил свой летающий диск, продолжая разыгрывать послушного цэнтага. Возможно, из-за тех миллионов лет неподвижности и потерь, цэнтаги сильнее других выступали в защиту портальной сети. Более того, они настаивали на монтаже порталов в каждой системе Содружества и за пределами, наплевав на все расходы и затраты на подобное мероприятие. Они же, как сообщал Дюше справочник, выступали за дублирование сети, дабы связь и возможность перемещаться свободно куда угодно, никогда не прерывались.
Их корабли, похожие на друзы кристаллов, перестраивались в походный порядок, словно вытянутую стрелу или длинный кристалл, разбитый на осколки. Корабли цэнтагов могли сцепляться гранями, повышая свою мощь и защиту, и могли распадаться, увеличивая общее количество, если того требовала обстановка.
— Могу ли я присоединиться к флоту? — просигналил Дюша.
Задачу командир поставил непростую, но он справился, проник, замаскировался, попутно разнес еще парочку порталов, сымитировав Коорга, которого на Земле Прежних обозвали бы троллем, и Хааалуна, являвших собой полную противоположность цэнтагам. Слизняки, без единой твердой косточки, они как-то удивительно крепко дружили с цэнтагами, возможно по принципу схождения противоположностей.
Также Хааалуны разделяли любовь цэнтагов к портальной сети и ценили возможность путешествовать куда угодно, посещать разные планеты и приобщаться к их биомам. Хааалуны являлись непревзойденными мастерами чужих форм, поглощали, изучали и затем воспроизводили эти самые формы, но оставались при этом слизняками.
Высокоразвитыми, технологичными, гигантскими, но все же слизняками.
— Необходимо соблюдать правила, — пришел ответ секунду спустя, — даже если ты подходишь.
Дюша улыбнулся под маскировкой, чуть сдвинулся и активировал гравиранец. Мелькнул, блокировал гранью лазерный луч, которым его пытались остановить и врезался в борт одной из друз. Ударил, прошибая борт и собственную маскировку, ввалился внутрь, распрямляясь в личине Коорга, взревел:
— Смерть камням!!
И тут же выстрелил из виброизлучателя, огромного, тяжелого и смертельного для цэнтагов. Обычный Коорг, по правде говоря, тоже сдох бы от таких мощных внутренних вибраций, но только не Дюша. Не прекращая стрелять, он вихрем пронесся по кристаллу корабля, вознесся на самый его верх, несмотря на отключенные транспортиры и перехватил управление, даже не подумав отключать систему самоликвидации.