Юмористическая проза. Страница 54

Гарвардские профессора философии Том Каткарт и Дэн Клейн своей блестящей книгой подарили нам увлекательное путешествие по истории философских учений, проиллюстрировав ее самыми смешными и мудрыми на свете анекдотами. В компании с Платоном, Гегелем, Кантом, Декартом, Бартом и… авторами читатель сможет окунуться в философские дебри и при этом вдоволь посмеяться. 

Ну а почему бы и нет? Почему бы на самом деле не приземлиться летающей тарелке в маленьком польском городишке? Представляете, какая будет сенсация? Не представляете? Варшавский Центр по изучению общественного мнения тоже не представлял, но социологам очень хотелось узнать, как отреагируют народные массы, если такое вдруг произойдёт.Для героев И. Хмелевской нет ничего невозможного. И хотя сама пани Иоанна не участвует в захватывающих приключениях с инопланетянами, её персонажи — наверняка срисованныес родных и знакомых писательницы — не ударили в грязь лицом и блестяще разобрались и с пришельцами, и со своими согражданами.Иоанна Хмелевская честно предупреждает, что эта книга не детектив, и не надейтесь. Иронии — сколько хочешь, а вот без убийств придётся обойтись.

Рассказы, составившие новую книгу русского советского писателя из Ужгорода, написаны в оригинальной манере, сочетающей юмористический взгляд на вещи с серьезными раздумьями о жизни, о роли искусства.

Книга Надежды Александровны Тэффи (1872-1952) дает читателю возможность более полно познакомиться с ранним творчеством писательницы, которую по праву называли "изящнейшей жемчужиной русского культурного юмора".

Что бы вы стали делать, узнай вы о том что вам принадлежит остров? Целый остров в океане! Правда, населенный аборигенами, бедными, непросвещенными дикарями, даже не знающими, что такое носки. Вы конечно же отправляетесь в путь, в первое в своей жизни далекое путешествие через океаны, в неизвестность, в приключения.Что с того, что вы, хоть и потрясающая, но толстушка в возрасте? Что с того, что за вами вдогонку бросается орава авантюристов и секретных агентов с самыми разными целями? У вас есть задача – водрузить на таинственном острове флаг своей страны, отогреть сердца людоедов-дикарей материнским теплом и достать еще ниток для вязки самых бесподобных в мире носков. И эти задачи вы, несомненно, выполните с честью.

Из сборника «Зайчики на стене», Санкт-Петербург, 1911 год.

Из сборника «Зайчики на стене», Санкт-Петербург, 1911 год.

Исключительно колоритные адмиралы и другие военно-морские чины разных национальностей, небольшое количество штатских лиц и главное действующее лицо пьесы Анна-Мари Упадежу, личный секретарь-переводчик адмирала фон Шварцвайтхорса, посещают рассекреченный квадрат Черного моря ввиду острова Змеиный на борту американского авианосца «Уиски».© Lucy

В романе «Двенадцать стульев» авторы показывают пошлый мирок обывателей и хапуг, которых легко обманывает «великий комбинатор», ловкий жулик и авантюрист Остал Бендер.

Эротикой насквозь пронизаны большинство из произведений детского фольклора, даже, на первый взгляд, самые невинные. Но если взглянуть на них взглядом, вооруженным мощнейшим оружием психоанализа, то тайное тут же становится явным, чему подтверждением может служить нижеприведенный разбор всем известной детской считалочки. Итак, с чего она начинается? «Вышел месяц из тумана». Вполне ясный и конкретный намек на ночное время суток, еще усугубленный выпиранием из дремучей чащи инстинктов («из тумана») ярко-желтого рогалика, символизирующего орально-вегетативный комплекс амбивалентного влечения к пенису матери и вагине отца (начало анальный мотивации!), олицетворяющих собою Уроборос ранней сакральной сексуальности. Далее: «Вынул ножик из кармана». Могло ли быть более явного указания на изначальный смысл действа — вынимание из кармана, традиционно расположенного ниже поясницы, предмета, олицетворяющего фаллос! Причем фаллос в естественном развитии своего предназначения, ведь далее идет строка: «Буду резать, буду бить» — чем иным, как не сублимацией агрессивности, коей частным случаем и является агрессия сексуальная, объясняется такое динамичное и, во втором случае («бить»), даже по форме близкое фрикциям движение? И, наконец, последняя, завершающая стадия, венчающая этот, и по форме и по содержанию совершенный образчик выражения коллективного бессознательного: «Все равно тебе вводить!» Да-да, именно так, а не иначе должна читаться эта строка! «Вводить» — прямое и недвусмысленное указание, выражающее первичные побуждения нарождающейся и ищущей выхода сексуальности!

Последние несколько лет показали, что в наше время университет становится совершенно ненужным учреждением. Обучение в колледжах постепенно вытесняется самообразованием по замечательным кратким пособиям. Благодаря этим книгам наша молодежь, к какому бы слою общества она ни принадлежала, больше не будет томиться неутоленной жаждой знаний. Исходя из вышесказанного, я подготовил серию «Очерков обо всем», охватывающую все области науки и литературы. Каждый отдельный очерк написан с таким расчетом, чтобы дать деловому человеку достаточные – и притом совершенно достаточные – сведения по любой отрасли знания. Как только я замечаю, что он получил достаточно, я немедленно останавливаюсь. Предоставляю самому читателю судить, насколько точно определен мною предел полного насыщения.