АКТ III

СЦЕНА 1

Поле близ Лягушечьего болота.

Входят сэр Хью Эванс и Симпл.

Эванс

О ты, верный служитель мистера Слендера, друг Симпл, во святом крещении Сэмюэл! Посмотри-ка, не приближается ли к нам с той или иной стороны мистер Каюс, именующий себя доктором медицины?

Симпл

Сэр, я смотрел и в сторону церкви, и в сторону леса, не смотрел только еще в сторону Виндзора.

Эванс

Всепокорнейше прошу тебя, Сэмюэл, устреми свой взор и в сторону города Виндзора!

Симпл

Слушаю, сэр! (Смотрит в сторону города.)

Эванс

Ох, да простятся мне грехи мои! Велик гнев мой, и душа моя в смятении!.. Хоть бы он и в самом деле обманул меня и не явился на место поединка… Иссохло сердце мое от печали… С какой отрадой разбил бы я об его нечестивую голову все его пробирки, реторты и колбы с чужой мочой. Да простит меня небо!.. (Напевает.)

Здесь у ручья под сенью скал25

Поют нам птицы мадригал.

Мы над ручьем с тобой вдвоем

Венки душистые совьем! О небесное милосердие, слезы туманят мои глаза! (Напевает.)

В тени деревьев над ручьем

Свой мадригал нам птицы вели,

Когда с тобою мы вдвоем

У вавилонских рек сидели!

Симпл

Сэр Хью, он идет сюда!

Эванс

Ну, что же, милости просим! (Напевает.)

У вавилонских рек сидели… О небо, сохрани и помилуй тех, кто поднимает меч за правду! Чем вооружен мой противник?

Симпл

Оружия не видать, сэр… Впереди идет мой хозяин — мистер Слендер, за ним его дядюшка — судья мистер Шеллоу, и еще какой-то джентльмен. А идут они со стороны Лягушечьего болота, перебираются через изгородь.

Эванс

Подай мне плащ. Нет, лучше держи его наготове.

Входят Пейдж, Шеллоу, Слендер.

Шеллоу

Как дела, дорогой служитель церкви? С добрым утром, сэр Хью. Странно видеть игрока без костяшек и школяра без книги.

Слендер

(вздыхает)

О прекрасная Анна Пейдж!

Пейдж

Здравствуйте, любезнейший мистер Эванс.

Эванс

Да будет над всеми вами небесное милосердие.

Шеллоу

Пастырская речь и рыцарский меч — как видно, вы владеете и тем и другим, почтенный сэр Хью.

Пейдж

А душой вы все еще юноша! В одном камзоле, панталонах и чулках, без плаща — а погода самая ревматическая.

Эванс

Всякое явление имеет свое объяснение, сэр.

Пейдж

Мы явились сюда, чтобы оказать вам дружескую услугу.

Эванс

Какую?

Пейдж

Один весьма достойный джентльмен, вообразив, что его оскорбил другой джентльмен, тоже весьма достойный, потерял, так сказать, равновесие и вышел из границ терпения.

Шеллоу

Я прожил на этом свете не двадцать лет, а по крайней мере четырежды двадцать. Но никогда еще я не видел, чтобы человек его положения, солидности и учености доходил до такого, можно сказать, исступления…

Эванс

Кто же этот джентльмен?

Пейдж

Кажется, вы его знаете. Это некий мистер Каюс, знаменитый доктор из Франции.

Эванс

Да простит меня небо, но лучше б вы мне рассказали про миску овсяной каши, чем про него!

Пейдж

Почему?

Эванс

Потому, что миска овсяной каши столько же понимает в латыни и в медицине, сколько ваш знаменитый доктор! Но при этом миска овсяной каши — не трус и не подлец! Да простит господь мои прегрешения!

Вдали показывается Каюс с обнаженной шпагой в руке.

Пейдж

Боюсь, что это и есть тот человек, который собирается драться с ним.

Слендер

(вздыхает)

Ах, прекрасная Анна Пейдж!

Шеллоу

Пожалуй, это так, если судить по его оружию. Не пускайте их близко друг к другу! Это доктор Каюс!

Подходят Каюс, хозяин и Регби.

Пейдж

Спрячьте ваше оружие, дорогой пастырь!

Шеллоу

И вы спрячьте свое, дорогой лекарь!

Хозяин

Разоружите их и заставьте вступить в переговоры. Пусть они пощадят свои головы и не щадят языков — ни своих собственных, ни нашего английского!

У противников отнимают оружие.

Каюс

(тихо, Эвансу)

Прошю вас сказаль мне по секрет — почему ви не приходиль фехтоваль со мной на рапир?

Эванс

(тихо)

Потерпите, сударь, не горячитесь, пожалуйста!

Каюс

Шорт! Ви есть трюс! Ви есть обезьян, пьес!

Эванс

(тихо, Каюсу)

Умоляю вас, сэр, не делайте меня, да и себя посмешищем в глазах моих прихожан и ваших пациентов, смирите свой гнев. Я желаю мира с вами и найду случай дать вам полное удовлетворение. (Громко.) Ну, погоди у меня, негодный лекаришко! Я разобью все твои банки и склянки с мочой о твой петушиный гребень за то, что ты забываешь о времени и месте дуэли!