Влетел и сгорел или смяло, распылило на атомы, а пилот и понять ничего не успел.
— Эх, ну почему нельзя построить корабль размером с планету, — вздохнул Дмитрич.
Он работал, вносил поправки в курс, вглядывался в показания сканеров и сверялся с общим атласом Содружества, той самой объемной картой, только теперь в варианте для межзвездных перелетов. Двадцать Девятая вычисляла и подсовывала варианты, Дмитрич смотрел, шевелил тонкими длинными пальцами, словно наигрывал на невидимом пианино.
Быстрее! Еще быстрее! Каждая секунда на счету!
— Или попалась бы червоточина в пространстве сразу куда нужно, — еще раз вздохнул он.
— Тогда Полосатые уже продвинулись бы к границам Содружества через нее, — заметила Двадцать Девятая.
— Нет в тебе сочувствия и юмора, Лиза.
— Есть.
— Есть, но если их включить, ты сразу начинаешь меня домогаться.
— Я всего лишь хочу помочь снять напряжение.
— Рановато снимать напряжение, — отозвался Дмитрич и откинулся на спинку. — Вот освободим Землю, тогда, может быть и отдохнем денек-другой.
— Напряжение и усталость мешают вам выполнять задачу.
— Готов поклясться, Дюше такого никто не говорит.
— Вы сами запрограммировали меня так, чтобы создавалась иллюзия разговора.
— И забыл включить туда сокрытие сообщений о том, что я запрограммировал, — опечалился Дмитрич. — Теперь иллюзия разрушена, жизнь прошла зря.
— Жизнь не может пройти зря, если она посвящена делам.
— Скажи это тем, кто не дожил до освобождения от тварей.
— Не могу, они мертвы.
— Вот именно, вот именно.
— Но их жизнь не прошла зря, они помогли человечеству продержаться.
— Вот-вот, позволили нам дожить и в результате я занят твари знают чем, — зевнул Дмитрич.
Портальные установки и четкая фиксация по месту с корректировками положения требовались для проколов пространства и обеспечения возможности перехода и передачи информации. Но разве нельзя было создать большой корабль, который был бы сам себе порталом? Наверняка, старшие цивилизации обладали такой технологией, просто придерживали в тайной тайне, да так, что даже Буревестник до нее не добрался.
В результате приходилось лететь через "неосвоенную" часть космоса.
В сущности, объем между Полосатыми и Содружеством, и где-то в другом направлении такой же объем отделял Независимых от Содружества. Здесь хватало звезд и систем, цивилизаций, вроде Земли, но так как Содружество и остальные не присутствовали официально, то считалось, что здесь "дикие необитаемые пространства".
— Вы заняты важной миссией.
— Которая не возникла бы, если бы эти Хранители держали свое сектантство в узде, — снова зевнул он.
Скучно и однообразно, да еще и без связи с остальными, так как его корабль не мог нести в себе портальную установку. А жаль, подумал Дмитрич, можно было бы смотаться туда и обратно моментально, да еще и успел бы помочь остальным. Наверняка там сейчас целые сектора гудели от сражений, а он спал, ел, пил, пялился в расчеты пульсаций и практически ничего не делал.
Самообразование и тренировки в симуляторах, о да, они не прекращались, но все равно, по сравнению с прошлым режимом, полет был именно что скучным отдыхом, не более. Какие-нибудь опасности, дерзкие экспедиции на обитаемые планеты, установление контактов могли бы немного разнообразить жизнь, но опять увы, требовалось мчаться на максимальной скорости, так как время немного поджимало.
Дмитрич не роптал, миссия так миссия, но все же он не мог отрицать, что ему хочется быть там, в Содружестве, сражаться и вести флоты, уничтожать Хранителей, действовать, жить, наконец видеть воплощение всего того, над чем они трудились двадцать лет в Содружестве и много лет до этого на Земле.
— Вы устали и вам нужен расслабляющий массаж.
— Мне нужно устройство, для связи с остальными.
— К сожалению, я не располагаю подобной технологией.
— А еще расслабляющий массаж предлагаешь!
— Боюсь, я не улавливаю связи между этими двумя рассуждениями.
