«Консультант по корпоративной безопасности?» Я задумался. «Хм, очень знакомая формулировка… слишком».

— Вы знаете имя этого консультанта?

— Нет. В заключении только название какой-то фирмы, а фамилии нет. Бесчастнов говорит, типа это коммерческая тайна.

Я откинулся на спинку стула и задумался…

Чёрт возьми, если за этим стоял Лебедев, то у меня появился легальный повод копать под него по-новому! Схема знакомая, ну вот реально знакомая! И получалось, что я вновь мог начать рыть под него! Забыв нахрен про дело в конторе Когана и про Корнеева!

— Я помогу вам, — сказал я Потанину. — Но нам предстоит большая работа. Первым делом я подготовлю ответ на претензию Бесчастнова. Затем мы будем готовить иск об исключении его из общества или оспаривании его требований. И мне нужно будет найти этого «консультанта».

— Деньги для меня проблемы не представляют. Гонорар обговорим сейчас?

Я назвал цифру втрое больше моей доли с самого крупного гонорара у Когана. Потанин даже не «ойкнул» и не сказал ничего против. Он достал ручку и подписал договор, который Катя распечатала не так давно… ну и деньги пришли ко мне спустя минут пять, не больше!

Проводив Потанина, я вернулся в кабинет. Катя заглядывала через стекло двери, сияя улыбкой.

— У нас первый клиент! — Она постучала и вошла. — Алексей Дмитриевич, это успех!

— Это только начало, Катюш. Давай готовить письмо Бесчастнову.

Я сел за ноутбук и начал набирать текст.

Ближе к четырём часам дня, когда ответ на претензию Бесчастнова был готов, а Катя ушла на почту отправлять его заказным письмом, зазвонил мой телефон. На экране высветилось имя «Семён Борисович». Я несколько секунд смотрел на дисплей. Трубку брать не стал. Телефон звонил долго, настойчиво. Потом звонок оборвался. Секунд через тридцать пошёл вызов снова. Я снова проигнорировал его. В третий раз Коган написал сообщение: «Смирнов, ответь. Это важно».

Я смахнул уведомление и убрал телефон. Если там что-то действительно важное — пусть пишет официально. Судиться со мной ему не с чего: клиентов я не переманивал, дела передал.

Внезапно накатила усталость. Я решил закрыть офис пораньше. Катя вернулась с почты, я отпустил её домой, закрыл дверь на ключ и вышел на улицу. Погода была мерзкой. Ветер бросал в лицо крупные капли дождя. Я поднял воротник пальто и вызвал такси в сторону дома. До Бутова по вечерним пробкам ехать было минут пятьдесят.

Вышел я чуть раньше, буквально в минуте ходьбы от дома, ибо улицу перекрыли. И, обходя «ремонт» через детскую площадку у моего ЖК, я замедлил шаг. Потому что увидел Софью в кофейне…

Она сидела за столиком у окна. Напротив неё сидел мужчина. Высокий, в хорошем костюме. Они о чём-то оживлённо разговаривали. Софья улыбалась. Она пила кофе, и её лицо было расслабленным…

Я остановился за деревом, наблюдая за ними. Внутри поднялась волна горечи. Мужчина наклонился к ней, взял за руку. Она не отняла ладонь. Наоборот, ответила на его жест, сжав его пальцы. После они смеялись.

«Чёрт возьми, что я делаю?»

Через минуту они вышли из кофейни. Я шагнул назад, пытаясь скрыться за углом, но было поздно. Софья обернулась и увидела меня. Её смех оборвался. Лицо мгновенно побледнело. Она отдёрнула руку от мужчины. Тот удивлённо посмотрел на неё, а потом перевёл взгляд на меня.

Софья быстро что-то сказала ему, развернулась и почти бегом кинулась в противоположную сторону. Мужчина постоял секунду, пожал плечами и пошёл к припаркованной иномарке.

Я стоял на тротуаре, не в силах пошевелиться. Всё то время, пока я ломал голову над её молчанием, она просто… нашла кого-то другого. Или он был у неё всегда?

