Пришлось пошевеливаться.

Запуск режима «метаморфа» – и дикоша на бегу, лишь немного замедлившись, обросла мощной броней, навесив ауры «Панцирной защиты» и «Ярости берсеркера». «Взрывная атака» бросила ее вперед… И, о чудо, удары когтистых лап, как нож масло вспороли тушу твари, заставив отреагировать на новую угрозу. Несколько щупалец, не занятых экзекуцией Жальника, живо развернулись к мечущейся рядом бестии. Но я не позволил врагу обидеть киску, снова залепив откатившейся «Плетью боли». И разрешил Фурии применить «Смертельный укол», экономить больше не было смысла: «Душелов» все еще работал, откачивая чужую жизнь, и лишняя энергия бурлила во мне, не находя выхода. Я прямо обалдел, когда просто от избытка чувств разрядил в крикуниху «Копье пламени», и удар прошел – участок туши в месте попадания обуглился черной воронкой. Так вот оно что… Недаром я так легко справился в логове с бесами… выходит, под «Душеловом» защитные характеристики врага снижаются, поэтому другие способности проходят тоже?!

– Не порти… не порти шкуру, идиот! – хрипло заорал Жальник, увидев, что я делаю.

Я хмыкнул, прикидывая, чего бы еще такое нехорошее сделать: мне сейчас море было по колено. Но не пришлось – здоровье монстра замигало в красной зоне. Отшвырнув танка прочь, словно помятую игрушку, монстр повернул остроносую морду в мою сторону, в бессильной ярости хлестнул вокруг себя щупальцами, едва не попав по Фурии – та успела вовремя отскочить, и…

И тяжело повалился набок.

«Матка крикунов» повержена. Получен опыт: 8000.

Ваш организм истощен. Требуется отдых и питание.

Ну кто бы сомневался по поводу последнего сообщения. А вот опыт – почему-то думалось, что будет больше…

Глава 19

Со смертью босса действие «Душелова» оборвалось, и в правую руку тут же ввинтилась жгучая пульсирующая боль – кожу будто ошпарило кипятком. Я охнул, бросил кинжал в ножны, схватился левой рукой за бицепс, словно это могло унять разбушевавшийся Знак Алана. Пока приток энергии хлестал через край, я этого почти не чувствовал, хотя паутинка начала пульсировать почти сразу после активных действий. Но теперь, когда энергия рассеялась, Знак Алана запоздало напомнил о себе в полную силу. Ну вот какого черта ему надо?! Реакция на адреналин? На применение «Плети боли»? И что, так теперь будет каждый раз?! Хорошая же способность, ничего не скажешь…

Но это еще были цветочки.

Знак-то мучил недолго, пульсация стала быстро ослабевать, зато ему на смену в исцелившихся внутренностях вполне закономерно проснулся голод. Даже так – Голод, с большущей буквы. Сверхскоростная регенерация, решив проблему со здоровьем, породила следующую – истощение организма. Сглотнув слюну, я уставился на тушу босса и двинулся к ней в состоянии сомнамбулы. То есть почти ничего не соображая. Кинжал снова сам собой оказался в руке, а взгляд вожделенно зарыскал по туше, выискивая участок поаппетитнее, чтобы вонзить лезвие.

Поднявшись на ноги и отряхнувшись от снега, Жальник подошел к туше босса, несколько раз пнул ее в упругий бок, словно в автомобильную шину, затем как на табуретку уселся на башку монстра – все лучше, чем отдыхать на снегу. И не без иронии принялся наблюдать, как я двигаюсь в его сторону деревянной походкой, с горящим алчностью взглядом зомби.

– Эк у тебя морду-то перекосило, – как ни в чем ни бывало заметил танк, когда я оказался в двух шагах от него. И строго предупредил:

– Не вздумай лутать, башку оторву! Чуть все не испортил! Я тебя зачем сюда привел?! За шкурами, балда! А ты что сделал? Едва не пустил мои усилия коту под хвост!

