- Эта песня... О чем она?

Девушка на секунду застыла. Ее спина напряглась, плечи подались вперед, будто она собралась защищаться.

Очень медленно Кира подняла голову и взглянула на Хоргана.

- Вам действительно хочется знать?

- Да.

На несколько секунд воцарилась настороженная тишина. Наконец девушка нехотя ответила:

- Это очень старая песня. В ней поется о звезде, которая никогда никого не согреет. Она прекрасна и далека. И только безумец может мечтать, что однажды к ней прикоснется.

- Почему безумец?

- Потому что звезда испепелит любого, кто посмеет нарушить ее покой.

Хорган позволил себе мысленно усмехнуться. Сейчас он казался себе этим безумцем, решившим дотронуться до звезды.

- Эту песню любила твоя сестра. И она так же, как ты, танцевала на кухне. Вы очень похожи с ней, хотя совершенно разные.

Кире понадобилась вся сила воли, чтобы не выдать истинных чувств. Но эти слова ранили ее в самое сердце.

Спрятав руки в широкие рукава шубы, девушка до боли стиснула кулаки.

- Я рада, что у вас такая хорошая память, - процедила она, с трудом сохраняя спокойствие. - Надеюсь, она не подведет вас в нужный момент.

Хорган усмехнулся краешком губ, но его глаза оставались серьезными.

- Не беспокойся. Моя память еще никогда меня не подводила. Хотя есть вещи, которые я мечтаю забыть.

У крыльца ждал знакомый серебристый аэрокар, похожий на застывшую каплю из стекла и металла. Но не он привлек внимание Киры. Оказавшись на улице, она первым делом набрала полную грудь свежего воздуха, а потом, подчиняясь внутреннему зову, подняла голову вверх.

К ее удивлению, небо было уже не таким мрачным, как день назад. Свинцовые тучи слегка поредели, открывая взору бархатную синеву с фиолетовым подтоном. Солнце к этому моменту уже опустилось за горизонт, но было светло как днем из-за взошедшей луны. Яркий диск Альвриса слепил глаза, а вслед за ним над верхушками скал уже поднимались Ферейра и Ларга.

Но это были не все изменения. В воздухе было что-то еще, пока скрытое от понимания, но уже ощущавшееся на каком-то животном уровне. И это «что-то» вызвало у девушки неосознанный трепет, сродни тому, что испытывает человек перед неподвластными ему силами природы.

- Красиво, не правда ли?

Хриплый голос Хоргана прозвучал так близко и так неожиданно, что Кира инстинктивно отшатнулась. Командор успел подхватить ее под локоть, не давая упасть. Всего на долю мгновения их тела соприкоснулись, но девушке показалось, что ее прошиб разряд тока.

- Нет. - Вернув равновесие, она поспешно высвободилась из его рук. - Не вижу ничего привлекательного в этой дыре.

Внутри всколыхнулась злость на саму себя за глупую реакцию, которая выдала ее с головой.

- Это ложное впечатление.

Хорган протянул ладонь, ожидая, что Кира обопрется на нее, ведь вход в кабину аэрокара был расположен довольно высоко, и забираться в него по узкому трапу в длинной меховой шубе было не очень удобно. Но девушка даже не взглянула на его ладонь.

- Это мое впечатление, и оно меня вполне устраивает, - произнесла она сухим тоном.

Игнорируя предложенную помощь, Кира ухватилась за поручни аэрокара и забралась в кабину. Потом, не глядя на мужчину, добавила:

- Давайте не будем мучить друг друга и быстрее покончим с этим фарсом, который вы называете свадьбой.

Ее сердце стучало, как сумасшедшее, бросая тело то в жар, то в холод. Хотелось прижать руки к груди, чтобы заставить его утихнуть, но вместо этого Кира запустила пальцы в густой мех на коленях и с силой стиснула их.

Она не видела, как по губам Хоргана скользнуло подобие усмешки. Несколько мгновений командор смотрел на нее так внимательно, будто что-то искал. Кира чувствовала этот сканирующий взгляд, но намеренно отводила глаза, делая вид, что ее интересует тоскливый пейзаж за лобовым стеклом.

Наконец, приняв решение, он произнес:

- Уверяю, ты полюбишь это место так же, как я.

