— Аркадий Семёнович, я подготовил окончательную редакцию. Всё по вашим договорённостям, только добавил стандартный пункт об отсутствии взаимных претензий.

Я положил на стол свой экземпляр.

— С этим пунктом как раз проблема. И заодно, Аркадий Семёнович: редакцию господин Лосев отправил не мне, а моей клиентке. Второй раз уже. У неё есть представитель, и переписка идёт через него.

Лосев аж вперёд дёрнулся.

— Смирнов, вы не уважаете чужой труд! Я тут вообще-то пытаюсь закончить спор!

— Закончим. Когда обе стороны выполнят соглашение.

Векслер взял лист, надел очки и начал читать. Я дождался, пока он доберётся до добавленного абзаца.

— Здесь отказ от требований действует уже с момента подписания, — пояснил я. — Вы ещё не перечислили первую часть, Наталья Игоревна ещё не выехала. А Лосев предлагает заранее написать, что никто ни к кому ничего не имеет. Потом будем разбираться, каких именно требований касается эта строчка и зачем она вообще понадобилась.

— Мне такие соглашения из банка присылали, — буркнул Лосев. — Там этот абзац всегда стоит.

— Там — расчёт закрывают. А у нас он ещё не начался.

Аркадий Семёнович снял очки.

— Я просил проверить реквизиты и подготовить экземпляры. Зачем ты полез в условия?

— Так я же для вас…

— Для меня — убери этот абзац.

«Вот и славно».

Лосев забрал распечатку. Вид у него был такой, будто мы только что отняли у него личные деньги.

Пока он печатал чистые экземпляры, Векслер открыл присланный мной вчера файл на своём компьютере. Сверил реквизиты счёта с Натальей Игоревной, уточнил окно для обмеров. К сумме и сроку возвращаться не стал.

— По возврату всё, как вчера обсудили? — спросил он, добравшись до последней страницы.

— Да. Вот этот раздел, — я указал на экран. — И сроки, и порядок требования, и условие об исполнении с вашей стороны.

Он прочитал ещё несколько строк и кивнул.

— А если из-за задержки моего перевода новое помещение уйдёт, вы отказываетесь от досрочного выезда. Деньги, если всё-таки придут после отказа, возвращаете. Вижу.

— Именно. Поэтому рассчитываем получить деньги завтра вовремя.

— Бухгалтерия уже подготовила платёж. Могу отправить сегодня. Вам это ничего не ломает?

Я посмотрел на клиентку.

— Если новая хозяйка сможет принять нас раньше, начнём раньше. Сейчас уточним.

Наталья Игоревна набрала хозяйку нового помещения — Зою Петровну. Та оказалась свободна после трёх и согласилась перенести подписание со среды на сегодняшний день. Мы заодно проверили время: на примерку в старом ателье клиентка успевала.

— Тогда в соглашении оставляем крайний срок выплаты завтра, — сказал я. — Сегодня перечислите — хорошо. Отсчёт четырнадцати дней начнётся завтра. Подготовку нового помещения тоже запустим на день раньше.

— Договорились.

Лосев вернулся с двумя экземплярами. Я сверил их с нашим проектом — от первой страницы до последней. Никаких новых подарков не обнаружил.

Наталья Игоревна взяла ручку, расписалась и зачем-то посмотрела на меня. Я подвинул ей второй экземпляр. Векслер подписал оба уже без пауз, развернул один к нам.

Ну вот. Можно забирать.

Я уложил соглашение в папку, а Лосев потянулся за оставшимся экземпляром.

— В бухгалтерию копию отнеси, — сказал ему Векслер. — Сегодня двести пять. Как отправят, сообщишь Смирнову.

— Я понял, Аркадий Семёнович.

С нами он разговаривал куда охотнее. Особенно когда речь шла о том, чего мы не получим.

Наталья Игоревна встала, поправила сумку на плече.

— Мы тогда поедем? У меня ещё примерка.

— Да, конечно. Надеюсь, больше друг другу нервы трепать не будем.

— Это вы Лосеву скажите, — ответила она.

Я нагнулся за папкой, пряча улыбку. А клиентка-то освоилась! Вчера перед встречей сигарету за спину прятала, а сейчас вон… Лосеву даже ответить нечего.

