Новинки книг. Страница 1325

Грохнувшись с инфарктом прямо на совещании, я открыл глаза в собственном двадцатилетнем теле в 1990 году. И, воспользовавшись ранее упущенным шансом, стал работником организации, занимающейся сверхсекретными военными разработками. Теперь мои начальники и кураторы — это полковник ГРУ Сорокин, генерал Лев Рохлин и академик Жорес Алферов. Шаг за шагом я втягиваюсь в круговорот событий, где слишком много скрытых интересов и слишком мало честных правил. Интриги спецслужб, заговоры экстремистских организаций, грязные политические игры... И всё это на фоне надвигающегося распада Великой страны. Что это — мой второй шанс или ловушка, из которой не выбраться?

Генеральный строит мир на планете по новым уникальным лекалам. Но впереди череда кризисов. Сможет ли выйти Советских Союз из них без потерь?

Социальные сети, подменив реальное взаимодействие виртуальными лентами, породили эпидемию одиночества среди младшего поколения. Джонатан Хайдт, социальный психолог, проводит трезвый и жёсткий анализ последствий: гиперопека и цифровая среда лишили молодое поколение права на ошибку – ключевого условия взросления. Тревожность, перфекционизм и экзистенциальная неуверенность стали платой за иллюзию контроля. Появление смартфонов и социальных сетей перевернуло с ног на голову привычный человечеству образ жизни. На место живого общения пришли бесконечные ленты и лайки – и сильнее всего эти изменения ударили по младшему поколению. Ценой гаджетов стали тревожность, низкая самооценка, одиночество и зависимость. Великое подключение детства и чрезмерная забота о физической и психологической безопасности лишили детей самого важного: самостоятельности и возможности учиться навыкам, которые пригодятся во взрослой жизни. Они больше не верят в себя, а постоянная борьба за выживание в Сети делает только хуже. Но можно ли с этим бороться? Социальный психолог Джонатан Хайдт считает, что можно – и начинать нужно прямо сейчас. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Наш герой был уверен, что его уже ничем не удивить, однако в один момент вся тщательно продуманная схема прокачки полетела к чертям, и герой примкнул к фракции тьмы! Первородный друид во фракции тьмы! Как наш герой справится с новыми испытаниями? На что он пойдёт, чтобы отомстить предавшим его сущностям? И справится ли он с самой главной своей целью?

Степан всегда был поборником справедливости и в новой игре полного погружения видел себя только в рядах светлой фракции, но... у судьбы на него оказались другие планы. Наш герой расстроился, однако "проклятые нежить и демоны" оказались куда честнее "светлых" рыцарей. Платежи – без обмана, контракты – без мелкого шрифта про вечное рабство, а монстры – просто милые плюшевые психопаты (но честные!). А "светлая" фракция? Сплошное лицемерие, интриги и "добро" с таким душком, что аж глаза слезятся. Вот и стоит наш герой в недоумении: "Tak кто тут на самом деле злодей?" Решение поставить светляков на место возникает само собой, а поможет ему... боевая подруга с классом "Элитный целитель Света". Да-да, та самая, что должна его ненавидеть! Видимо, её тоже достали "святые" с их грязными делишками... Дуэт мечты: "самый черный предатель" и "светлая отступница". Вместе они устроят такой переполох, что добро и зло поменяются местами... Готовы к истине, от которой темнеет в глазах?

Новые знакомства, новые проблемы, новые цели... как все это разрулит Егор?

Внимание! Это вторая часть книги "Боярышня. Глава рода" Я обживаюсь в новом мире. Проблем много, но не падаю духом. И ситуация вроде бы начинает налаживаться, однако призыв духа боярского рода Апраксиных в корне меняет всё. Вообще всё. Во время проведения этого ритуала моя предшественница умерла, мне же приходится встать перед выбором: освободиться от призрака или сохранить жизнь.

Гонки на ступах — ЕСТЬ! Дуэли на волшебных палочках — ЕСТЬ! Астральные порталы — ЕСТЬ! Кровожадные духи и злобные демоны — ЕСТЬ! Магическая школа с внутренними соревнованиями — ЕСТЬ! Ну и красивые девушки — ЕСТЬ! ЕСТЬ! ЕСТЬ!!! Что ещё для счастья надо? :)

Мне тридцать, я одинока и несчастна. Живу работой, без семьи, без детей. Все меняется одним осенним днем, когда я, не по своей воле, попадаю в другой мир. И встречаю там свою судьбу. Теперь я уж точно не упущу свой шанс и стану счастливой.

Агата медленно развернулась к Свиридову, насмешливо смерила его взглядом, потом перевела взгляд на его спутницу, смерила взглядом ту и, наконец, проговорила: – Медвежонок, я не твоя белочка! Передо мной не надо строить из себя хозяина вселенной! Мы оба знаем, что это далеко не так. – Уверена? – На все сто! Услышав это, Владимир, не разрывая зрительного контакта с Агатой, протянул карточку ювелиру со словами: – Я покупаю это кольцо! За двойную плату! – Свиридов, ты офигел? – Тебе коробочка нужна, или сразу в нем пойдешь? – Что? – Агата опешила. – Впрочем, для кольца коробочка не нужна. С днём рождения, Агата Павловна!

– Залезайте ко мне. Здесь сухо и тепло. Она обернулась, и её голубые глаза распахнулись – два глубоких озера небесного цвета, полные искреннего удивления. Капли дождя стекали по её щекам, словно слезинки, но улыбка не сходила с лица. – Серьёзно? – её голос звенел, как колокольчик. – А вы не маньяк? Голубые глаза сверкнули с вызовом. – Маньяки не носят костюмы за десять тысяч долларов, – парировал я. – И я никогда не предлагаю то, в чём не уверен. Она нырнула в салон, а мокрое платье обрисовало каждую линию её тела так, что я забыл, как дышать. В голове зазвучал голос вот уж точно не разума: «Сделай ребёнка. Сейчас. От неё». Лайтовая история о внезапной любви, яркой страсти и желании создать семью.

Шарлота Грей ненавидела, когда ее звали гадалкой. Она считала себя медиумом. Карты, кости, спиритическая доска – у нее был богатый арсенал, с помощью которого она могла заглянуть в прошлое или будущее. Да, хитрила и блефовала, но дела шли в гору. Ровно до тех пор, пока в городе не произошла череда загадочных убийств. И как назло, все нити вели к ней: пострадавшие или уже побывали в ее салоне, или только собирались посетить. Чтобы не оказаться без вины виноватой, Чарли решила начать самостоятельное расследование.