И захлопнул прозрачную дверцу.

Через минуту он уже сидел в кресле пилота, расположенном с другой стороны.

ГЛАВА 13

Полет длился не больше десяти минут. Но все это время в кабине висела напряженная тишина, нарушаемая лишь однообразным гулом двигателей.

Хорган молча поглядывал на девушку, а та сидела выпрямившись, с неподвижным лицом, уставившись в одну точку и не замечая поселка, проплывавшего под прозрачным днищем. Ее одолевал внутренний страх, мутный и липкий, который она безрезультатно пыталась взять под контроль. Все ее существо сопротивлялось тому, что должно было случиться, и чем меньше оставалось времени, тем сильнее ощущался этот протест.

Еще полгода назад выйти замуж за любимого человека было для Киры заветной мечтой, не считая места в Райз Индастриз и диплома нейроаналитика. Но ее планы были грубо разбиты суровой реальностью. Единственный мужчина, которому она доверилась, оказался предателем, его любовь - фикцией, а желанный диплом - никому не нужной бумажкой. Теперь она хотела забыть этот отрезок своей жизни, вырвать его из памяти, но где-то в душе до сих пор жило сожаление. И оно выжигало ее изнутри, напоминая об утраченном счастье, которое было так близко...

Кира надеялась, что тюрьма убила все чувства. Но она ошибалась. Рана, которую ей причинили, оказалась слишком глубокой, чтобы ее легко можно было забыть.

И вот теперь, еще не оправившись от прежнего потрясения, она собирается совершить ту же ошибку.

Довериться.

Только Хорган, в отличие от Дениса, не говорит о любви. И она его тоже не любит.

- Ты зря нервничаешь, - ворвался голос Хоргана в ее мысли. Она почувствовала, что мужчина смотрит на ее судорожно сжатые руки. - Не нужно бояться. Я не сделаю ничего, что причинило бы тебе вред.

- Больше, чем вы уже сделали, трудно представить, - процедила она, отворачиваясь.

Аэрокар пошел на снижение.

Кира смотрела, как приближается плоская крыша ратуши, освещенная цепочкой оранжевых огней. И в ее голове зрело решение.

Ничего, брак - это просто две подписи на дурацком бланке с гербом Земной федерации. Он ничего не значит и не сможет ее удержать, когда она захочет уйти. Импульсный ошейник на шее и тюремный штрих-код привязал ее к этой планете крепче, чем любые бумажки. И если она хочет избавиться от этих сомнительных украшений, ей придется подчиниться этому мужчине или сделать вид, что подчинилась.

Но при мысли о вынужденном притворстве все внутри восставало.

Она не стала дожидаться разрешения Хоргана. Едва аппарат приземлился на расчищенную площадку, Кира толкнула дверцу и выскочила наружу. В лицо тут же ударил порыв ветра из-под турбин, бросив в глаза пригоршню снега. Не успев испугаться, она почувствовала, как земля стремительно вылетает из-под ног.

И тут же чья-то крепкая хватка остановила падение и встряхнула ее, как щенка.

- С ума сошла? - раздалось над ухом рычание. - Жить надоело?

Прикрываясь рукой, она подняла ошеломленный взгляд и наткнулась на Хоргана. Тот встряхнул ее еще раз.

Это был совсем не тот Хорган, который любезно придержал ее за локоток перед домом. Нет, сквозь заострившиеся черты дерранга наружу рвалось нечто темное, все это время дремавшее в нем за мнимым спокойствием. И Кира не была уверена, что хочет встречаться с этой стороной командора.

Она проследила за его взглядом, и ее охватила запоздалая паника. Прямо за спиной продолжали лениво вращаться лопасти турбин, поблескивая острыми гранями. Если бы не Хорган, неосторожное падение стоило бы ей головы.

- Еще раз так сделаешь, я тебя накажу. И поверь, тебе это вряд ли понравится.

Голос Хоргана был спокойным. Даже слишком спокойным для ситуации. Но в нем была злость - ледяная, промораживающая до самых костей.

Звук хлопнувшей двери заставил девушку перевести взгляд на крыльцо. От темного входа к ним бежал Рубан, щурясь от лунного света.