Лосев придержал нам дверь. Я задержался возле него:

— Подтверждение перевода на мою почту. Не забудьте.

Он кивнул, не глядя на меня.

В такси Наталья Игоревна вдруг ткнула меня локтем.

— Лёша. Это они?

На телефоне было уведомление. Я попросил открыть приложение: мало ли что там ей пришло. Нет, всё правильно — двести пять тысяч от Векслера.

— Они. Теперь можно договариваться с Зоей Петровной.

Клиентка ещё раз посмотрела на сумму и убрала телефон в сумку. Не прошло и минуты, как достала обратно. Проверить, что ли?

Мне тем временем написал Лосев. Вернее, прислал вложение без приветствия. Платёжка. Ну спасибо и на этом. Я сообщил Зое Петровне, что встреча в силе, а Михалычу, тому самому отделочнику, который вчера осматривал помещение, предложил подъехать после половины четвёртого. Он согласился.

До примерки оставалось время. Я оставил клиентку работать, сам сел в ближайшем кафе с ноутбуком: нужно было ответить на письма и переслать в контору скан соглашения. К трём Наталья Игоревна позвонила — невесту проводила, можно идти к новой хозяйке.

Зоя Петровна встретила нас с распростёртыми объятиями и подготовленными документами.

Я проверил текст договора на соответствие тому проекту, который она присылала в воскресенье. Ставка аренды, порядок оплаты, доступ для мастеров, условия расторжения — без изменений. Дату начала аренды поставили сегодняшнюю, раз уж получаем помещение на день раньше.

Наталья Игоревна подписала договор, перечислила девяносто тысяч: сорок пять за первый месяц и столько же обеспечительного платежа. Затем мы осмотрели помещение, зафиксировали его состояние и показания счётчика в акте. Зоя Петровна отдала ей её экземпляры документов и связку рабочих ключей.

Наталья Игоревна попробовала новый ключ, заперла дверь, открыла. Потом ещё раз.

— Заедает? — спросил я.

— Нет. Проверяю.

После истории с Лосевым — понимаю. Я бы тоже проверял.

Она отошла от двери, пропуская грузного мужика в рабочей куртке.

— А вот и Михалыч! Проходите. Нам уже ключи отдали.

Мужик поздоровался, пожал мне руку. По телефону голос у него был другой, я бы не узнал.

— Значит, запускаемся? — Он вытащил из кармана сложенный листок. — Тут я набросал, чего купить. Деньги кому говорить?

— Мне, — отозвалась Наталья Игоревна.

— Шестьдесят переводите, я поехал. Чеки потом привезу.

Я уже собирался убрать папку. Пришлось снова открыть.

— Погодите. У нас шестьдесят за всё. Вы сейчас всю сумму на материалы просите?

— Да не на материалы! Чего останется, ребятам раздам. Мне их тоже кормить надо.

— А если ребята не придут?

Он посмотрел на меня, потом на клиентку.

— Придут. Я ж сказал — за неделю сделаем.

— Хорошо. Давайте ваш список.

Михалыч не сразу выпустил листок из пальцев. Я развернул его, положил рядом со сметой. Наталья Игоревна заглядывала мне через плечо.

— На первую закупку двадцать, — сказал я. — Потом покажете, что купили, что сделали, рассчитаемся за следующий этап. Всю сумму сейчас не переводим.

— Мне что, за каждой банкой к вам бегать?

— За каждой не надо. За двадцать тысяч отчитаться надо.

Он шумно вздохнул. Я подождал. Торопиться мне, конечно, хотелось, но не настолько, чтобы оставить клиентку без денег ещё до ремонта.

— Ладно, давайте двадцать. Только расстановку вашу потом не меняйте. А то сегодня сюда стол, завтра туда…

— Согласуем до начала работ, — пообещала Наталья Игоревна.

С договором провозились ещё немного. Михалыч попросил ручку, моя ему не понравилась — тонко пишет. Нашли другую. Перечень работ он прочитал, возле шестидесяти тысяч задержался, но исправлять ничего не стал. Недельный срок записали с сегодняшнего дня. Я отдельно проверил строку по электрике: подводка к рабочим местам и установка розеток входили в те же шестьдесят тысяч. Вчерашний электрик подтвердил, что серьёзно переделывать существующую сеть не потребуется, но новые рабочие места сами себя не подключат.