Я развернулся и медленно побрёл к своему подъезду. Ноги были ватными. Войдя в квартиру, снял обувь и пальто, бросил всё на пол. Прошёл на кухню. Открыл холодильник, посмотрел внутрь, закрыл. Взял бутылку воды, налил в стакан, выпил залпом.

Мне нужно было отвлечься от мыслей, которые крутились вокруг Софьи. Причём я понимал, что просто лечь спать — не выход. Сон бы тупо не пришёл. Так что я сел за стол, открыл свой ноутбук, чтобы хоть чем-то занять мозг.

Я сидел в темноте и смотрел на пустую строку поисковика. Думал, а как я отвлекусь?

И тут идея пришла сама собой. Я начал вбивать в поиск старые новости. «Громов… смерть… катастрофа…»

Архивы СМИ выдавали уже знакомые строчки… но всё это было враньём. Через час просмотра всевозможных новостных лент я откинулся в кресле и прикрыл глаза.

Дело вообще никак не шло… Через пять минут тишины я открыл текстовый редактор и начал выписывать всё, что помнил про то самое старое дело. Суммы, даты, названия компаний. Про Лебедева я уже вспомнил многое, а вот название фирмы-заказчика всё время ускользало. А тут всплыло само: «ИнвестТрейд». Это был один из моих давних крупных процессов. Деньги уходили через цепочку подставных фирм, а крайним сделали финансового директора — моего клиента. Подписи-то на всех бумагах стояли его.

Лебедев работал на «ИнвестТрейд» внешним консультантом. Писал отчёты, по которым уходили деньги, и схемы, которые невозможно было отследить. Я добился, чтобы его вызвали в суд свидетелем. Он не пришёл — ни на первое заседание, ни на второе. А потом его и вовсе не смогли найти: растворился. Без него доказательств не хватило, дело закрыли, и крайним остался мой клиент.

Я посмотрел на фамилию Лебедева, потом переключился на открытую новость о своей гибели. А если он имел отношение и к этому?

Зацепиться было не за что. Между тем делом и моей гибелью прошли годы. Пока я связывал их только потому, что в обоих случаях остались вопросы.

Две зацепки. Первая — сам Лебедев. Вторая — документы «ИнвестТрейд». Если те схемы, по которым Лебедев работал тогда, совпадут со схемами, которые он применяет сейчас, я смогу доказать его причастность к систематическому мошенничеству.

Но как до него добраться? Всё, что я собрал по делу Воронина, отдал Когану, а тот передал Корнееву. У меня нет официальных бумаг. Я не могу пойти в полицию и сказать: «Я знаю, что Лебедев — преступник, потому что в прошлой жизни он, кажется, причастен к моей смерти». Меня упекут в психушку.

Значит, нужно действовать через Потанина.

— Ответ на претензию уже отправлен. Теперь надо получить это заключение целиком… — начал я думать вслух. — Потом, в суде, ходатайство об истребовании доказательств: все бумаги по ООО, все консультационные договоры… и…

И там я бы просто нашёл Лебедева. Вот в этом я был уверен на все сто процентов. Плюс ко всему у меня была Левина — с её опытом финмониторинга и бывшими коллегами в банке.

Разумеется, я не стал бы просить её совершить преступление, но мог попросить разобрать схемы по открытым данным — глазами человека, который такие цепочки видел сотнями…

«Чёрт, не хочется ввязывать в это Веру, да и пользоваться возможностями. Но… всё-таки это моя смерть».

Я посмотрел на часы, а там была уже половина третьего ночи. Я просидел за ноутбуком хрен его знает сколько! У меня даже глаза слезились от усталости, но мозг работал на пределе.

— Завтра, — сказал сам себе. — Завтра я начну рыть под этого урода… и если он реально замешан в моей смерти…

В этот момент загорелся телефон, пришло сообщение от Веры:

«Спишь?»

Глава 20

Я посмотрел на экран телефона и задумался… а к чему бы этот вопрос⁈ Затем свернул уведомление и ещё раз глянул на часы…

Половина третьего ночи, к слову…

«Блин, и чего ей надо?»

Отвечать сразу не стал. Не, ну а что? Время позднее…

Выключил экран, улёгся в постель и… мне десяти минут хватило, чтобы понять: не усну! Вообще никак! Я даже пытался считать овец и ворон…