Каблучки процокали по паркету, в ноздри попали первые атомы аромата баснословно дорогих японских духов и Ольга Эдуардовна Наумова, наконец, примостилась на самый краешек кресла по ту сторону моего стола.

Виктор так громко хмыкнул, что мне даже стало за него стыдно. Впрочем, женщина едва ли обратила на «серого» внимание.

– Здравствуйте. Алексей Андреевич. Кофе, – такая у нее было манера говорить. Отрывистыми фразами. Так, словно слова – это формулы и ей нужно обязательно решить это уравнение.

Клянусь, мышцы напряглись, подталкивая черт, знает куда. За кофе. Для Наумовой. И расслабиться смог только, когда увидел, что за напитком отправился телохранитель.

Женский магнетизм – страшная сила!

– Здравствуйте, Ольга Эдуардовна, – почему-то хрипло, отозвался я.

«Серый» хмыкнул второй раз.

– Предлагаю. Сразу перейти. На «ты», – вывела новую формулу гостья. – И давай. Перейдем. К делу. У меня. Мало. Времени.

– Согласен, – хотелось бы видеть ее лицо, если бы я отказался. – Кто и как догадался о предназначении Арии?

– Не стану утверждать, что догадалась я. Впрочем, это не трудно было сделать... Гипотезу высказал мой одногруппник, Петя Мальцов. Мне оставалось только проверить ее и создать физико-математическую базу.

– По подробнее, пожалуйста.

Ольга слегка улыбнулась.

– Фотография раскопок в Арии висела на стене в комнате общежития, где жил Петя. Однажды, я попала к нему в гости, и он сказал, толи в шутку, толи всерьез: «Вот, смотри, Оленька! Это чертеж древнейшего ускорителя элементарных частиц. Единственная ошибка – в том, что разогнанный пучок энергии концентрируется в самом центре сооружения и если»...

Даже списывая «гипотезу Пети» с диктофона так и не смог уловить ее смысла.

– Нельзя ли попроще. Так, словно вас слушают не специалисты?!

– Очень просто, – засмеялась Наумова. – Петя решил, что если найти метод передачи энергии из одного помещения Арии в другое, то в самом центре комплекса сформируется поле такой мощности, что объект попавший в это поле, будет вынесен за пределы Солнечной системы. Со скоростью света!

– И что? – в голосе проносились отрывки разговоров с американцем – «метод мгновенного передвижения из одной точки пространства в другую», и с профессором Ветлицким – «универсальна интерпретация мандалы, как модели Вселенной, «карты космоса»». – Ты так легко поверила в эту гипотезу?

– Поверила? – женщина взяла в руки малюсенькую чашечку великолепно пахнущего кофе, – Я и не поверила. Это была, скорее, физико-математическая игра. Просто решила забыть о некоторых постулатах современной физики и вывести формулы, при которых гипотеза могла бы стать законом.

– Насколько я понимаю, тебе это удалось.... И что дальше? Как же идея переросла в опыты?

– Свои выкладки я заявила на Ежегодной Студенческой Научной конференции. Примерно на середине моего доклада в зал вошла группа молчаливых господ в дешевых серых одинаковых пиджаках и арестовала меня.

– Не выдумывай, – третий раз хмыкнул Виктор. – Те пять скучающих оболтусов, которые пришли послушать доклады, чуть тебя не заплевали. Мы тебя просто спасли!

– Чип и Дейл спешат на помощь, – беззлобно отшутилась физик. – Хотя, этот сексот прав. Если бы они не забрали меня оттуда, диплома мне не видать, как антивещества!

– А дальше?

– Дальше? Дальше была какая-то военная база возле городка под названием Юрга. Компьютерная модель эффекта. Опыты... Скучно и ни чего примечательного...

– И, наконец, наступил момент реконструкции, – подсказал я.

– Ну, да! – легко согласилась она. – Ой, Алеша, ты бы видел, что случилось с Ветлицким, когда солдаты начали копать траншеи под фундаменты!

– Представляю, – припомнив гневный рев профессора по поводу навсегда утраченного памятника архитектуры, хмыкнул я. – А что, нельзя было построить модель где-нибудь в другом месте?

