Подняв голову, Надя увидела присевшего рядом Сергея. Не в силах удержать охватившее ее счастье – он пришел! Он может все! – всхлипывая, она обхватила руками его сильную шею. Смешиваясь со слезами, дождь тонкими ручейками стекал по ее лицу. Но еще никогда женщине не было так хорошо! Сергей растерянно замер. Он понял этот неожиданный порыв.

Утром, когда Надя уснула, рассудив, что сейчас хищники не опасны, так как сыты, Серов решил позаботиться о желудке. Привязав длинный узкий нож к почти прямой двухметровой палке, он пошел к реке, где рассчитывал «загарпунить» рыбу, которой у берега было предостаточно.

Три часа беспрерывного и, к сожалению, безрезультатного метания копья показало, что затея эта глупая. Да и сам он… Обругать себя помешало приземление метрах в десяти от него двух куропаток. Для одной вполне хватило небольшого камня, который Серов кинул сильно и метко. С торжествующим, но беззвучным криком – вдруг рядом кто-то есть – он схватил трепыхавшуюся птицу, свернул ей голову.

Но тут природа, пусть и с опозданием, заступилась за прибитую человеком живность. Грянул гром. Пригибая вниз верхушки лиственниц, склоняя к земле кустарник, налетел сильный ветер. Хлынул дождь. Сунув под куртку куропатку и плотно подпоясавшись ремнем, вложив клинок в ножны, привязанные к голени правой ноги. Ковбой начал тяжелый подъем наверх. Крутой склон сопки скользил подногами. Шквальный ветер несколько раз сбивал его с ног и откатывал назад, к реке. Но он дошел.

И как самую высшую награду за всю свою бурную и опасную жизнь принял Ковбой обвившие его шею женские руки и бессвязный, благодарный женский шепот. В небе коротко вспыхнул страшный зигзаг молнии. И как бы подтверждая его силу, До боли в ушах прокатился гром. Вздрогнув, женщина плотнее прижалась к Серову. Ее зубы выстукивали мелкую дрожь. Подхватив Надю на руки, не разжимая ее объятий, Серов встал.

– Отпусти! – вырвалась Соколова.

– Дура! – выпалил он и, коротко скомандовав: – За мной! – рванулся вниз и вправо, где большим мрачным массивом, как бы вдавленная страшной силой в сопку, выступала увиденная им утром каменная гряда.

Всполох молнии на мгновение высветил угрюмые скалы. Скользя на мокрых камнях, стиснув зубы, Соколова старалась не потерять из вида стремительную фигуру Сергея. Споткнувшись, она упала и, подминая редкий кустарник, покатилась по твердому скальному склону. Раздирая в кровь пальцы, сумела уцепиться за узкую щель. А стихия раскатами грома, блеском молнии, шумом ветра и дождя продолжала неистовствовать. Женщина с трудом сумела подняться. Резкой болью отозвался сломанный ноготь. Всхлипнув, она сделала несколько шагов наверх. Снова поскользнувшись, взмахнула руками. Упасть ей не дали сильные, крепко обхватившие ее правое запястье пальцы.

– Здесь пещера! – сквозь шум дождя и ветра услышала Надя голос Сергея. Поддерживая друг друга, они через несколько минут ввалились в глубокую выемку. По-прежнему гремел гром, выл ветер и хлестал дождь. Но здесь было тепло, и Надя вдруг почувствовала страшную усталость. Сразу навалилась слабость. Задрожавшие от напряжения ноги уже не держали. Скользя по гладкой стене грота, женщина сползла вниз.

– Эй! – насмешливо сказал Сергей. – Не торопись почивать. Это только прихожая.

Надя с трудом поднялась. Схватив за руку, Серов увлек ее за собой. Протиснувшись в узкую щель, они оказались в полнейшей темноте.

* * *

– Майор! – входя и стряхивая с себя влагу, повернулся к Пепеляеву полковник спецназа.

– Откуда это сорвалось?

Темное небо озарилось короткой яркой вспышкой. Продолжительным взрывом ударил гром.

– Хрен его знает! – раздраженно отозвался Пепеляев.

– Я же говорил, нечего здесь торчать. Закончили и сразу уезжать надо было, – чертыхнулся спецназовец.

– Ну и уезжал бы! Мне и ОМОНа хватило бы, – огрызнулся майор.

– Всегда так, – притворно пожалел себя полковник. – Под пули мы, а слава другим.

И тут же, примирительно улыбаясь, дружески поинтересовался:

– Для своей конторы что-нибудь нашел?

