8

Утром я встал и выехал в Нью-Бедфорд еще до восьми часов. Заехал в кафе «Данкин Донатс» за завтраком на вынос и, поедая пончики и попивая кофе, поехал по Кейпу, а солнце светило мне в спину. В Нью-Бедфорд я прибыл в утренний час пик, и, хотя городок нельзя было считать чересчур крупным, улицы его были настолько перепутаны, что пробка машин протянулась через мост до самого Фэрхейвна. Было уже девять сорок, когда я наконец вышел из машины и направился к выделяющейся на общем фоне двери дома номер три по Сентер-стрит. Не было ни звонка, ни дверного молотка, поэтому пришлось стучать костяшками пальцев по красным филенкам. Не слишком сильно, дверь могла развалиться.

Крупная, сильная с виду женщина со светлыми волосами, сплетенными в длинную косу, открыла дверь. Она была в джинсах «Ливайс» и в чем-то напоминающем топ из черного леопарда. Бюстгальтера на ней явно не было, и менее откровенно не было туфель.

— Доброе утро, — сказал я. — Мне хотелось бы поговорить с Пам Шепард.

— Простите, но здесь нет никакой Пам Шепард.

— А скоро она вернется? — Я наградил светловолосую своей самой обаятельной улыбкой. Мальчишеской. Открытой. Сам мистер Сердечность.

— Я не знаю, о ком вы говорите.

— Вы здесь живете?

— Да.

— Роуз Александер?

— Нет.

Стоит мне одарить их своей обаятельной улыбкой, они тут же пускают слюни.

— А она дома?

— А вы кто?

— Я первый спросил.

Ее лицо стало непроницаемым, она начала закрывать дверь. Я уперся в дверь ладонью и не давал ее закрыть. Она стала давить сильнее, я тоже уперся сильнее. Выглядела она очень решительной.

— Мадам, — сказал я, — если вы перестанете пихать на меня эту дверь, я скажу вам правду. Даже учитывая то, что вы мне правду не сказали.

Она не обратила на мои слова ни малейшего внимания. Она была очень крупной женщиной, и мне становилось все труднее удерживать дверь без видимого усилия.

— Я находился рядом с домом большую часть вчерашнего дня и видел, как отсюда вышли Пам Шепард и еще одна женщина, отправились за покупками, а потом вернулись сюда. Телефон записан на Роуз Александер. — Мое плечо начинало ныть. — Я корректно поговорю с Пам Шепард и не стану тащить ее назад к мужу.

Где-то за спиной молодой женщины раздался голос:

— Джейн, что здесь, черт возьми, происходит?

Джейн ничего не ответила. Продолжала упираться в дверь. Появилась черноволосая женщина, которую я вчера видел с Пам Шепард.

— Роуз Александер? — спросил я. Она кивнула. — Мне необходимо поговорить с Пам Шепард.

— Я не... — начала Роуз Александер.

— Вы ее знаете, — сказал я. — Я детектив и сведущ в подобных вещах. Если вы уберете от двери эту амазонку, мы все сумеем утрясти самым приятным образом.

Роуз Александер положила ладонь на руку Джейн.

— Лучше будет впустить его, Джейн, — мягко попросила она.

Джейн отошла от двери, не спуская с меня свирепого взгляда. На ее скулах появились два ярких пятна, но других признаков напряжения заметно не было. Я вошел в прихожую. Мое плечо достаточно онемело, когда я снял ладонь с двери. Мне хотелось растереть его, но я был слишком горд для этого действа. Такова цена мужественности. Или нет?

— Могу я взглянуть на ваши документы? — спросила Роуз Александер.

— Несомненно. — Я достал из бумажника фотокопию моей лицензии и показал ей.

— Значит, вы не из полиции, — сказала она.

— Нет, работаю сам на себя.

— Почему вы хотите поговорить со мной?

— Не с вами. Я хочу поговорить с Пам Шепард.

— Почему вы хотите поговорить с ней?

— Муж нанял меня найти жену.

— И что вы, по его мнению, должны сделать, когда найдете?

— Он не сказал. Но он хочет, чтобы она вернулась.

— Вы предполагаете увезти ее?

— Я предполагаю поговорить с ней. Убедиться, что с ней все в порядке, что никто не принуждает ее скрываться, объяснить, как чувствует себя ее муж, и узнать, не желает ли она вернуться.

— А если она не пожелает?

— Я не стану ее принуждать.

— Это точно? — сказала Джейн, не спуская с меня глаз.

— Муж знает, что она здесь? — спросила Роуз Александер.

— Нет.

— Так вы не сообщили ему?

— Нет.

— Почему?

— Не знаю. По-моему, просто захотелось выяснить, что происходит в посудной лавке, прежде чем привести туда слона.

— Я вам не верю, — сказала Роуз Александер. — Что скажешь, Джейн?

Джейн покачала головой.

— Я же не пришел сюда с ее мужем, верно?

— Но мы не знаем, как близко он находится, — сказала Роуз Александер.

— И с кем он, — добавила Джейн.

— С кем он? — Я уже начал путаться.

— Вы станете не первым мужчиной, — сказала Роуз Александер, — захватившим женщину силой и нисколько не сомневающимся в своем праве на это.

— О! — восхитился я.

— Если мы уступим вам сейчас, — сказала Джейн, — в следующий раз вам будет еще проще одолеть нас. Поэтому мы должны поставить точку немедленно, окончательно и бесповоротно.

— Но если вы решите так поступить, я вынужден буду применить силу. Не для того, чтобы захватить кого-либо, я хочу убедиться, что с ней действительно все в порядке.

— Вы убедились в этом вчера, — сказала Джейн. Щеки ее раскраснелись еще сильней. — Вы сами сказали мне, что видели, как Роуз и Пам вместе ходили за покупками.

— Я не думаю, что вы держите ее в кандалах на чердаке. Но принуждение включает в себя и манипуляции с истиной. Если ей не предоставить шанс выслушать меня, значит, ее нельзя считать свободной, значит, она находится под своеобразным давлением со стороны третьих лиц.

— Даже не пытайся ворваться в помещение, — сказала Джейн, — пожалеешь.

Она отступила на шаг и встала в боевую стойку, ноги под прямым углом друг к другу в виде буквы Т, руки перед собой в виде второй буквы Т, левая — вертикально, правая — горизонтально. Она как будто просила о тайм-ауте. Губы сжаты, воздух с шипением прорывался сквозь зубы при каждом вдохе.

— Вы посещали занятия? — спросил я.

— Джейн достигла больших успехов в каратэ, — сказала Роуз Александер. — Не стоит ее недооценивать. Нам не хочется причинять вам боль, поэтому лучше уходите.