– Встречное предложение! – отозвался я. – Уходите, и мы тоже никого не тронем! Можете даже забрать своих из гридницы. Там и твоя семья есть, князь! Забирайте и убирайтесь! Стрелять не будем!
Я ничем не рисковал. Сейчас у князя пусть и небольшое, но войско. А с женщинами, детьми и стариками будет уже не войско, а орда. Медлительная и уязвимая.
Водимир расхохотался.
– Экий ты дерзкий! – крикнул он. – Значит, не уйдешь?
– А ты бы ушел? – поинтересовался я.
Вместо ответа в оконный проем влетела стрела и расщепилась о противоположную стену галереи. Переговоры закончены.
Да мы бы по-любому не ушли. С ранеными, с двумя выключившимися берсерками. Мой крохотный хирд в чистом поле дружина Водимира пройдет и не заметит.
Но мы – не в чистом поле, так что еще повоюем. Зря меня тогда Водимир отпустил. Дорого ему встал этот гуманизм. Вот и для меня очередной урок: не щади врагов – и они не создадут тебе проблем.
– Хёвдинг!
Стюрмир. Счастливый, как дитя с мороженкой.
– Хёвдинг! Мы казну отыскали! Бога-атая! Пойдем, сам глянешь!
Что казна у нас – это круто. Но нет у меня уверенности, что она не вернется к прежнему владельцу.
– Князь! – крикнул я, держась вне оконной щели. – Давай решим наш спор как воины. Ты и я! Если я побеждаю, твои уходят, если ты – мои!
– Кто ты такой, чтобы я с тобой дрался? – рявкнул Водимир. – Да и зачем? Ты уже мертвец!
Какие знакомые слова.
– Мне это уже говорили! Поединок, князь? Или будем болтать, пока не придет Рюрик?
– Он не придет! – крикнул Водимир. Слишком быстро и слишком яростно, чтобы я не засомневался в его словах. – Хочешь драться, так выходи!
– Выйду! Только пусть твои отойдут подальше! Я буду драться с тобой, а не со всеми сразу!
– Не надо, хёвдинг! – забеспокоился Стюрмир. – Тебя убьют!
– Водимир? Сомневаюсь.
– Какой Водимир? Только высунешься – эти стрелами закидают! Пустой у вас разговор!
– А ты куда-то спешишь? – усмехнулся я. – В Валхаллу? Эй, князь! Сначала ты выйди! Покажись! Мои стрелять не станут, слово воина!
– Ха! Чего стоит слово безымянного? Меньше засохшего плевка!
Оскорбляет. Ну-ну.
– Боишься, князь? Это правильно. Ты стар и ленив. Куда тебе драться!
На подворье раздался хохот. Гридь веселилась. Плохой признак. Надо полагать, Водимир не в такой уж плохой форме. Хотя чего я ожидал? В лидеры здесь выводит не только ум, но и простая физическая сила. Помноженная на воинское мастерство. Хотя какая разница? Я ведь не собираюсь с ним драться. Просто тяну время.
К сожалению, Водимир диспут прекратил. «Сарай» двинулся к крыльцу. Если внутри таран, даже самый простенький, бревно на веревках, двери они вышибут на раз. Хотя крыльцо – это удачно.
С моей позиции крыльцо не просматривалось, и я двинул на крышу, вернее, на чердак.
Козырное место оказалось занято. Тут было вообще многолюдно.
Бури с луком у маленького бокового окошка.
У окошка, что прямо над крыльцом, Стюрмир, Гуннар и Тьёдар. С «мебелью» наготове. Вернее, с ее частями поувесистей.
«Сарай» достиг крыльца. Передний край его приподнялся… И Бури тут же всадил стрелу в чье-то колено. «Сарай» это не остановило. Первая ступенька, вторая… Крыльцо не очень крутое, но градусов тридцать есть… Еще один неосторожный высунул конечность… И поплатился.
Бури поспешно присел. Противник начал ответный огонь. Сильные лучники у Водимира. Некоторые стрелы насквозь протыкали дранку. А ведь стрелять снизу вверх – неудобно. По себе знаю. Наши ответили из окон. И небезуспешно.
А «сарай» тем временем дополз почти до двери.
– Взялись! – скомандовал Тьёдар. Втроем они подхватили кусок отполированного, изукрашенного резьбой бревна и пропихнули его в окошко.
Внизу предупреждающе заорали, но тут – без вариантов. Весил подарочек с центнер, и промахнуться было невозможно.
