Поиск по метке: альтернативная история

Петру Первому нужен хороший лекарь. Я бы подошёл. Правда, пока сам лежу на соломе, пытаюсь спасти свою руку и соседей по госпиталю. Погиб, а очнулся в начале восемнадцатого века, в чужом теле. Вокруг отступает русская армия, и никому особо нет дела до моих проблем. Всё, чему учился, помню. Только лечить здесь почти нечем. Да и местных лекарей тоже придётся кое-чему научить, иначе с таким количеством раненых мы просто не справимся. А там, глядишь, и до Петра доберусь. Вот только привлекать к себе внимание, похоже, опасно. Люди, знавшие прежнего хозяина тела, почему-то не верят, что я обычный рекрут без гроша за душой. И за молчание просят столько, сколько с простого солдата не спросишь.

Июнь сорок первого. Удар немецкого приклада – и девятнадцатилетний срочник встаёт с песка с чужой памятью и чужим боевым опытом. Позади разгромленная дивизия, вокруг немецкий тыл. Впереди болота, облавы и одна надежда – крепость, где ещё держатся наши. Дойти до неё сможет только безбашенный. Все происходящие в книге события и герои вымышлены. Любые совпадения с реальными личностями случайны.

Приключения Ивана Чернавского продолжаются.  

Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари. Конки уступают дорогу первым автомобилям. Грязь и роскошь, наука и спиритизм, красивые женщины и фанатики-террористы. Медицина коррумпирована. Врачи используют лечение электричеством, кровопускания, «золотые уколы», магнетизм, гипноз, радоновые ванны и много чего еще. Ростки настоящей науки с трудом пробиваются сквозь привычки и суеверия.

Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй шанс. За Иваном Курбатовым тянутся долги, дурная слава и позор отца, обвинённого в браке. Впереди — рекрутский список, арестантские роты и комиссия из Петербурга, которая может либо открыть ему дорогу, либо погубить окончательно. Мой разум хранит сорок лет конструкторского опыта. Через одиннадцать лет начнётся Русско-турецкая война. Под Плевной погибнут тысячи русских солдат — и я уже знаю, с каким оружием их пошлют в бой. Значит, у меня есть одиннадцать лет, чтобы вернуть былую славу имени Курбатовых и создать ружьё, с которым русский солдат больше не проиграет ни одного сражения!

Февраль 1917 года. Петроград стоит в хлебных очередях, заводы останавливаются, в казармах зреет бунт. Подполковник Николай Северцев знает общий исход прежней истории. Точных дат и готового способа изменить её у него нет. Он привык проверять цифры, искать причину сорванного подвоза и отвечать за каждую подпись. Теперь начальство требует удобных ответов, газеты растаскивают его слова на цитаты, а на улицах звучат выстрелы. Приказов становится всё больше. Людей, готовых им подчиняться, — всё меньше. Чтобы город получал хлеб, лазареты принимали раненых, а армия не рассыпалась вслед за властью, Северцеву придётся свести за одним столом тех, кто ещё вчера целился друг в друга. Договориться, кому верить. Решить, за кого поручиться. И поставить собственное имя под порядком, который некому гарантировать.

Умереть 58-летним олигархом в своем времени — обидно. Очнуться 20-летним белогвардейцем в промерзшем вагоне, который едет в Харбин — неожиданно. В кармане ни гроша, тело едва шевелится после тифа, а за дверью теплушки — китайские патрули, мародеры и жестокий 1920 год. Мой главный актив — преданный казак-пластун с «маузером», пацан – наследник богатого рода, и сотня голодных эмигрантов. Моя стратегия — наглость и опыт из прошлого. Я не собираюсь спасать рухнувшую Империю. Я построю свою.

Жизнь никогда не бывает циклична и предсказуема даже если ты сам этого захотел. Учеба почти завершена, впереди казалось бы понятный и предсказуемый путь, но если у судьбы на тебя свои планы она их реализует не спрашивая тебя. А пока живи, учись разбирайся с врагами, постарайся выжить на дуэли и кто знает что ждет тебя впереди

Конец сентября, начало октября 1914 года. Германская 9-я армия рвётся к Варшаве. Вторую армию бросают для отражения наступления. Грач, хоть и мечтает вернуться к своей привычной работе, но обстоятельства складываются не в его пользу. Получив звание младшего унтер-офицера, он назначен командовать пехотным отделением. Он по-прежнему нижний чин и имеет минимальное влияние на происходящее. Но его глаз по-прежнему зорок, а руки крепки.

Что, если ты знаешь много, но делать не хочешь? Профессор-реаниматолог попадает в самое начало становления науки, которой отдал всю жизнь. Вот только повторять карьеру уже не хочется.

Пусть годы сменяют друг друга - я не забуду этот счёт и верну сполна

Ленинград ещё жив: дети играют во дворах, в окнах звучит радио, люди верят сводкам и ждут, что врага скоро отбросят. Но современный микробиолог Александр Шереметьев, попавший 23 июня 1941 года в тело юного лаборанта, знает: через два с половиной месяца вокруг города сомкнётся кольцо блокады — "сто двадцать пять блокадных грамм с огнём и кровью пополам", мёрзлые квартиры, санки с телами на зимних улицах. В его будущем семья уже погибла от голода, и второй раз он этого не допустит. У него нет армии и власти — только знания, лаборатория и несколько недель, чтобы выбить оборудование, спасти штаммы, наладить выпуск белка, спирта и лекарств. Фашисты хотят уморить Ленинград. Шереметьев сделает так, что вместо мёртвого города они получат живую крепость. Его фронт — лаборатория. Его враг — Голод. Фашист будет бит. Русский человек выстоит. А до Победы доживут те, кого история обрекла.