— Но…

— Но что? Давай, мы не были вдвоём на танцах с той ночи, когда ты встретила Чейза. Бар не считается, мы не танцевали. Тридцать минут на сборы.

И она вылетает из моей комнаты. Я постанываю. Я вообще не в настроении куда-то идти, но похоже мне не дают выбора. Заставляю себя залезть в горячий душ, быстро сушу волосы и наношу макияж. На этот раз я оставляю в покое свою обычную красную помаду, и вместо темной сливы получаю страстный и дерзкий цвет. Наношу немного золота на глаза, подвожу линии и приклеиваю немного накладных ресниц. Выглядит симпатично. Я надеваю белое шифоновое платье и рокерские сандалии на шпильках. И выхожу из комнаты в гостиную. Никки сидит там, споря о чём-то с Кейдом, но всё заканчивается, когда я вхожу в комнату. Они оба осматривают меня с головы до ног. Кейд присвистывает.

— Хочешь убить моего брата? — требует он ответа.

— Не всё на свете крутится вокруг твоего брата, — огрызается Никки.

Так.

— Эм… Никки, так мы идем?

В этот момент входит Чейз. Он дважды пробежал взглядом по комнате прежде, чем остановиться на мне.

— Куда это ты собираешься в таком виде? — агрессивно спрашивает он.

— На вечер только для девочек. — Мы спорим одними глазами. Его будто говорят «Какого черта», а мои отвечают «Осторожнее».

К моему удивлению, он быстро успокаивается и кивает.

— Ладно, детка, ты заслуживаешь одну ночь. Повеселитесь. — Он улыбается Никки и выходит.

Ха. И почему я разочарована? Кейд, кажется, тоже шокирован. Никки же хватает меня за руку, — мы махаем ручками и запрыгиваем в машину. Чейз даже не целует меня на прощание. Я не имею понятия, что об этом думать.

— Почему ты сегодня на машине? — спрашиваю я Никки. Мы обычно берём такси, потому что можем выпить.

— Никаких попоек сегодня, у меня завтра презентация, не могу появиться там с похмельем. — Она глядит на меня и улыбается. — Смотри, какой взрослой я стала.

Она поигрывает своими бровями, и мы вместе хихикаем.

— Что там с Чейзом? — спрашивает она бесцеремонно. В этом вся Никки.

— Что там с Кейдом? — я провожу контратаку. Она морщит носик, затем ухмыляется.

— Тушé, сучка.

Я смеюсь.

— Сегодня мы просто идём наслаждаться друг другом, никаких горячих альфа-самцов, ладно?

Она немного заворачивает, и машина задевает бордюр.

— Упс, — бормочет она.

Эта женщина совершенно не умеет водить.

Часом позже, уже подвыпившая я и до неприличия трезвая Никки, как заведённые танцуем. Она делает то движение, что мы выучили в школьной команде по танцам, и я лопаюсь от смеха. Никки жила чуть ниже по улице до того, как её родители переехали после её выпуска. Мы обе выступали с представлениями на школьных хореографических вечерах. Наша учительница по танцам была одной из самых потрясающих людей, которых мне доводилось знать. Я до сих пор думаю о ней время от времени, — она оказала большое влияние на мои принципы. Делаю следующее движение из того же репертуара, хихикаю, затем поворачиваюсь и трусь о Никки спиной. Начинает играть «Грубый мальчик» Рианны, и это одна из моих любимых песен для подобных ночей.

Всё дерьмо только начинается.

Я соблазнительно кручу бёдрами. Никки всегда говорила, что у меня фигура как у Шакиры. И хотя я не очень в этом уверена, бёдра у меня похожи на её. Вдруг воздух в зале меняется, он напряжен и я чувствую чей-то взгляд на себе. И знаю, кто это, прежде чем поворачиваюсь. Не удивительно, что он вёл себя так небрежно, — он сразу же собирался следить за мной! Я поворачиваюсь и нахожу его взгляд. Огонь в них наполняет меня желанием, которое он обещает удовлетворить — я вижу это в его глазах. Поворачиваюсь и указываю глазами на Чейза. Она закатывает глаза, когда видит его и говорит мне идти с ним. Вскоре я замечаю почему — в этот момент вместо меня на место её партнёра встаёт Кейд. Я подхожу к Чейзу и не могу не улыбнуться.

Он притягивает меня к себе и шепчет на ухо:

— Ты выглядишь замечательно, Лейла, я твёрдый как скала.