Треск, грохот… «Сарай» выдержал, однако. Но внутри было не все ладно. Кого-то придавило, надо полагать. «Сарай» уцелел, но ломать двери бойцы передумали. Правильное решение, потому что мои хускарлы уже пропихивали в чердачное оконце еще один гостинец, потяжелее.
Он так и остался торчать из окна, потому что противник ретировался, оставив на крыльце свежие пятна крови.
– Ты глянь, что делают! – крикнул Стюрмир.
Несколько дружинников Водимира, прикрываясь щитами, запирали ворота.
– Это еще зачем? – удивился Гуннар, но я уже сообразил: Хрёрек близко!
И семи пядей во лбу иметь не надо, чтобы сообразить: на два фронта Водимир воевать не сможет. Значит, ему придется брать терем, не считаясь с потерями. Любой ценой. И при таком раскладе мы точно не выстоим. Хотя есть одна идея…
– Стюрмир! – крикнул я. – Покажи, где княжья казна? Живей!
– Хёвдинг! Ты в уме ли? Как нам ее унести?!
Но я уже сбегал вниз, и Стюрмир, ворча и ругаясь, полез за мной. Может, он и решил, что я спятил, но повиновался.
Подклеть, в которой Водимир оборудовал свою сокровищницу, не обманула моих надежд. Могучие бревна без единой щели. Узкая дверь, которую без труда удержит пара бойцов. Перед ней – площадка размером с детскую песочницу, на которую ведет узкая лесенка из верхнего коридора. И такая же узкая лесенка из пяти ступенек – вниз, в оружейную. Здесь ведь не только и не столько сокровищница, сколько оружейный склад. Самое то.
– Стюрмир, сносите сюда Медвежонка, Палицу и раненых!
– Зачем? Их и здесь найдут.
– Делай, что сказано! – рявкнул я. – Да побыстрей!
Стюрмир обиделся. Но спорить больше не стал. Потому что – началось.
Водимирова гридь перла, как бешеная. Как толпа берсерков. Не считаясь с потерями, не жалея стрел. Тараном к дверям, по лестницам – на крышу. Вражеские лучники били в окна, не жалея последних стрел, не давая нашим высунуться. Прорвались, оставив на земле с десяток тел, в мертвую зону, и отсюда карабкались наверх. Без лестниц, по живым пирамидам. Минут пять – и Водимировы дружинники с крыши прорвались на чердак. Остановить их было невозможно: слишком большой численный перевес.
– Вниз! – орал я, надсаживая глотку. – Вниз все! В подклеть, где оружие! Бегом!
Победные вопли раздались и на первом этаже. Враги вышибли входную дверь.
Но наших там уже не было. Я слышал крики и топот. Дружина Водимира обшаривала терем в поисках врагов. Можно было не сомневаться: найдут нас очень скоро. Ну, как говорится, штопор в зубы и свисток в анус.
Нашли. И немедленно колотить в дверь. А дверь, надо отметить, была сработана на совесть: дуб, усиленный железными стяжками. Такой материал для крепостных врат используют. И здесь тоже. Сокровищница и оружейка в одной секции. На других складских помещениях защита поскромнее.
– Здесь они! – заорал кто-то радостно. Надо же! Сообразительный малый. Если замок сбит, а дверь не открывается, надо полагать, ее заперли изнутри. И кто же это мог сделать?
– Эй вы! Открывайте, не то хуже будет.
Мои заржали. Снаружи услышали. Заругались, что нас еще больше развеселило.
– Что здесь? – произнес начальственный голос.
Водимир. Я сделал знак: тише!
Ему начали объяснять… Не дослушал.
– Дверь взломать, всех убить! Да побыстрее! Нам стрелы нужны! – И затопал вверх по лестнице.
Я поглядел на свою команду. Неяркий свет единственной масляной лампы (воздух надо экономить) озарял суровые лица хускарлов и азартные – молодежи. Мой маленький хирд был готов к драке. Жаль, что он действительно маленький. Стюрмир, Тьёдар, Гуннар, Скиди, Бури, Вихорёк, Харра и еще шестеро молодых варягов, способных держать оружие. Среди последних – Вильд. Будет толк из пацана. Если выживет. А он выживет. Мы все выживем, потому что сидеть тут нам недолго. Хрёрек близко, а стрелы вороги хрен получат. Пусть бэушные по двору собирают или камнями отбиваются.
Мои хирдманы – бодрячком. Викинги. Только Вихорёк немного грустный. Небось Домаслава-Траусти оплакивает. Это был его кадр. Личный.
