По моей щеке стекла слеза. Да, я догадалась, что не папеньку мама так радостно встречает, а того, кого любила еще молодой девушкой. С кем могла быть счастлива.

Кивнув, я всхлипнула.

– Джеми, ты, наконец, пришел за мной! Ты простил… Простил мне мою трусость! Я так виновата перед тобой. Так виновата. Но я любила тебя и до сих пор люблю. Я не забывала о нас ни на мгновение, – голос мамы стал таким радостным, счастливым. – Я так ждала тебя. Прости мне мое предательство. Прости!

Слезы стекали по щекам. Казалось, мы с доктором в комнате лишние. Нам здесь совсем не место.

– Сколько у нее осталось времени? – шепнула я одними губами. – Это ведь все?

Мой голос предательски дрожал. На бледных губах матушки проступили новые капельки крови.

– До утра ваша маменька не доживет, леди Ханна. Это агония.

Закрыв лицо руками, я старалась найти силы, чтобы остаться у кровати.

– Джеми… Ты все такой же красивый. Я ждала… Никогда не ходила на твою могилу. Для меня ты живой.

– Про кого она говорит?

Всхлипнув, я поймала взгляд семейного врача, который еще молодым лечил моего деда, лорда Отиса Кенни.

– Эта старая история, и… Она не для ушей юной леди.

– Доктор Трегор, моя мама умирает, и я хочу знать, кто поведет ее в высший мир. Не отказывайте мне в такой малости, как правда.

Он набрал полную грудь воздуха и обернулся на дверь.

– Отец здесь не появляется. Так что говорите, – прошептала я чуть громче.

– Джеми Думан. Тогда он был старшим сыном хозяина булочной лавки, расположенной на этой самой улице. Зажиточная семья драконов. Уважаемые торговцы, но…

– Не аристократы, – выдохнула я. – Не маги…

– Да. Они с детства любили друг друга, леди Ханна. Когда вашей матушке было объявлено, что скоро состоится помолвка с лордом Кенни, они бежали, но… Их нашли. Вашей матушке тогда едва исполнилось восемнадцать. И после такого скандала ее спешно выдали замуж, а через год родились вы.

– И кто мой отец? – спросила я первое, что пришло в голову.

– А разве вы драконесса? – доктор приподнял бровь.

Я закивала, сообразив всю абсурдность вопроса. От союза с драконом маги не рождались никогда. Тут любая магия бессильна.

– Что случилось с Джеми, доктор?

Мужчина опустил взгляд. Мое сердце сжалось. Прикусив до крови губу, я взглянула на постель. Мама смотрела куда-то вверх и так счастливо улыбалась. Ее глаза лихорадочно горели.

– Он не пожелал жить дальше, леди Ханна. На следующий день после свадьбы ваших родителей его нашел младший брат. Уже мертвым. Мальчику на тот момент едва исполнилось восемь лет. Семья вскоре свернула свое дело и перебралась южнее. А могила Джеми осталась. И, насколько я знаю, за ней ухаживают.

Я прикрыла глаза, осознав весь ужас того, что пережила мама. Ее слова о бесхарактерности, трусости обрели более глубокий смысл. Она винила себя в смерти любимого. Ее слабость обернулась его смертью. А ведь могла пойти наперекор семье. Сказать «нет» у алтаря. Могла, но смелости не хватило.

– Надеюсь, там мама, наконец, обретет любящего ее мужчину, – мой голос упал до хриплого шепота. – Видят боги, она это заслужила.

Доктор опустил голову…

Она умерла на рассвете, так и не вернувшись к реальности. Ее душа покинула тело и устремилась в небеса. Я же сидела и тихо оплакивала несчастную женщину, которая все эти годы улыбалась только, чтобы смеялась я. Несмотря ни на что, она перед сном всегда приходила в мою комнату и, желая приятных снов, целовала и говорила, что любит.

И это было действительно так.

– Иди к своему Джеми, мамочка. Обрети наконец крылья и лети к нему. Обещаю, я никогда не назову мужем того, кого не люблю, а если силой в храм приведут – сбегу. Но я не буду страдать так, как ты. Не буду. Будь спокойна, родная моя. Я клянусь тебе, что стану счастливой.

За окном пролетел белоснежный голубь. Сделав круг, он сел на выступающий карниз и заглянул в комнату. Следом прилетел еще один голубок. Он кружил вокруг, словно ждал.