– Да ни хрена! – хмуро ответил Пепеляев. – Я нутром чую, кто за этим стоит, – он грубо выругался. – А вот сделать ничего не могу. Мало чутья-то! Факты нужны! А вот как раз их-то, этих фактов, хрен да немножко!

* * *

Обхватив руками колени, сидя в полной темноте, Надя дремала. Мокрая одежда холодом прогоняла желанный сон. Услышав непонятный шум у входа в пещеру, она вскочила и в напряженном ожидании застыла у обомшелой стены.

– Сейчас тепло будет, – уверенно сказал невидимый в темноте Серов.

Послышался треск ломаемых веток. Женщина горько вздохнула. После такого ливня спички, если они и были…

– Ты собираешься добывать огонь по способу древних? – насмешливо спросила она. – Камень о камень?

Пытаясь согреться, Соколова начала приседать и, увидев огонек спички, в изумлении застыла на корточках с вытянутыми вперед руками. Сергей поднес огненный язычок к сложенным маленьким колодцем веткам. И на глазах женщины свершилось чудо! Потрескивая, ветки загорелись, Подождав, пока огонь не охватит весь «колодец», Сергей положил в ровное пламя ветки потолще. Соколова, вскочив, бросилась к огню.

– Чародей, – протянув ладони к такому желанному теплу, прошептала она.

Не отвечая, Серов поднес к пламени толстую палку. Когда та ровно загорелась, встал и с «факелом» в руке направился в глубь пещеры. А женщина, поворачиваясь к жаркому огню спиной, боками, грудью, с наслаждением чувствовала, что согревается. Через несколько минут с большим сухим стволом на плече вернулся Сергей. Приподняв правую штанину достал длинный узкий нож. Посмотрел на пытающуюся согреться женщину, улыбнулся. Воткнув клинок в ствол, подошел к обомшелой стене. Немного повозившись, он, что-то разматывая, прошел мимо Нади. Закрепив тонкий шнур на высоте пояса, неожиданно предложил:

– Разденься. И одежду высушишь, и согреешься лучше. Повернувшись к костру спиной, присел рядом с деревом и взмахнул ножом. Соколова, не раздумывая, быстро разделась и, отжав, повесила одежду на шнур. Оставаясь за начавшими парить вещами, по-прежнему дрожа от холода, услышала голос Сергея.

– К огню подойди. А то простынешь. Совершенно голая женщина присела рядом с жарко горевшим пламенем и, положив на колени руки, уткнулась в них лбом.

Глава 106

Высокий мужчина с небольшой аккуратной бородой и в темных очках, едва заметно прихрамывая, вошел в подъезд шестиэтажного дома. Остановившись перед квартирой 12, нажал кнопку. Через некоторое время за дверью послышались шаги. Поняв, что его рассматривают в глазок, бородач усмехнулся и снова вдавил кнопку звонка.

– Что вам надо? – раздался сердитый женский голос.

– Принять ванну, попить чаю и лечь спать, – насмешливо отозвался мужчина.

– Николай, – удивленно воскликнул женский голос. Послышались два металлических щелчка, и дверь раскрылась. Чернобородый быстро вошел.

– А где Алик с Сашей? – вглядываясь ему в лицо, резко спросила Маргарита.

– Сашка уже, наверное, сгнил. Алик убит позавчера, когда менты Маркизу громили, – спокойно ответил Николай. – Меня спасли документы твоего муженька, царствие ему небесное.

* * *

Барабаня по столу пальцами, Люсик, сидя в большом кресле, курила. Под левым глазом, несмотря на искусно наложенный грим, виднелся небольшой синяк. Вошедший в комнату Профессор увидел его сразу.

– Досталось тебе, – насмешливо посочувствовал он.

– Да если бы твои псы не влезли, я бы ее! – не договорив, женщина выразительно пристукнула кулаком по столу. Недоверчиво улыбнувшись, мужчина подошел к окну.

– Похоже, что товар Рысь увела, – негромко проговорил он.

– Может, Марго его перехватила, – предположила женщина.

– Нет, – уверенно опроверг это предположение Профессор. – Будь товар у нее, она бы не торчала здесь. Я послал Рысь вместе с гонцами Любимова, и все! Больше ее никто не видел. Сначала я думал, что Рысь выжидает, пока люди Лапы перестанут шнырять по дорогам. Но прошло уже два месяца, а ее нет! – Он зло выругался. – А тут еще появляется Марго и предъявляет претензии, черт бы ее побрал!