– Он рассказывал тебе, как идеально точно был сориентирован комплекс? – поинтересовалась женщина, имея в виду конечно Виктора Павловича, – Ты знаешь, что погрешность ориентации главных осей сооружения по сторонам света не превышала одну угловую секунду? Пирамиды в Египте строили какие-то дети, по сравнению с создателями Арии! Зачем, по-твоему, им нужна была такая точность?

Я выжидающе молчал.

– Мы пришли к выводу, что это должно иметь какой-то смысл. И не ошиблись!

– Так понимаю, вы запустили машину?

– Ну конечно! Они тебе не рассказали?

– Алексей Андреевич проводит журналистское расследование, – растянув губы в глупую улыбку, поделился Виктор страшной тайной.

– И вы скармливаете ему информацию маленькими дозами?! – обвиняющим тоном констатировала Ольга. – Это так на вас похоже...

Наумова, удивительно знакомым жестом, махнула в сторону «серого».

– Не расстраивайся, Алеша. Они без этого жить не могут.

– Машина подана, – в полголоса сказал телохранитель. – Нас ждут.

– Приятно было поболтать, – совсем по-детски проговорила Ольга, вставая. И только тогда я разглядел густую россыпь юношеских веснушек на ее маленьком носике.

Выходила вся честна компания в обратном порядке.

Услышав, как каблучки Ольги простучали по мраморным ступеням на улице, я подошел к окну. От подъезда, визжа шинами, стартовал правительственный ЗИЛ с эскортом мотоциклистов.

– Ей уже четыре раза предлагали уехать за рубеж, – тоже наблюдая из окна за кортежем, негромко сказал Виктор. – И однажды пробовали выкрасть...

– Когда книга выйдет, она получит Нобелевскую премию.

– Это точно.

Мы молчали, пока черный лакированный аппарат не превратился в точку на горизонте.

– Соберите вещи, – словно проснувшись, сказал, наконец, Виктор. – Завтра мы едем на Змеиные Горы.

Интервью четвертое.

Колдуны

– Времени у Вас много, – кричал мне в ухо Виктор. – Перелет займет часа четыре.

Винты военно-транспортного самолета с ревом рвали воздух аэродрома.

– А нельзя было лететь на гражданском судне? – прокричал я в ответ.

– Нельзя!

Я пожал плечами и посмотрел на человека, который, по замыслу моих нанимателей, должен был скрасить путешествие. Сергей Сергеевич Канунников был похож на байкера. На осколок хиппи или рокера-переростка. Но уж на роль главного инженера комплекса Арии он точно не походил.

– Слышь, Леха, – немедленно отозвался «хиппи». – Ты спрашивай, давай. Я тебе много чего могу порассказать...

К моему удивлению, голос главного инженера легко перекрывал вопли взлетающего транспортника. И, при этом, он даже не напрягался.

– Во дает! – тоже удивился «серый». – Серега, ты, где такой командный голос поимел?

– Да, этими чудаками на букву «м» на стройке покомандуешь, еще не так заголосишь!

Самолет оторвался от земли и, закладывая крутой вираж, повернулся на Восток.

– Вы не обращайте на него внимания, – громким шепотом поделился Виктор. – Он со всеми так, на «ты». Буйная молодость, знаете ли.

– Расскажи, как ты попал в проект, – осторожно начал я «допрос» Сергея.

– Как все, – разулыбался тот. – Приехал Витька, поболтал с моим шефом и вот: я в Юрге. У меня, слышь, все приборы работают! Если что-то, вообще, может работать, у меня заведется!

– Самородок, – кивнул Виктор.

– Ага, – засмеялся Канунников. – Сам родился!

– А, что? – я думал, что задаю коварный вопрос. – На Арии что-то не работало?

– Что-то? – обрадовался «хиппи». – Да, там все не работало. Оленька-то, может, и верную модель в компьютере нарисовала, но когда дело до жизни дошло...

Инженер махнул рукой.

– Только силу тока подбирали целый месяц! Пока догадались, что откуда бы древние взяли энергию.... И знаешь, что получилось? Машина работает при микротоках! С ТОЙ СТОРОНЫ систему запускают, вообще, несколько колдунов с энергией своего тела. Беруться за руки, как дети и, кобздец котятам.... Представляешь!

Наверное, мне нужно было продемонстрировать восхищение, но, во-первых, я упустил чему именно восхищаться, а во-вторых, не знал что такое «с той стороны».