– Лети, родная, – прошептала я. – Клянусь тебе, мужем признаю лишь любимого. Будь спокойна и не переживай.

Взглянув на меня, птица расправила крылья и порхнула вниз. Полетав немного над крышами, два голубя устремились в небеса, оставляя меня рядом с кроватью, на которой бездыханной лежала матушка.

Она смотрела в окно замершим навечно взглядом и счастливо улыбалась.

Семь лет спустя

Отвратительный вечер.

Держа в руке маленькую чашечку черного чая с имбирем, я не могла унять дрожь в руках. Злость и возмущение переполняли душу. Все повторялось каждую неделю! Мало того что отец уже несколько лет не расставался с графином и винным бокалом, так теперь еще и эта напасть!

Нет. Когда я требовала от него прекратить посещать игорные дома, то совсем не имела в виду, что нужно приглашать этих сомнительных людей в наш городской особняк. Как же я гневалась, поглядывая на дверь, ведущую из кухни.

Из малой гостиной доносились громкие подвыпившие мужские голоса. Смех. Веселье, в общем. Поставив чашечку на блюдце, я недовольно фыркнула.

– Леди Ханна, ваш батюшка требует, чтобы вы поухаживали за его гостями.

На кухню вбежала молоденькая раскрасневшаяся черноволосая служанка. Ее щеки пылали, шнуровка на платье была подозрительно распущена, большие карие глаза лихорадочно блестели.

– Приведи себя в порядок, – недовольно выдохнула я. – Снова один из этих титулованных мужланов?

– Нет! Это все господин Альбертон! Он невыносим, леди. Гадкий старикашка!

Она упала на стул и сплюнула на пол.

И только после этого спохватилась, вспомнив, что напротив нее сидит хозяйка. Но я была с ней полностью согласна. Гадкий старикан, и никак иначе. Он любил приложиться к графину, набить выдающееся пузо за чужой счет и, что хуже всего, имел привычку распускать руки и щупать молоденьких служанок. Их недовольство при этом он старательно не замечал.

А папеньке до того не было дела. Позорище!

– Кто там еще сегодня? – спросила, понимая, что придется идти в гостиную и, скалясь, изображать радушие.

– Ваш батюшка пригласил этого толстощекого похабника, лорда Мунти, и… Там молодой мужчина. Раньше я его у нас не видела. Но…

– Но, Лаура?

Я, прищурившись, уставилась на нее.

Она замялась и прикусила губу. Явно ей было что рассказать, но она не знала, как верно преподнести очередную сплетню.

– Да говори, как есть! – не выдержала я.

– Леди Ханна, как вы знаете, у меня пять сестер, и вот самая старшая работала в доме Доруэров. А их старший сын – настоящий повеса. Он неделями пропадал в квартале Огненных маков.

Она снова покраснела, прижимая ладони к щекам.

– Мы сейчас, Лаура, пропустим момент откровений на тему, что там делал юный лорд Доруэр, в силу того что о падших женщинах приличным девушкам и знать не положено, и сразу перейдем к тому самому «но».

Она понятливо закивала.

– Так вот, однажды молодого лорда не было более десяти дней. В доме случился такой переполох. Его искали… Ну, там, где нам знать не положено. Слуги бегали по домам господ и узнавали через свои связи, не видел ли кто его. Вот и я с сестрой носилась весь день. А под вечер лорда принес на себе высокий, статный мужчина. Дракон. Старший лорд Доруэр его узнал. Он побледнел, леди Ханна. Его руки затряслись, и он склонился в поклоне. А этот незнакомец скинул ему на руки сына и со словами: «Или воспитывайте, или его убьют». И просто развернулся и ушел.

Вспомнив лорда Доруэра, я поежилась. Высокомерный маг, занимающий довольно высокое положение в городской ратуше. И чтобы кто-то его так приструнил, указав на несовершенство воспитания наследника…

– Так кто это, Луиза? – мой голос дрогнул. – Во что еще ввязался отец?!

– Ночной король, леди! Сам Ночной король! Его невозможно не запомнить. И он сейчас там, в гостиной, спрашивал о вас. Прямо указал лорду Кенни, что хозяйка дома должна приветствовать гостей. И еще меня от этого пузатого мерзавца отодвинул. Не дал тому руки распускать и дальше.