Слово?!!! Я недоверчиво прислушался к своим ощущениям и в ответ получил новое тихое «треньк». Ну, здравствуй, Слово, давно не виделись…! Хоть одна хорошая новость за все утро.
Повеселев, я допиваю чай и иду собираться на службу. Перед этим выглядываю в окно – моя Волга стоит прямо напротив нашего подъезда. Значит, Лева или Димон довезли нас с Викой на ней до дома. Вот что значит настоящие друзья!
Напевая вполголоса «хей хей хали гали …», я для начала застилаю постель. Армейская привычка не позволяет мне оставить ее неприбранной. Встряхиваю одеяло – из пододеяльника на пол выпадает вдруг красивый женский бюстгальтер. Это что за…?!! Я выпадаю в осадок и минуту тупо гляжу на женское белье. Опасливо поднимаю бюстгальтер, держа двумя пальцами за тонкую лямочку, а в голове только один вопрос бьется: я с кем вообще сегодня спал?!
Потому что в памяти моментально всплывает очередное вчерашнее воспоминание: мы повздорили с Викой по поводу моего «гусарства», и она отправилась ночевать в общагу за компанию с Ленкой. Которую Лева повез туда на такси. Так… Что-то мне уже не по себе от таких стремных находок. Может, я тоже вчера на такси домой вернулся … с кем-то? Неужели Оля-Пылесос?? Ведь подбивала ко мне клинья. Или кто из студенток первокурсниц, что недавно массово пошли в наш “Метеор”?
Господи… Вика же мне никогда не простит такого…
Что делает мужчина в подобной непростой ситуации? Молодой и зеленый сразу впадает в панику. А умудренный прошлым опытом, трижды женатый и трижды разведенный, прячет хладнокровно улику в карман, и приступает к тщательному осмотру предполагаемого места преступления. Хорошо бы еще и свидетелей допросить, но мои парни сейчас на лекциях и переговорить с ними можно будет не раньше, чем часа через три.
Поэтому для начала я методично перетряхиваю постель, но больше никаких улик, слава тебе Господи, там не нахожу. Ни других предметов нижнего белья, ни шпилек, ни сережек. Потом как Мухтар обнюхиваю вторую подушку – та слабо пахнет духами. Но духи точно Викины – я сам ей их покупал, и этот аромат знаю. Заправив постель, выдвигаю ящик комода с Викиным бельем и осматриваю его содержимое в надежде найти там вторую часть комплекта. Все-таки нельзя исключать вероятность, что моя находка вовсе не «криминального» характера – это белье Вика могла купить совсем недавно. Конечно, не в ее привычках разбрасывать свое бельишко по спальне – она у меня аккуратистка, но ведь всякое бывает… Спешила, например, вчера, собираясь в «Россию», а ночью я мог его и не заметить. Но трусиков в комплект к моей находке среди ее белья нет.
От поисковой операции меня отвлекает еще один телефонный звонок. С опаской снимаю трубку.
– Алло…
– Добрый день, Алексей. Это Павел Слободкин. Мы с вами договаривались созвониться, вчера в «России» неудобно было разговаривать.
Я недоуменно замираю. Какой еще Слободкин? Это кто вообще?! Хотя фамилия кажется мне знакомой. Слово в голове, одобрительно тренькнув, выдает очередную мелкую порцию воспоминаний о вчерашнем вечере. В памяти всплывает лицо совсем молодого парня лет 20-ти – невысокого роста, круглолицый, улыбчивый. До недавнего времени был музыкальным руководителем эстрадной студии МГУ. Собственно и в «Россию» он пришел с кем-то из наших старшекурсников. Теперь в Москонцерте работает. Хотел поговорить со мной насчет «Машины времени».
– А да, помню. Здравствуй, Павел, слушаю тебя.
Парень предлагает мне сотрудничество, чтобы вывести нашу «Машину времени» на настоящий профессиональный уровень, говорит, что группа очень перспективная. А то я сам не знаю! Что ж, дело хорошее… Я уже начинаю тяготиться обязанностями, возложенными на меня Хрущевым и Мезенцевым. Ведь одно дело просто песни для машинистов писать, а совсем другое – организовывать им концертную деятельность. Мне есть чем и без этого заняться. Но самостоятельно я такое решение принять не могу, нужно сначала доложить наверх. О чем я и сообщаю предприимчивому молодому человеку. Договариваемся с ним созвониться на следующей неделе.
