Городское фэнтези. Страница 48

Встретились однажды волшебник и волшебница. Она не та, за кого себя выдает, но и он тоже имеет свою историю. Между ними пробежала искра, а позже разгорелось настоящее пламя страсти. Обстоятельства вынудили их поступить в Магическую Академию, но по не зависящим от них причинам учеба не задалась. Остальное антураж: дворцовые интриги, великосветские куртуазности, немного магической боевки... В общем, сделайте нам красиво! :)

Он узнал, что принадлежит к ценителям — особой касте людей, умеющих видеть тайные свойства предметов. Однажды ему досталась вещь, от которой зависит будущее всего мира...

Я — ангел. Неправильный ангел. «Родилась» не как все. Училась в отстающей группе. Теперь и подопечные у меня бедовые. Не могут и шагу ступить, чтобы не вляпаться в неприятности. Впрочем, не мне их судить, если сама оказалась в самом центре клубка интриг, загадок и игр сильных мира сего.

Поддавшись жалости, я приютила двух щенков, даже не подозревая, что эти малыши – дети оборотня. Теперь их властный отец стал для меня персональным кошмаром, потому что сначала он решил, что я участница похищения. А потом, как выяснилось, я для него истинная пара и избавиться от внимания этого мужчины у меня нет ни единого шанса.

В родном мире я был боевым магом, командиром отряда спецназначения. Там я погиб в бою, прикрыв своих парней от взрыва магической мины. Здесь я возродился в теле юного гения клана. Повезло? Сомневаюсь. Иначе почему вся семья мальчишки убита, а клан бездействует? Да и с силой гения явно что-то не то

В родном мире я был боевым магом, командиром отряда спецназначения. Там я погиб в бою, прикрыв своих парней от взрыва магической мины. Здесь я возродился в теле юного гения клана. Повезло? Сомневаюсь. Иначе почему вся семья мальчишки убита, а клан бездействует? Да и с силой гения явно что-то не то

Как выжить в мире магии, где правят клановые аристократы? Быть клановым аристократом. Но иногда и этого недостаточно. Еще недавно я сидел в офисе своей компании. Жил нормальной жизнью в нормальном мире. Занимался своим делом, помогая крупным компаниям выживать в кризис. Но я допустил ошибку. Я отказал тем, кто не принимает отказов. Меня убили... А потом я очнулся в теле сына графа Морозова. В теле аристократа без магии. В мире кланов – это приговор. Но только не для меня! Ведь со мной осталось главное – навыки матёрого кризис-менеджера! Пусть меня подводит тело! Пусть враги строят козни! Но я вижу свою цель. И возьму её.

  Что вы знаете о том, каково это быть слишком сильным? Ещë ребëнком я рвал стальных виверн на части во имя своего Императора! Маленький гений, обречëнный на одиночество, взрослел и исполнял великий долг. Моë магическое искусство вызывало трепет у знати и вскоре я стал для них слишком опасен... Преданный тем, кем восхищался. Теперь я в другом теле: Выродок, лишённый источника. Но скоро ко мне вернётся моя сила и я приступлю к мести! Главное успеть подготовить это тело, ведь иначе сила уничтожит и меня и весь этот мир... Ах да забыл сказать - теперь я бастард Императора!

Не то беда, что царицей стала боярышня Устинья, а то беда, что царь оказался зол да глуп. Так и пошла жизнь, от страшного к смертельному, от потери ребенка и гибели любимого человека к пыткам и плахе. Заточили в монастыре, приговорили к смерти, и гореть бы царице на костре, да случай помог. Много ли, мало заплатить придется, чтобы назад вернуться, да ошибки свои исправить - на любую цену согласишься, если сердце черным пеплом осыпалось. Не для себя, для тех, кто тебе дороже жизни стал. На любую цену согласна Устинья Алексеевна, на любую боль. Вновь идет боярышня по городу, по великой стольной Ладоге, и шумит-переливается вокруг многоцветье ярмарочное, повернулась река времени вспять. Не ошибись же впредь, боярышня, не дают второго шанса старые Боги.

— Князев, у меня на столе твой брат. Пулевое. Очень близко к сердцу… Он уже ответил, что выезжает, а я впала в ступор, слушая гудки в трубке. Сердце скакало в горле, руки тряслись и не слушались, пока пыталась выудить форму из шкафа… — Ива Всеславовна! Я вздрогнула, наконец, выхватив штаны. — Что там? — Остановка сердца. Реанимировали. Но мы его теряем. — Черт! — рявкнула я, натянула рубашку и бросилась в операционную… Сердце, измотанное безответной любовью, непригодно для пересадки. Тем более не стоит делить его с тем, кто не заслуживает второго шанса. Но судьбу не волнуют шансы на совместимость.  

Ярослав Князев — выдающийся заграничный кардиохирург и яркий представитель того типа мужчин, ради которых женщины готовы на все. Только эта сволочь — заоблачно недосягаем, к сожалению. Наверное, запросы там такие, что в нашей стране их никто не может удовлетворить. Поэтому он и ходит такой злой и неудовлетворенный и вызверяется в операционной так, что хочется ему скальпель куда-нибудь всадить… Нужен был он мне? Да в страшном сне! Только этот сон вдруг стал явью, и проснуться не вышло. Потому что стоило прийти в себя в больничной палате, мне предъявили мой паспорт с новой фамилией… Князева!