– Быстрее давайте! – рявкнул Снар, глянув вниз. – Эти уроды подожгли фитиль. Здание вот-вот взлетит на воздух!

Первой решилась девушка. Рыжая, с нахально-лисьей мордочкой – возможно, сделанная кем-то из начальства взорванного бункера на заказ (остальные-то были очень похожи друг на друга, светлая им память…).

Разбежалась, удачно прыгнула – а вот приземлилась менее успешно, приложившись лицом об пол и разбив губу. Но встала сама, стерла кровь с подбородка и победно улыбнулась.

– Зубы целы? – буркнул Снайпер.

– Ага.

– Хорошо, – кивнул наш вожак. – А то стоматологов тут нету. Вместо них только плоскогубцы без наркоза.

Видя успех девицы, прыгнул и парень. Тоже прилично… но при приземлении подвернул ногу. После чего сел на пятую точку и начал растирать голеностоп. Снар ничего не сказал, лишь еле слышно скрипнул зубами.

А забывчивая девица, из-за рюкзака которой и начался весь этот сыр-бор, все никак не решалась. То подходила к краю площадки, то отходила подальше, словно готовясь к разбегу.

– Да давай же! – не выдержала я.

Услышав меня, девушка вздрогнула, начала было разбег, но споткнулась о лиану. Упала, попыталась встать…

И тут я увидела, как еще одна гибкая и толстая лиана, похожая на щупальце осьминога, обвилась вокруг ее второй ноги. После чего оба отростка принялись не спеша двигаться в разные стороны, раздирая надвое свою добычу.

– Не смотри, – бросил Снайпер. – Ей уже ничем не поможешь. Всё. Хватаем подвернутого и валим отсюда скорее.

– Но, может…

– Нет, – жестко прервал меня Снар. – Учись принимать жесткие решения. Всё. Уходите. Я пойду замыкающим.

Спорить с этим человеком было бессмысленно. Мы подхватили под мышки парня с травмированной ногой и побежали к лестнице. И в это время нам в спины ударил страшный вопль – это кричала девушка, которую заживо разрывали хищные лианы…

А потом раздалась короткая очередь – и крик прервался.

Я почувствовала, как по моим щекам текут слезы. «Учись принимать жесткие решения…» Тяжелая правда постапокалипсиса, когда ты стоишь перед выбором – оставить все как есть, обрекая своего товарища на медленную смерть, или же подарить ему вечное забвение, потратив несколько драгоценных патронов, которые могли бы, возможно, спасти жизнь тебе самому. Привычные мне ценности моего мира остались в прошлом, это я поняла еще в бункерах смерти. Здесь же меня ждала иная жизнь. И другой, увы, уже не будет.

Ужасно было сознавать, что предсмертный крик девушки сослужил нам хорошую службу. Мародеры могли заподозрить, что мы попытаемся сбежать, но вопль с вершины башни убедил их, что наша команда все еще находится на ее верхней площадке. Потому мы сейчас неслись вниз изо всех сил, перепрыгивая через дыры в лестнице, которые, к счастью, были не очень большими – иначе с пострадавшим на руках у нас бы никак не вышло спуститься.

Мы уже бежали по первому этажу, заваленному бетонными обломками и многолетним мусором, когда рядом с нашим зданием прогремел мощный взрыв. И следом – тяжелый звук оседающего вниз бетона, словно старая, измученная временем башня с облегчением наконец испустило дух…

Я ожидала, что мы сейчас ринемся подальше от этого места под прикрытием огромного облака пыли, поднятого обломками. Но не тут-то было!

– За мной! – волком прорычал Снайпер, бросаясь прямо в это облако, скрывшее нас от глаз мародеров… которые, конечно же, не ожидали, что их жертвы вдруг сами превратятся в охотников!

Первого урода, появившегося из пыльного облака, Снайпер просто сбил с ног мощным ударом приклада в голову. И когда тот, открыв от удивления рот, рухнул на землю, Снар коротким ударом воткнул ему в раззявленную пасть ствол пулемета и нажал на спуск. Голова мародера сработала как глушитель. Одиночный выстрел прозвучал глухим хлопком, в результате чего верхняя половина уродливой башки просто отлетела в сторону, словно проколотый футбольный мяч, по которому от души зарядили с ноги. А Снайпер уже бежал вперед, и нам пришлось прибавить ходу, чтобы не отстать от него.

