– Тьфу, ладно! – Пайпер обреченно выдохнула. – Я сяду в самолет. Я тоже не хочу пропустить ни минуты веселья на твоей свадьбе. Но лучше бы тебе приготовить для меня бокал шампанского!

– Я приберегу целую бутылку, – пообещала Элли. – Эй, может, это и к лучшему. Вы, ребята, когда-то были близки. Это может возобновить вашу дружбу. Или, по крайней мере, простое общение. И, кто знает, возможно, позже ты поблагодаришь меня за это.

– Це́лую. Бутылку, – процедила Пайпер сквозь стиснутые зубы, прежде чем повесить трубку.

Официант громко поставил поднос с бокалами на барную стойку за спиной Пайпер, напугав девушку и вызвав бурю аплодисментов у пассажиров. Пайпер посмотрела на часы. Да, она и так слишком долго медлила. Несмотря на вполне обоснованные сомнения, пути назад не было. Кроме того, Элли была права. Пайпер могла просто согласиться на предложение Уайатта, оставаться внешне любезной, а затем пойти своей дорогой и позабыть о случившемся. Возможно, если бы она искренне в это поверила, все действительно сложилось бы наилучшим образом.

К тому времени как Пайпер добралась до терминала частных самолетов, она уже опаздывала.

Снова.

Если до этого девушка выглядела не так уж ужасно, то сейчас ее внешний вид точно оставлял желать лучшего. Она вбежала в светлый современный вестибюль, тяжело дыша. Не считая элегантно одетой стюардессы, разговаривающей по телефону в углу, в зале было пусто, и Уайатта нигде не было видно. Испытывая нервное напряжение, Пайпер чувствовала себя мышью, попавшей в логово змеи.

Прежде чем ее охватила паника, она заметила высокую фигуру Уайатта, выходящего из ближайшего туалета. Увидев Пайпер, он округлил глаза и открыл от удивления рот, но затем расплылся в широкой улыбке.

– Ты пришла! – воскликнул он. – Готова лететь?

Пайпер кивнула, но не улыбнулась в ответ, умоляя сердце перестать трепетать при виде этого мужчины, что, в общем-то, было обычным делом. Вся эта ситуация никак не укладывалась у нее в голове. Даже в самых страшных кошмарах она не могла представить себе подобный сценарий.

Пайпер последовала за Уайаттом к самолету, стоявшему на дальней стороне взлетно-посадочной полосы. Совсем небольшой, выкрашенный в ярко-белый цвет с красными полосками, самолет скорее походил на детскую игрушку, чем на воздушное судно, готовое взмыть в небо. Он был совершенно не похож на роскошные частные самолеты из Инстаграма[2], на которых летали влиятельные люди, но он летел на Багамы, а это было гораздо лучше всего того, что могла предложить Рита.

Уайатт хотел помочь Пайпер с багажом, но она отказалась, решив самостоятельно поднять по трапу туго набитый розовый чемодан. После того как они поместили вещи в крошечную кладовку в хвостовой части и надежно закрыли дверь самолета, Уайатт уселся в кресло пилота.

Он отрегулировал приборы на панели перед собой.

– Располагайся где захочешь. Сегодня здесь только мы.

В ответ Пайпер подтянула сумку повыше на плече и выбрала место как можно дальше от Уайатта. Поскольку в самолете было всего четыре ряда, пришлось занять последний. По крайней мере, у нее было достаточно места для ног. В детстве она очень переживала из-за того, что была выше других девочек в классе, но стала ценить свой рост больше, когда фигура приобрела женственную изящность.

Поговорив по гарнитуре с кем-то на другом конце провода, Уайатт повернулся в своем кресле.

– Нам разрешили взлет. Скорее всего, в этом маленьком самолете турбулентность при взлете и посадке будет немного сильнее, чем в обычном «Боинге», но не переживай. Это нормально. Разумеется, на борту нет стюардессы, но как только мы наберем высоту, можешь воспользоваться портативным холодильником с закусками, который находится под сиденьями в твоем ряду. Возможно, там и вино есть.

