Что касается Тыквы… Она оказалась котом. И, как вскоре выяснилось, это открытие так поразило хозяйку толстой рыжей кошки, что та её выкинула прямо на крыльце моей клиники. Так у нас и появился кот Тыква. А вернулся он сам, уже через пару дней. Администраторы Маша и Ева ужасно волновались, повсюду развешивали объявления, искали бедолагу по подвалам и помойкам. А он пришёл как ни в чём не бывало, ещё более толстым, чем был, сожрал два пакетика корма и завалился спать в моём кресле.

Посажу его на овощную диету. НазвалиТыквой — пусть соответствует.

⤟⤎⇺⇷↭⇸⇻⤏⤠

Глава 3. Ведьма и зубы

Зуб заболел поздней ночью. Коварно, внезапно и неотвратимо. Мог бы и до утра подождать!

Я никогда прежде не знала такой страшной боли. Природная магия лечит всё, если у тебя есть доступ к источнику. А у меня его нет. Нам, ведьмам, даже не нужно читать заклинания и проводить ритуалы: достаточно попросить у источника малую толику силы, принять её, и все болезни разом проходят. Конечно, тут многое ещё зависит от ведьминских талантов. Кто-то может взять больше, кто-то меньше. Некоторые (вроде моей заклятой подружки Эльжбеты) настолько слабы, что даже не в силах остановить собственное старение. Вот им-то и нужны кровавые жертвы, пляски в полнолуние вокруг костра и прочие омолаживающие зелья. Я же всегда считалась одной из сильнейших. Мне было всего двадцать два, когда меня приняли в Круг Двенадцати, и за триста лет не постарела ни на один день.

В старых книгах написано, что магический дар привязан к душе куда больше, чем к телу. Переходя грани миров, я должна была забрать его с собой, если не весь, то хотя бы частично. К счастью, так и вышло. Я осталась настоящей ведьмой, хоть и существенно ослабела. Как курица с обрезанными крыльями. Вроде и птица, а летать не может.

Но без источника ведьма не ведьма. Своей собственной магии у нас нет.

И как назло — уже завтра я должна быть на работе весь день, потому как Валера взял срочный отгул, а заменить его больше некому. Хорошо, если не случится никакой напасти. Хотя зря я на это надеюсь. Неприятности ходят толпой, ещё и приводят друзей вместе с родственниками.

Ой-ой-ой, мать моя ведьма, как больно!

Древние бессовестно лгали. Тело важнее души. Кто думает о возвышенном, когда челюсти сводит от боли, раскалывается голова, льются слёзы из глаз и хочется завыть? Я с огромным трудом вспоминала рецепты отвара для полоскания: ромашка, шалфей, кора дуба, гвоздика и соль… Где взять нужные ингредиенты? И кто мне гарантирует, что они собраны и приготовлены ровно так, как нужно?

На то, что продают в местной аптеке, нет никакой надежды. Бесполезное сено. Труха. Здесь понятия не имеют о том, что лекарственную ромашку нужно собирать ранним утром после новолуния, а цветущий шалфей безлунными ночами выносить под звёзды на улицу, а днём прятать в холодный подпол! Какие-то полезные свойства у этих аптекарских снадобий, может, и остаются, но о том, чтобы сварить из них приличное зелье, даже думать нечего.

А за окном — октябрь. Дождь. И закованные в камень улицы. Не самая удачная пора для того, чтобы собирать травки в лесу, до которого неясно, как добраться.

Интересно, можно ли умереть от зубной боли? Насколько ещё хватит моего терпения? Как это ни прискорбно осознавать, но выход у меня оставался только один: потратить существенную часть оставшейся магии на исцеление проклятого зуба! Потому как в таком состоянии я не то что собаке, даже мышонку помочь не сумею!

Проклятое тело Морозовой Анны, как оно могло меня так подвести? И ведь не старое же оно, я никогда в жизни бы со старухой меняться не стала, по бумагам ему даже сорока нет, самый расцвет женского естества! А по ощущениям — ему как минимум век. Говорю же — в душе этой вашей нет никакого прока. Выбирала я по душевному сходству, а не по зубам. Вот вам и результат.

Зуб же не просто болел. Он жил своей жизнью, пульсировал, отдавал болью в ухо, в висок и затылок. Казалось, в моей бедной челюсти поселился маленький злобный упырь-живодёр с раскалённым гвоздём и с каким-то особенным удовольствием вколачивал его в десну.