Звук его голоса словно стряхнул наваждение. Усилием воли взяв себя в руки, я остановился и глянул на тушу монстра совсем по-другому. Спаси меня Алан Темный, и эту мерзость я собирался жрать?! Совсем с катушек слетел. Да от нее вонь вблизи такая, что наизнанку выворачивает, словно босс перед смертью успел применить химическое оружие массового поражения! Хмм… Кажется, я все чаще поминаю Алана, и происходит это все естественнее. Тревожный звоночек. Что-то меняется в моем сознании и меняется не по моей воле…

Встряхнув головой и прогнав беспокойные мысли, через силу усмехнулся:

– Вообще-то, я только что твою шкуру спас, или ты не заметил? Как думаешь, твоя жизнь ценнее подпорченной добычи?!

Благополучный исход боя бесследно смыл злость на Жальника, не предупредившего о предстоящей драке. Получив опыт и восстановив жизнь, я теперь был ему даже благодарен за экскурсию. Можно сказать, он меня поставил на ноги радикальным способом, сам о том не подозревая. Неудивительно, что хмурое недовольство сменилось симпатией – прогресс.

– Вообще-то, это твоя «Метка оступившегося» так подгадила, – парировал танк, пожав широкими плечами, – был шанс справиться без осложнений, да щит просел быстрее, чем я ожидал. Чуток переоценил силы.

Я озадаченно нахмурился. Уже и забыл про эту гадскую метку, а ведь правда – по-прежнему висит и еще пять уровней будет «радовать» взгляд, распространяя на союзников «веселенький» дебафф. Действительно, это могло повлиять на запас прочности щита танка… А еще не мешало бы разобраться, откуда у «Душелова» случился такой бешеный урон. И обязательно разберусь, как только утолю жгучий аппетит и приведу разбредающиеся мысли в порядок.

– Не переживай, нам и босса хватит, чтобы одеть тебя полностью, – примирительно сказал я, оценив на глазок площадь неповрежденной боем поверхности туши. – А этот уродец вообще съедобный?

– Не-а, и без моей обработки кинжалами – сплошной яд. – Жальник понимающе усмехнулся. Затем распахнул на груди куртку, выудил из-за пазухи полупустой кожаный мешок и кинул мне шмат вяленого мяса из личных запасов, с прилипшими крошками мусора. – Я так и думал, что тебя в дороге прихватит, как только начнешь выздоравливать.

– А какого ты таскаешь котомку под курткой?!

– Не люблю, когда лишние вещи болтаются на плечах или поясе. Потеряются еще, да и мешают. Тут всего-то было, сгонять туда и обратно. Грызи уж.

Вытащив еще один кусок, разбойник озадаченно оглянулся кругом:

– А зверь твой куда подевался?

Елки…

Он еще не договорил, а я уже сорвался с места и побежал, учуяв направление. Задним числом дошло, что сосущее чувство голода и бессилия – не только мои. Фурия лежала в снегу, скрываясь за массивной филейной частью монстра. Приподняв лобастую голову, коротко глянула на меня каким-то потухшим взглядом и снова опустила ее на вытянутые передние лапы.

Рухнув на колени перед дикошей, я бегло осмотрел ее тело в поисках повреждений. Облегченно перевел дух и ласково потрепал по загривку. Да нет, все цело. Лишь тонус почти на нуле, и энергия едва теплится в красном секторе. Теперь-то, когда мозги от волнения прочистились и даже голод временно отступил на задний план, трудно было не сообразить, как я ее загнал за черту предельного изнеможения. Своим необдуманным лихачеством во время боя я едва не убил дикошу – собственного питомца, которого так тщательно старался оберегать от всех вражеских происков! «Метаморф», «Взрывная атака», «Смертельный укол»… минус 110 % энергии!!! Какой же я идиот… Логическая связка – «Душелов» плюс «Духовная связь», только этот бешеный приток распределяющейся энергии и позволил дикоше выжить и не уйти окончательно в минус. Извинить меня может только одно обстоятельство – от эйфории «Душелова» на голодный желудок реально сносит крышу.

Но теперь все будет в порядке.

Я заставил дикошу слопать свой кусок мяса – зверюга даже жевала через силу. Обеспокоенный суетой Жальник подошел ближе, чтобы понять причину. Снова углядев в его руках мешок, я молча протянул руку и цапнул. Не ожидавший такого коварства, танк выпустил имущество, удивленно глядя, как я бесцеремонно вытряхиваю на снег еще несколько кусков. Так же молча всунул опустевший мешок ему обратно в руки.

– Чего творишь… А, понял. – Жальник, видимо, глянул на фреймы моего питомца, и гроза миновала. – Ну, тогда ладно.