Я хихикаю.

— Ты всегда твёрдый, Чейз. — Я невинно машу ресницами.

— Рядом с тобой да! — рычит он и прижимает меня ближе, чтобы я смогла почувствовать его эрекцию.

— Я не хочу, чтобы ты так танцевала, когда меня нет рядом, Лейла. Мне пришлось приструнить пару ублюдков, которые пялились на тебя.

Я закатываю глаза.

— Давай, потанцуй со мной! — Я трясу своими бёдрами около него, и он стонет.

— Маленькая вертихвостка, ты заплатишь за это!

Я хватаю его руку и вытаскиваю в центр зала. Он двигает своими бёдрами около моих, идеально мне в такт. Он крутит меня и прижимает мою спину к своей груди, пока мы танцуем в ритме. Я поднимаю одну руку и обнимаю его за шею. Он воспринимает это как приглашение и начинает мягко, но горячо целовать меня в шею. Черт, я будто под кайфом сейчас. Резко поворачиваюсь к нему и впиваюсь в его губы. Поначалу он удивлен, но быстро осознаёт, что происходит, и страстно целует меня в ответ. Он скучал по мне, могу сказать это по одному поцелую. Он вкладывает всего себя в этот поцелуй, как и я. Мы отстраняемся друг от друга, восстанавливая дыхание и контроль.

— Я люблю тебя, Лейла, — шепчет он мне на ухо. — Я так сильно тебя люблю.

Моё сердце останавливается.

— Ты убиваешь меня, ангел.

Я открываю рот, чтобы сказать хоть что-то, но он кладёт палец мне на губы.

— Не говори ничего, детка.

Я и не говорю, но беру его палец в рот. Его глаза сужаются в маленькие щелки, и он прикусывает губу.

— Мы идём домой, — уверенным голосом говорит он.

Он идёт обратно к Никки и Кейду, которые опять выглядят так, будто ссорятся.

— Кейд, ты можешь удостовериться, чтобы Никки вернулась домой в сохранности?

Он кивает.

— Конечно, повеселитесь, — дерзко ухмыляется он, даже немного играет бровью.

Я показываю ему язык и обращаюсь к Никки:

— Всё нормально? — На что она сначала колеблется, а потом кивает.

Вместо дома мы оказываемся в шикарном квартирном комплексе. Наверное, это квартира, в которой он иногда останавливается. Мы идём к лифту. Чейз пытается украсть каждый возможный поцелуй. Как только дверь лифта закрывается, он набрасывается на меня, наматывая мои длинные волосы на кулак. Он отстраняется, его глаза пожирают меня, смотрят мягко, но в то же время будто спорят с ним.

— Это значит, ты даёшь нам ещё один шанс? Признаёшь, что ты моя? Потому что я не смогу пережить ещё одной подобной ссоры.

Я киваю.

— Я всегда была твоей, Чейз.

Чейз целует меня опять, прежде чем сказать:

— Я всегда знал это, Лейла. Я просто ждал, когда ты это примешь.

После этого разговоры уже не нужны. Мы неуклюже залетаем в его пентхаус и даже не ищем кровать, просто валимся на первую попавшуюся поверхность, в данном случае — его диван. Мы раздеваем друг друга, быстро, нетерпеливо. Сегодня ночью нам не нужны никакие медленные раздумывания, мы просто хотим друг друга. Он кладёт меня под себя, не стараясь быть нежным, и быстро входит. Вся эта ночь — наша, и больше нам ничего не нужно. Наши движения почти отчаянные. Он перекидывает меня через край дивана и входит сзади, снова и снова. С дивана мы перемещаемся на кухонный стол, а затем, наконец, находим кровать.

Глава 24

Я просыпаюсь из-за запаха чего-то вкусного, лениво потягиваюсь и чувствую лёгкую боль внизу. Чейз и я занимались любовью дважды за ночь, и мне нравится, что он не может насытиться мной. Он входит в комнату в одних боксёрах, выглядя при этом сексуально. Он немного более мускулистый, чем раньше.

— Ты занимался? — резко спрашиваю я.

Чейз хитро улыбается.

— Надо же было как-то справляться с отчаянием.

Я закусываю губу, чтобы удержать улыбку.

— И что тут у нас? — Показываю я на тарелку в его руках.

— Завтрак для моей женщины. Блинчики с сиропом, ягоды и взбитые сливки. — В его глазах пляшут огоньки, он напоминает про нашу последнюю встречу с сиропом.