Полночи лежала я на диване, рассматривала трещинки на потолке и отчаянно жалела себя. Даже не так: я страдала о себе прошлой, вечно юной, красивой, здоровой и щедро магически одарённой, с источником неподалёку. Но обратно уже не вернуться, заклинание высшего уровня не отменить. Перенос души в другой мир можно провернуть лишь однажды.

Говорят, некоторые глупцы пытались повторить ритуал, но всегда погибали. И в магической книге было написано красными буквами и в половину страницы: ЛИШЬ ОДНАЖДЫ.

Если бы я тогда знала, какое ужасное испытание меня ждёт…

Сбежала-то я не просто так. Ковен потребовал, чтобы убила я одного из двенадцати. А я всё же не убийца. Поэтому и ушла в другой мир — от этих старых дур подальше. Нет, нечего и вспоминать. Дракона убить я ни в жизнь не смогу, я даже котёнка в ведре утопить не способна. А вот зуб вырвать — запросто. Приоритеты, чтоб им.

Ну да ладно, прошлого уже не вернёшь. Нужно жить дальше.

Я ворочалась на диване, как уж на сковородке. Подушка была слишком мягкой и совершенно не держала голову. Одеяло — слишком тёплым, и я сбрасывала его на пол, а через минуту снова натягивала до подбородка, потому что из-под входной двери тянуло холодом. Пружина под левым бедром предательски скрипела при каждом повороте. Я зачем-то считала её скрипы и с каждым разом всё больше хотела придушить того, кто эту мебель смастерил.

За окном моросил дождь. Фонарь за занавеской бросал на потолок жёлтое пятно, и в этом пятне трещины складывались в насмешливую рожу. Я смотрела на неё и мысленно читала проклятие на хандру. Помогало плохо.

Для начала мне нужно избавиться от проблемы. Вырву эту тварь и дело с концом. Потом, когда найду Источник, выращу новый. Интересно, а тут есть цирюльники? Сколько стоит простейшая операция по удалению зуба?

С трудом взяв себя в руки, полезла в эфир. Неприятно удивилась ценам: удаление зубов — от трёх тысяч и выше. Они там рехнулись? За что? Тампон с отваром корня мандрагоры, щипцы и крепкая рука — я проводила подобную процедуру бесчисленное число раз. И у зверей удаляла зубы, и у людей. Ничего сложного.

А это ведь, между прочим, идея! Я ведь и сама всё смогу. А в клинике щипцы точно найдутся! Хоть какие-нибудь.

Главное — дожить до утра.

Задача не для слабонервных.

Я села. Потом легла. Потом снова села.

— Чтоб вам всем провалиться, — прошипела громко и поплелась на кухню.

Пол был ледяной. Я шла на цыпочках, как воровка, хотя воровать тут нечего — всё моё. Включила свет, зажмурилась от яркой вспышки и принялась открывать шкафчики. Один. Второй. Третий.

Где у этой женщины хранится всё самое нужное?

Нашлась соль в стеклянной банке. Стакан, маленькая кастрюлька. Налила воды, поставила на плиту. Усмиренный огонь зажёгся с третьей попытки — пальцы не слушались, а голова была занята исключительно зубом.

Пока вода грелась, я обшарила аптечку. Там было много всякого непонятного: яркие коробочки, стеклянные пузырьки, какие-то пачки с совершенно непонятными надписями, которые я читала по слогам, как школярка. Наконец нашла тёмный флакон с бурой и ужасно вонючей жидкостью.

Йод. Из наблюдений за Анной я вспомнила это слово. Она мазала им царапины. Значит, и для десны тоже сойдёт. Хуже не будет.

Вода закипела. Я плеснула её в стакан, добавила соль — на глаз, щедро, чтобы уж наверняка. Потом отсчитала пять капель йода. Жидкость в кружке стала мутной и жёлто-коричневой. Гадость какая.

Я подождала, пока остынет до терпимого, и набрала в рот. Полоскала долго, наклоняя голову то влево, то вправо, чтобы раствор добрался до проклятого зуба. Жгло. Щипало. Соль разъедала дёсны, йод оседал на языке горьким металлом. Я сплёвывала в раковину и набирала снова.

И — о чудо! — боль начала отпускать. Не ушла совсем, нет. Но перестала бить раскалённым гвоздём и превратилась в тупую и ноющую. Как будто мой личный упырь устал и присел отдохнуть, оставив гвоздь торчать в десне.