Мародеры вблизи оказались похожими на людей… Но все-таки это были не люди. Мутации безобразно изуродовали их лица, искорежив и превратив в уродливые маски. А вот телам явно прибавили мощи и мышечной массы! Все как один были здоровенными бугаями, уверенными в своих силах. Думаю, они «держали» ближайший район выжженной пустоши, где никто не рисковал с ними связываться, – и потому очень удивились, когда прямо перед ними из пыльного облака с пулеметом в руках выбежал человек, который на ходу принялся расстреливать их почти в упор!

Снайпер срезал четверых, стоявших возле открытого автомобиля-багги, а после еще одного, с автоматом в лапах, попытавшегося взять Снара на прицел. Реакция у нашего вожака была фантастическая! Ни эмоций, ни переживаний – только чистый функционал. Отличный пример совершенной машины смерти, привыкшей убивать ради того, чтобы выжить самому… и защитить тех, кто пока не обладал столь совершенными боевыми навыками.

– Вы двое – тащите раненого! – бросила я парню и девушке, которым пока не успела дать имена. – Эрик, Гер – за мной! Нужно помочь Снайперу, один он не вывезет.

– Чего он не сделает? – не понял Гер.

– Не справится, – рявкнул Эрик, уже успевший привыкнуть к моему лексикону. – Короче, стреляй в любую тварь, какую увидишь, только своих не задень!

– Понял! – кивнул Гер. И, вскинув автомат, довольно ловко прошил очередью мутанта, ринувшегося на нас с копьем наперевес.

И пошла жара!

Мародеры, опешившие от нашего натиска, попытались было дать отпор – вот только мы метались внутри пылевого облака, не спешившего оседать на землю, и стреляли, стреляли, стреляли… Когда у меня закончились патроны, я отшвырнула пустой автомат, подхватила с земли помповое ружье убитого мародера – и первым же выстрелом разнесла в кровавые брызги кривую рожу урода, который бросился на меня, размахивая топором.

– Твою ж душу… – простонал рядом со мной Эрик, в верхнюю часть плеча которого вонзилась стрела.

Однако он не растерялся. От боли блондин выронил автомат, но успел выхватить пистолет из набедренной кобуры и разрядить его в грудь лучника, запоздавшего со вторым выстрелом.

Внезапно я услышала неподалеку рев двигателя, который стал стремительно удаляться. А потом из пыльного облака, ставшего уже намного менее плотным, вышел Снайпер – и, кинув пулемет на землю, устало выдохнул:

– Всё. Остальные предпочли свинтить. И да, нам крупно повезло, потому что в моем магазине патронов больше не осталось.

– У меня тоже по нулям, – сказала я. – Ружье подобрала, но оно уже тоже пустое.

– Так, – сказал Снар, скользнув взглядом по стреле, торчавшей из плеча Эрика. – Быстро собираем трофеи и валим отсюда, пока мародеры не вернулись с подмогой. А трофеи у нас, кстати, существенные.

– Какие? – поинтересовалась я.

– Сейчас увидишь, – отозвался Снайпер.

Почувствовав надвигающийся трындец, мародеры попрыгали в свой транспорт и дали деру, оставив на поле боя дюжину трупов и две машины – старый советский грузовик ЗИЛ-130 без тента и… бензовоз ГАЗ-52! Самую натуральную цистерну на колесах с наполовину стершейся от времени надписью «Огнеопасно» на боку.

– По ходу, эти уроды самое ценное таскают с собой, – пояснил Снайпер. – Бензин в этом мире – и дефицитное топливо, и валюта, на которую можно купить что угодно. Но сейчас мародеры побоялись, что с таким неповоротливым хозяйством, как бензовоз, не успеют свалить, и потому его оставили, предпочли удирать на более быстроходных машинах. А может, мы пару шоферов завалили. Кстати, они не совсем конченые – раненых-то своих с собой забрали. Не знаю, правда, зачем: то ли лечить их будут, то ли сожрут. У этих уродов возможно всякое.