Прежде чем пристегнуть ремень безопасности, Пайпер заглянула под сиденье и увидела холодильник, обклеенный наклейками с изображением Капитана Америки и символами Армии США. Она натянуто улыбнулась Уайатту. Ему, конечно, было не расположить ее к себе с помощью вина, но в кабине пилота Уайатт излучал спокойную уверенность, которая придавала ему еще больше сексуальной привлекательности. Что жутко бесило Пайпер. Она вздрогнула, отгоняя эту мысль. Пайпер не могла поверить, что добровольно заперла себя в тесном пространстве с этим мужчиной. У нее еще было время отказаться, но мысль о том, что придется объяснять Элли, почему она пропустила девичник, остановила ее.

– Как скоро мы будем на Багамах? – «И как долго мне торчать тут с тобой?».

– Примерно через два часа.

Два часа до встречи с Элли и родителями. Два часа до того момента, когда Пайпер сможет открыть бутылку шампанского и отпраздновать это событие на белом песчаном пляже. Она могла бы пережить эту пару часов.

Родители Пайпер, которые считали Элли частью своей семьи, превратили приглашение на свадьбу в возможность провести небольшой отпуск и прилетели на курорт еще неделю назад. Девушка отправила им короткое сообщение, уведомив об изменении в планах, но не упомянула Уайатта. В ответ она получила селфи, на котором родители подняли большие пальцы вверх, отдыхая в беседке с видом на сверкающую голубую воду. Мать была в огромных солнцезащитных очках от Тома Форда, спущенных на переносицу, а отец уже успел обгореть на солнце, хотя на нем была бейсболка с эмблемой Медицинского колледжа Эмори. Они выглядели такими забавными на снимке, что Пайпер рассмеялась.

Она лайкнула фотографию и надела наушники, позволяя хрипловатому голосу Джони Митчелла мысленно унести ее в какое-нибудь другое место. Прежде чем самолет вырулил на взлетно-посадочную полосу, Пайпер проглотила таблетку успокоительного и почувствовала, как тревога начала постепенно рассеиваться. Как только самолет набрал высоту, гул двигателей лишил всякой возможности поддержания беседы, и Пайпер впервые за весь день расслабилась. Она справилась с самой сложной частью взаимодействия с Уайаттом и не вспылила. Пока.

Девушка все еще была под действием успокоительных, когда обстановка внезапно изменилась.

Они влетели в зону турбулентности, но первый толчок был достаточно легким, почти укачивающим. Затем их начало трясти сильнее, как будто самолет превратился в гладкий камень, подпрыгивающий по поверхности мелкого пруда. Когда они попали в воздушную яму, из-за чего самолет пошел на снижение, Пайпер резко выпрямилась, почувствовав, как желудок подскочил к горлу. С нарастающим ужасом она впилась ногтями в кожаные подлокотники, оставляя на них отпечатки в виде полумесяцев. Неужели они попали в шторм?

В иллюминаторе клубились густые, вязкие, зеленовато-серые тучи, цвет которых напоминал ведьмино зелье. Капли дождя стекали по стеклу. Пайпер попыталась разглядеть океан внизу, но плотная завеса облаков закрывала обзор.

В передней части самолета Уайатт заговорил с кем-то через гарнитуру, его внимание было сосредоточено на циферблатах на приборной панели.

Пайпер перекинула сумку через плечо, отстегнула ремень безопасности и направилась к нему. Не успела она сделать и двух шагов, как самолет бросило вниз, а затем накренило вправо, сбив девушку с ног. Из-за внезапного удара колени запульсировали от боли, вторя бешеному ритму сердца.

Из кабины пилота донесся рев аварийной системы, олицетворяя собой какофонию паники.

Уайатт резко обернулся, выпучив глаза. Перекрикивая шум двигателя, он заорал:

– Почему ты не пристегнута?

– Я хотела узнать, что происходит! – крикнула Пайпер в ответ, хватаясь за подлокотник и пытаясь подняться.

– Господи, Пайпер! Вернись на свое место!

– Перестань на меня кричать. Я пытаюсь! – Самолет с такой силой дергался вверх-вниз, что ее вжало в пол. Слезы навернулись на глаза. Сердце бешено колотилось. Неужели она умрет таким образом – на полу самолета с Уайаттом Бруксом за штурвалом?

Самолет падал, как лифт, у которого оборвался трос.