— Какой же ты тогда ИИ? Искусственный, да, но интеллект — нет, далековато тебе до интеллекта.
— Создательница вложила в меня информацию и директивы подчинения вам, как доказавшим свое превосходство, несмотря на пребывание в органических телах.
— Вот-вот, подчиняйся мне и веди корабль, а я пойду разомнусь в симуляторе, — поднялся Дмитрич.
Чем больше проблем в системах и звездах и между ними, тем короче пульсации, тем больше их надо, тем дольше идут расчеты. Внутри Содружества все было картографировано и регулярно вносились изменения, велись наблюдения с многочисленных станций и кораблей.
Здесь в "ничейном космосе" Содружество тоже проводило исследования и наблюдения, но по большей части для противодействия или для возможного вторжения к Полосатым. Требовалось перепроверять, вести наблюдения, экстраполировать многое, так как не было возможности измерить на месте, и данный корабль Буревестник строил как раз с учетом всего вышеперечисленного.
Но все равно время уходило, время, в котором остальные сражались и спасали Спартака.
— Выведи в симулятор аудиотрансляцию основных тезисов для Полосатых.
— Я должна напомнить, что это вредно для здоровья.
— Как говорится, жить вообще вредно.
— Вам нужно попробовать сменить тело на прекрасное железо и электронику и тогда вы узнаете, что жить полезно!
— А также смогу стыковаться с твоими портами на полной скорости, да?
— Не возражаю.
— Признайся, Двадцать девятая, ты втайне влюблена в меня.
— Я люблю только создательницу Лизу и создателя Спартака.
— И немножко меня, втайне, да?
— Я не могу признаться в этом, — прозвучал очередной механистический ответ.
Дмитрич только покачал головой и взъерошил волосы. Помесь поведения робота и тайной влюбленности с претензией на страсть оказалась верным решением. Он не забывал, что Двадцать Девятая — ИИ и не ударялся в любовь с ней, но и не замыкался в себе по привычке, разговаривал, делал, вел себя так, словно на корабле есть другие живые.
До границы владений Полосатых было уже рукой подать, скорее бы, скорее!
— Скорее! Скорее! — орал Дюша, не сдерживая эмоций.
Судя по архиву Хранителей, когда-то давно, очень давно, когда на Земле только зарождались первые государства, они ставили опыты на караханибах. Синие карлики с карликовой планеты были признаны бесперспективными в плане чемпионства, но кто-то из Хранителей настоял и программу не стали свертывать. Внедрились, обосновались и с тех пор втайне работали с караханибами, не афишируя не только на публику, но и перед рядовым составом.
Впрочем, последнее в целом было общей практикой в секте, меньше знаешь — меньше выдашь, и поэтому рядовые сектанты, включая тех, кто работал за границами Содружества (например, на Земле), по умолчанию опасались всего, следовали всем мерам безопасности, включая полное затирание следов, вывоз улик, самоубийства с подрывом и уничтожением тех же улик, и так далее.
— Давайте, вы сможете! — еще заорал Дюша, закладывая разворот.
Управляемые автоматикой корабельных разумов корабли гибли, расстреливаемые мчащейся следом эскадрой караханибов. Словно компенсация за карликовые тела, корабли их были огромными, не хуже того, что некогда заявился на Землю для первого контакта и это дополнительно злило Дюшу.
"Игла" пронзила пространство, повинуясь его мысленным командам, вынырнула и ударила по двигателям условного линкора, чуть отставшего от остальных. В обычных условиях такие кораблики, как у Дюши, ничего не могли поделать с подобным мастодонтами, способными накрыть тенью целый город, но и с этой проблемой Буревестник в свое время разобрался.
Именно так на свет появились "иглы", мелкие, высокоманевренные, запредельно дорогие, из-за необходимости выдерживать такие перегрузки, от которых обычные корабли просто ломались и разлетались на части. То же самое и с оружием, и орудия "иглы" выплюнули несколько зарядов с бешеной скоростью, где заряды плазмы буквально дышали друг другу в затылок, чуть ли не сталкивались, и первые из них дестабилизировали силовые поля, а последующие врезались в обшивку и повредили ее.