Биографии и мемуары. Страница 91

Каким образом удалось Мао Цзэдуну превратить сотни миллионов китайцев в бессловесных рабов, загипнотизированных его `божественной аурой`? Диктатор второй половины XX века, ставший божеством для своих подданных – Мао Цзедун. В книге рассматриваются скрытые пружины деятельности этого диктатора, методы, которыми он реализовывал свою политику.

Я проработала кремлевским обозревателем четыре года и практически каждый день близко общалась с людьми, принимающими главные для страны решения. Я лично знакома со всеми ведущими российскими политиками – по крайней мере с теми из них, кто кажется (или казался) мне хоть сколько-нибудь интересным. Небезызвестные деятели, которых Путин после прихода к власти отрезал от властной пуповины, в редкие секунды откровений признаются, что страдают жесточайшей ломкой – крайней формой наркотического голодания. Но есть и другие стадии этой ломки: пламенные реформаторы, производившие во времена Ельцина впечатление сильных, самостоятельных личностей, теперь отрекаются от собственных принципов ради новой дозы наркотика – чтобы любой ценой присосаться к капельнице новой властной вертикали.

ВВЕДЕНИЕ Книга «100 великих психологов» вполне могла бы называться иначе. Например, «200 великих психологов» или «300» и даже больше. Вопрос о том, кто более или менее велик, вообще вряд ли имеет смысл. Психологию можно сравнить с ночным небом, на котором, кроме звезд, видных невооруженным глазом, есть еще множество светил, которые человек может увидеть только с помощью сильной оптики. Но тем не менее они существуют и тоже являются частью Вселенной. Так же и психология, в истории которой есть множество забытых, полузабытых или просто «не столь великих» ученых, которые не попали в эту книгу. Но это вовсе не принижает их значимости, т.к. если в природе существует закон сохранения энергии, то в науке есть закон сохранения мысли. Однажды высказанное мнение или предложенная гипотеза становятся мощным генератором мысли: порождают согласие или несогласие, оформляемые в одной или даже нескольких теориях, влекут за собой создание научных школ или же целых направлений в науке, не говоря уже о возникновении новых методов, и новаторство в сфере категориально-понятийного аппарата. Во многом история психологии как науки — это памятник стремлению человека к самопознанию. Стремление заглянуть внутрь себя, понять то, что движет поступками и даже мыслями, и привело к поразительному разнообразию теорий, направлений и школ в психологии. И самое удивительное не то, что каждый ученый, исследовавший человеческую психику, находил что-то новое, а то, что результаты его изысканий почти никогда напрямую не опровергали выводов его предшественников. Данный парадокс, пожалуй, связан прежде всего со сложностью и многомерностью объекта исследования психологии — человеческой души. Теперь и читатель, знакомящийся с книгой «100 великих психологов», имеет уникальную возможность окунуться в мир тайн, которые ученые разгадывают уже не одно столетие и, надо заметить, постоянно натыкаются на новые сюрпризы, которые преподносит им человек, и это, естественно, стимулирует их творческую активность. Возможно, чтение данной книги для кого-то будет не только приятным времяпрепровождением, но и стимулом к осмыслению проблем, которые привлекали и привлекают до сих пор просвещенные умы.

Мемуары одного из бывших руководителей партизанского движения в Крыму Н. Д. Лугового — документальное повествование о героической борьбе партизан и подпольщиков за освобождение Крымского полуострова от фашистских оккупантов в годы Великой Отечественной войны. Плечом к плечу с русскими, украинцами, белорусами, грузинами, представителями других национальностей Советского Союза мужественно сражались словацкие, румынские, испанские антифашисты. Автор рассказывает о дружбе, которая, зародившись в грозные годы войны, еще более окрепла в мирное время. Книгу, впервые вышедшую в издательстве «Крым» в 1965 году, Н. Д. Луговой переработал, дополнил новыми материалами и документами.

Почти сразу же после окончания Щукинского театрального училища Вениамин Смехов прочно связал свою творческую жизнь с только что созданным театром драмы и комедии на Таганке. И этот театр стал для него «судьбой и одновременно диагнозом». Исследованию феномена «Таганки» и посвящена большая часть воспоминаний Вениамина Смехова: "Таганка» и власть, «Таганка» и зрители, друзья и враги «Таганки». Портреты Владимира Высоцкого, Валерия Золотухина, Зинаиды Славиной и, конечно, Юрия Петровича Любимова.Описания репетиций – творческой лаборатории театра. И собственные роли: король Клавдий в «Гамлете», Маяковский в «Послушайте!», Воланд в «Мастере и Маргарите»… Но «театр памяти» Вениамина Смехова – это не только «Таганка». Судьба сводила его с многими замечательными людьми: Лилей Брик, Сергеем Параджановым, Давидом Самойловым, Юрием Визбором, Виктором Некрасовым… Их голоса звучат в книге, как живые. Ну и, конечно, несравненный Атос не забыл рассказать о «Трех мушкетерах» – как снимались, как дружили, какие курьезы случались на съемках всенародно любимого фильма.

Соболев Геннадий Леонтьевич, доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского университета. Автор книг «Октябрьская революция в американской историографии», «Революционное сознание рабочих и солдат Петрограда в 1917 году», «Петроградский гарнизон в 1917 году», «1917. Россия. Петроград», «Александр Керенский: любовь и ненависть революции» и других. Новая книга Г. Л. Соболева посвящена вопросу финансирования Германией партии большевиков и других политических партий России в годы Первой мировой войны. Возникнув еще в 1917 г., этот вопрос и поныне вызывает крайне противоречивые суждения и споры. Основываясь на широком круге источников и исследованиях зарубежных и отечественных историков, автор стремится отделить факты от мифов и легенд, выявить истинную роль «немецкого золота» в судьбах Русской революции. Рассматривая самые различные точки зрения на эту проблему, он предоставляет делать окончательные выводы самому читателю.