И только положив трубку, до меня доходит, с кем я сейчас разговаривал. Это же будущий руководитель «Веселых ребят»! А что? Слободкин очень талантливый руководитель и аранжировщик неплохой. Мало того, хоть он и профессиональный музыкант, но ни разу не композитор, а значит, не будет навязывать песни собственного сочинения, и на репертуар группы я смогу по-прежнему влиять. Просто останусь штатным автором песен для группы, а выступления, записи, репетиции – все это теперь будет заботой Слободкина. Но при этом в любой момент я могу с ними и на гастроли отправиться, «автор песен» – отличное прикрытие для сотрудника Особой Службы. Только надо будет утвердить его кандидатуру у Мезенцева, у Фурцевой и у Иванова.
Ладно… для начала нужно сегодняшний день пережить. Подхожу к зеркалу, внимательно проверяюсь на наличие свежих засосов, царапин и прочих свидетельств женской страсти. Их полное отсутствие все больше вселяет в меня уверенность, что тревога была ложной. А еще через несколько минут тщательного поиска трусики из злополучного комплекта находятся на балконе – сохнут, заразы, на веревке вместе с остальными постиранными накануне Викой вещами. Аллилуйя…!!!
Теперь бы еще выяснить, какая тварь приложила руку к моему вчерашнему позору…
Настроение резко взмывает вверх, становится “боевым”. Сейчас кое-кому прилетит! И не слабо. Я быстро собираюсь и выезжаю в Университет – пора показаться преподавателям. Плюс расспросить ребят, что же со мной вчера произошло.
Как и рассчитывал, я успел к самому началу большого перерыва, и теперь меня чуть не снесло шквалом вырвавшихся из аудиторий студентов, мгновенно заполнивших коридоры шумом и громкими разговорами. Добираться приходится, как в трамвае в час пик – протискиваясь и напирая, при этом еще и отвечая на приветствия, несущиеся со всех сторон. А "болиды” норовят прочесть мне свои новые стихи прямо на ходу… Да, у моей известности есть и весьма обременительная сторона.
Ребят ловлю на выходе из аудитории, и вместе с ними иду в столовую. Есть пока не очень хочется, но лишать своих друзей обеда совесть мне не позволяет. Димон весело подмигивает мне:
– Ну, ты вчера и дал, Рус! Я тебя таким еще никогда не видел.
– Понравилось представление?
– Ага!
– А мне нет. Теперь хочу узнать, какая тварь меня так подставила.
Димон замедляет шаг и озадаченно чешет свою репу:
– Хочешь сказать…
– Кузнец, ты на самом деле считаешь, что меня с шампанского так развезло? – зло возмущаюсь я – Что вот прямо с одного бокала я на итальянском запел и в пляс пустился?
– Мне тоже вчера показалось это странным – соглашается со мной Левка. Ну, хоть у кого-то с логикой в порядке – Что собираешься делать?
– Найти виновного. Спускать такое нельзя.
Парни кивают и тут же оттаскивают меня в сторону, к окну.
– Подозреваешь кого-нибудь?
– Пока нет. Хочу для начала услышать ваши соображения.
Лева задумчиво трет переносицу, прикрывает глаза, пытаясь восстановить в памяти ход событий:
– Так, шампанское мы открыли, когда показ мод в холле начался. Кузнец еще схохмил, что за такую красоту срочно выпить нужно.
– Точно! – кивает Димон – А Юлька, зараза, сразу отобрала у меня бокал и велела идти манекенщиц снимать.
– Фотографировать! – поправляю я друга под дружный смех парней.
– И когда ты, Рус, пошел к музыкантам – продолжает Кузнецов – свой недопитый фужер, наверное, на столе оставил.
– Парни, до этого момента я тоже все хорошо помню. Меня перемкнуло, когда я вернулся и допил это шампанское. Давайте вспоминайте, кто рядом с вами крутился, когда я ушел.
Димон только разводит руками – его, как и меня в этот момент там не было. Лева смотрел на красивых манекенщиц, демонстрирующих одежду, девчонки естественно тоже. Т. е. мой бокал в тот момент фактически оставался без присмотра.
– Хорошо. Но кто-нибудь к вам подходил, пока меня не было?